Статья опубликована в № 3813 от 16.04.2015 под заголовком: «Я сделал только половину работы»

«Я сделал только половину работы»

Дэвид Кэмерон не хочет покидать кресло премьера, но намерен отказаться от третьего подряд срока на этом посту
Stefan Wermuth / REUTERS

В Великобритании полным ходом идет избирательная кампания – 7 мая в стране должны пройти всеобщие парламентские выборы. Дэвид Кэмерон уже заявил, что в случае победы консерваторов он останется на второй срок на посту премьера.

Выходец из богатой и знатной семьи, потомок короля Великобритании Вильгельма IV, Кэмерон окончил престижную школу Хэтердаун, в которой учились сыновья королевы Елизаветы II принцы Эндрю и Эдвард, а также дети британских миллиардеров. Ближайшим другом Кэмерона в школе был сын нефтяного магната Джона Пола Гетти – Питер Гетти. Как и большинство детей из богатых британских семей, Кэмерон окончил элитный колледж Итон, а затем колледж Брейзноуз при Оксфордском университете, незадолго до поступления в который он чуть не стал агентом КГБ СССР. Перед началом своего обучения Кэмерон решил поработать в команде крестного отца – Тима Рэтбоуна, члена парламента от консерваторов. Потом – торговым агентом в Гонконге, откуда возвращался домой по железной дороге через СССР, где, по его словам, произошла встреча, очень похожая на вербовку. В юности Кэмерон, как вспоминают его друзья, не проявлял интереса к политике, не показывал и впечатляющих академических успехов, зато стал участником скандала: его с товарищами застали за курением наркотиков. В университете он изучал философию и политологию, но политических кружков избегал, предпочитая весело проводить время за развлечениями.

Выдающийся юноша

После окончания учебы Кэмерон остепенился и решил, что именно политическая деятельность – его призвание. Он устроился на работу в исследовательский отдел консервативной партии. В партии до сих пор ходит легенда о том, как в июне 1988 г. перед поступлением выпускника Оксфорда на работу в партию позвонил какой-то человек из Букингемского дворца и сказал: «Я сделал все, чтобы отговорить его тратить время на политику, но мне не удалось. Я звоню, чтобы сказать, что сейчас вы встретитесь с действительно выдающимся юношей».

Личное дело

Кэмерон принимает активное участие в благотворительной деятельности, как и мэр Лондона Борис Джонсон, даже после своего избрания лидером британских консерваторов Кэмерон ездил на работу на велосипеде. Широкий резонанс вызвала кража его велосипеда в июле 2008 г. Велосипед, правда, нашелся.
Со своей будущей супругой Кэмерон познакомился в 1992 г. Саманта окончила Камберуэлльский художественный колледж, была исполнительным директором сети магазинов по продаже предметов интерьеров, а в 2008 г. стала творческим директором Smythsons of Bond Street. Британцы считают, что жена Кэмерона оказывает большое влияние на политические взгляды своего мужа. Первенец пары умер в 2009 г. в возрасте шести лет. Ребенок от рождения страдал церебральным параличом. «Как будто по вам пронесся товарный поезд, вы не можете смириться с тем, насколько ваши мечты далеки от реальности, – откровенно говорил Кэмерон о том, каково быть отцом ребенка-инвалида. – Но мы пережили это». Сейчас у Кэмерона и Саманты растут трое здоровых детей – дочери Нэнси (родилась в 2004 г.) и Флоранс (2010 года рождения) и сын Артур (родился в 2006 г.).
Премьер любит готовить, увлекается теннисом, верховой ездой, охотой и футболом, болеет за английский футбольный клуб «Астон Вилла».

СвернутьПрочитать полный текст

Кэмерон действительно проявил завидное рвение и недюжинные способности. Уже через три года он возглавил отдел, занимающийся разработкой экономической стратегии партии, писал речи для премьер-министра от консерваторов Джона Мейджора. После победы консерваторов на выборах 1992 г. Кэмерон был переведен на работу к канцлеру казначейства Норману Ламонту и занял пост его политического советника. Однако когда 16 сентября 1992 г. фунт был выведен из европейской валютной системы и девальвирован, что привело к повышению налогов, Ламонта отправили в отставку. Кэмерон партийного доверия не потерял: в июне 1993 г. он получил место специального советника в министерстве внутренних дел Великобритании.

В тот же год Кэмерон впервые попытался попасть в парламент. Попытка, впрочем, окончилась досадной неудачей: он не успел подать заявление на участие в выборах из-за задержки поезда.

Сгоряча Кэмерон решил, что заканчивает с политической деятельностью, и поменял работу, заняв пост директора по корпоративным связям телекомпании Carlton Communications. На эту должность ему помогла устроиться его невеста Саманта Гвендолин Шеффилд – старшая дочь знатного британского землевладельца сэра Реджинальда Адриана Беркли Шеффилда. Карьера Кэмерона в телекомпании складывалась удачно, но в феврале 2001 г. он покинул Carlton Communications, чтобы вновь побороться за место в британском парламенте.

