Эксперты увидели в путинских поправках разрушение Конституции как единого механизма

Это станет следствием противоречий между разными главами Основного закона
Радикально изменить Конституцию предложил тот же Владимир Путин, который ранее говорил о ее неизменности, отмечают эксперты /Андрей Гордеев / Ведомости

Из-за предложенных Владимиром Путиным поправок Конституция перестанет действовать как единый и непротиворечивый правовой документ и механизм. К такому выводу пришли юристы-конституционалисты в исследовании «Деконструкция Конституции» фонда «Либеральная миссия» под редакцией политолога Кирилла Рогова, с которым ознакомились «Ведомости».

Конституция России является «жесткой», т. е. содержит механизм, затрудняющий пересмотр ее основных положений, говорится в докладе. Но большинство поправок вступает в противоречие с неизменяемыми главами 1 и 2, и эти противоречия станут центральной коллизией российского конституционализма. «Если на предыдущем этапе российская Конституция потеряла связь с реальностью, то теперь она потеряет связь внутри себя самой», – полагают эксперты.

Инициатива Путина застала общество врасплох, потому что сам он говорил о неизменности Конституции. В итоге общество и элиты не смогли сформулировать своего отношения к этой реформе по существу. Между тем принятие поправок откроет двери «новому режиму», две важные черты которого – это фактическое подчинение президенту судебной вертикали и частичный возврат к советской изоляционистской доктрине, при которой нормы международного права действуют в стране не автоматически, а лишь становясь элементом национального законодательства, отмечается в докладе.

Судья Конституционного суда в отставке Тамара Морщакова полагает, что в нынешней ситуации следовало бы проанализировать недостатки в реализации действующего Основного закона, а не менять его, поскольку нынешняя Конституция не исключает «реально иное, лучшее ее применение». По мнению юриста Елены Лукьяновой, путинская реформа опасна тем, что изменяет «конституционную идентичность» (ее составляют преамбула и главы 1 и 2), подразумевающую «осознание себя частью мирового сообщества, демократию, федерализм, республиканскую форму правления, правовое государство и права человека как высшую ценность». При этом почти все поправки «не просто противоречат главным конституционным ценностям, но создают условия для невозможности их реализации или препятствуют ей». Юрист Михаил Краснов не согласен с выводом об изменении конституционной идентичности, но общая правовая ситуация, по его мнению, институционально действительно ухудшается: например, судьи высших судов подвешиваются на «крючок управляемости» со стороны политической власти, а местное самоуправление встраивается в вертикаль власти.

Эксперты также предложили свои поправки в Конституцию. В частности, по их мнению, нужно исключить норму, позволяющую президенту определять основные направления внутренней и внешней политики, и закрепить назначение премьером представленного Госдумой кандидата, получившего там большинство голосов. Совет Федерации должен давать президенту согласие на назначение главы МИДа и силовых министров, судьи КС должны назначаться на паритетных началах президентом, Госдумой и Совфедом, а сенаторов следует избирать прямым тайным голосованием, полагают эксперты.

Движение вперед подразумевает изменения, есть успешные устоявшиеся практики, показавшие свою эффективность, вроде работы Госсовета, взаимодействия с парламентом, – почему бы их не закрепить в Конституции, говорит руководитель Фонда развития гражданского общества Константин Костин: «Претензия, что разрывается единая ткань Конституции, странная. Многие положения в конституциях разных стран начинали работать спустя десятилетия после того, как были продекларированы. Конституция принималась в 1993 г., поскольку нужно было развитие страны, несмотря на очевидные перекосы в тексте. Сейчас часть этих перекосов пытаются устранить». Вписывание правоприменительных практик в Конституцию – это движение вперед, считает эксперт: «В 1993 г. исходили из конъюнктуры того времени, когда слабому президенту без большинства в Госдуме нужно было контролировать органы власти в стране. При Путине актуальность многих положений ушла на второй план, поэтому необходимо закрепить те нормы, которые сейчас работают». Хотя все всегда зависит от политической ситуации, согласен Костин: «Любая Конституция отражает воззрения граждан и политического класса о том, как должна развиваться страна. У Бориса Ельцина даже при суперпрезидентской Конституции институты