На этот раз ему повезло – он одержал победу на довыборах в графстве Оксфордшир. После избрания в палату общин Кэмерон возглавил специальный комитет по внутренним делам – видный пост, особенно для молодого парламентария. Он активно участвовал в дебатах, предлагал уменьшить ответственность за употребление наркотиков, выступал против запрещения охоты на диких животных с собаками и курения в ресторанах.

Талантливый политик

Хотя Кэмерон и был активным депутатом, лидер консерваторов Ян Дункан Смит на переднюю скамью Кэмерона не выдвигал, из-за чего тот даже отказывался следовать политике партии и стал членом «теневого кабинета министров».

После ухода Смита с поста председателя партии в 2003 г. Кэмерон смог занять место ее вице-председателя, а позже и вовсе стать ее лидером. В первом интервью The Observer после своего избрания на пост лидера консервативной партии Кэмерон пообещал вернуть партию в мейнстрим британской политики: «Я обещаю говорить о том, о чем мы раньше не говорили, изменить лицо партии, чтобы в ней было больше женщин и представителей этнических меньшинств, вернуть городских избирателей».

Но партию он возглавил только в 2005 г., когда после победы лейбористов на всеобщих выборах лидер консервативной партии Майкл Говард объявил о своей отставке. Кэмерон сразу же заявил, что будет баллотироваться на пост премьер-министра, победив на общепартийных выборах. Первый заход на премьерское кресло провалился, победу одержал Тони Блэр. А Кэмерон стал лидером оппозиции и членом Тайного королевского совета Великобритании. Уже в 2007 г. Кэмерон стал самым популярным политиком, а поддержка избирателями консерваторов была самой высокой за последние 14 лет. В мае 2010 г. в Великобритании прошли очередные парламентские выборы, победа досталась консервативной партии. Набрать достаточное количество голосов, чтобы сформировать правительство в одиночку, у партии не получилось – пришлось создавать первую за последние 70 лет коалицию, в которую вошли либерал-демократы во главе с Ником Клеггом, ставшим заместителем нового премьер-министра Кэмерона. Политики симпатий друг к другу не питали. В 2007 г. Клегг отказался идти на официальный ужин с Кэмероном по случаю своего избрания лидером либеральных демократов. А Кэмерон как-то назвал своего будущего заместителя «шуткой в политике». «Эта коалиция свела вместе самых ярых сторонников стимулирования расходов с самыми ярыми сторонниками их сильного ограничения, убежденных сторонников единой Европы и ожесточенных евроскептиков», – заявлял лорд Эндрю Адонис. «Многие могут посчитать, что на всех местах работы у него [Кэмерона] была протекция, но на большинстве постов он зарекомендовал себя как способный сотрудник, – считает Алексей Громыко из Института Европы РАН. – Британская политическая система такова, что стать лидером, а тем более премьером, не обладая большими талантами, практически невозможно. А Кэмерон смог стать самым молодым премьер-министром Великобритании с 1812 г.».

Прагматичный премьер

Кэмерон – политик новой формации, об этом заговорили сразу после его избрания. «Кэмерон больше прагматик, чем приверженец определенной идеологии. В отличие от Маргарет Тэтчер он готов выносить на обсуждение многие темы, чтобы выработать общую позицию. Способность приспосабливаться к меняющимся обстоятельствам может характеризовать его премьерство», – уверен политолог Питер Сноудон. Первым делом Кэмерон бросился бороться с последствиями мирового финансового кризиса, который обернулся для страны сильнейшей со времен Второй мировой войны рецессией. Дефицит госбюджета в 2009 г. приближался к 13% ВВП, падение ВВП составило 4,8%, а государственный долг достиг 80% ВВП. В стране насчитывалось почти 2,5 млн безработных. Кэмерон выбрал путь сокращения расходов. «Покажите мне компанию, которая не могла бы сократить свой бюджет за год на 2,8%», – объяснял свой подход Кэмерон в интервью Financial Times. Правительство повысило ставку налога на прибыль крупных корпораций, отказалось от повышения социальных взносов работодателей, запланированного предшественниками. Кэмерон повысил ключевые налоги, усилил контроль за выплачиваемыми в Сити бонусами, запретил банкам рисковать депозитами населения пол угрозой закрытия.

Но все-таки главной повесткой для Кэмерона стала внешняя политика. За время своего премьерства он был вынужден уговаривать депутатов не проводить референдум по выходу Великобритании из ЕС и бороться с членами парламента за право вмешательства в Сирии. Британские парламентарии предлагали вынести на референдум вопрос, должна ли Великобритания остаться в ЕС, перед голосованием Кэмерон обратился к членам своей партии даже не с просьбой, а с требованием голосовать против референдума. «Это не самое подходящее время, потому что, когда у соседа горит крыша, надо помогать ему тушить ее, а не делать все, чтобы огонь не распространился и на ваш дом», – заявлял Кэмерон. Но главным испытанием для молодого премьера стал референдум Шотландии о выходе из Соединенного Королевства.

Сговорчивые шотландцы

Чтобы не допустить положительного исхода голосования, Кэмерон объездил всю Шотландию. Премьер обещал рост финансирования, увеличение автономии местного парламента и новые полномочия по контролю за здравоохранением. Расширить полномочия местных властей также обещали и лидеры либерально-демократической и лейбористской партий. Премьер даже использовал тактику запугивания – три крупных британских банка заявляли о намерении закрыть штаб-квартиры в Эдинбурге, а владельцы крупных универмагов предупреждали о росте цен на продукты в случае объявления Шотландией независимости. Все европейское сообщество с замиранием сердца наблюдало за ходом голосования. К давлению на Шотландию присоединились и лидеры стран ЕС, испанский премьер Мариано Рахой заявлял, что независимая Шотландия лишится всех привилегий, которые дает членство в ЕС, и сообщал, что лидеры всех стран ЕС «не хотят развала существующих государств и автоматического приема в свои ряды отделившихся регионов». «Выход Шотландии из Великобритании стал бы кошмарным сценарием для сторонников единой Европы, мог бы иметь разрушительные последствия для континентальной части ЕС», – считает председатель венгерского Общества Европы Иштван Хегедус. «Независимость Шотландии привела бы к аналогичной ситуации в Уэльсе и Северной Ирландии, укрепила бы евроскептически настроенную Партию независимости Соединенного Королевства», – подчеркивает директор Трансатлантической академии Стивен Сзабо. По оценкам Ангуса Армстронга из Национального института социально-экономических исследований, выход Шотландии из Соединенного Королевства обернулся бы для нее двойным дефицитом: бюджета и счета текущих операций в размере 6% ВВП. Доходы Шотландии стали бы менее стабильными и в гораздо большей степени зависели бы от нефтедобычи. Но главный удар экономика получила бы от банковского сектора из-за перетока средств с депозитов в Англию.

Референдум по вопросу независимости Шотландии был проведен в сентябре прошлого года: 55,3% проголосовавших выступили против независимости.

Великобритания

Территория – 244 820 кв. км. Население (на 30 июня 2013 г.) – 64,1 млн человек. Номинальный ВВП (2014 г.) – 1,79 трлн фунтов стерлингов. Инфляция (февраль 2015 г.) – 0%. Безработица (январь 2015 г.) – 5,7%. Внешнеторговый оборот (2014 г.): экспорт – 507,7 млрд фунтов, импорт – 541,5 млрд фунтов. Государственный долг (февраль 2015 г.) – 1,78 трлн фунтов. Международные резервы (февраль 2015 г.) – $118,2 млрд. Капитализация фондового рынка (9 апреля 2015 г.) – $3,7 трлн. Источник: Bloomberg

«Работа сделана наполовину»

Британский премьер признает, что его работа для Британии еще не закончилась, а на критику, что Великобритания превратилась в «маленькую Англию», Кэмерон отвечает, что пяти лет у власти ему хватило бы, чтобы укрепить статус его страны в мире. «Главное – это закончить начатое, с учетом 5% дефицита бюджета и по-прежнему высокого роста безработицы мы сделали только половину работы, но амбиции британцев всегда были высоки», – говорил он в недавнем интервью FT. «Британия – лучшее место в Европе для ведения бизнеса, здесь лучшие школы, лучшая система пособий, люди в этой стране испытывают глубокое чувство национальной гордости», – продолжал он. Сам премьер надеется, что мир его запомнит как политика, который решил два важнейших вопроса первой половины XXI века: сохранил единство Соединенного Королевства, а Великобританию – в составе ЕС. «У меня не было выбора, кроме как согласиться на референдум [в Шотландии], но вместо того чтобы ссориться, мы сделали все достойно», – рассказывал Кэмерон про осенние события прошлого года FT.

Седьмого мая в Великобритании пройдут всеобщие парламентские выборы. Кэмерон говорит, что в случае победы на выборах консерваторов он останется на своем посту полный пятилетний срок. И уже после его окончания откажется от премьерских амбиций и покинет резиденцию на Даунинг-стрит, 10.

О том, что он не будет выставлять свою кандидатуру на пост главы правительства третий раз подряд, Кэмерон рассказал в интервью телеканалу BBC: «Наступит время новых лидеров. Вы знаете, вокруг очень много талантливых людей. Я окружен очень хорошими людьми». В качестве своих возможных преемников Кэмерон назвал министра внутренних дел королевства Терезу Мэй, министра финансов Джорджа Осборна и мэра Лондона Бориса Джонсона.

«Бремя руководящей должности» премьер сравнил с популярным в стране завтраком Shredded Wheat, состоящим из хлопьев из цельной пшеницы. «Две порции – в самый раз, однако три – это скорее всего перебор», – пошутил Кэмерон.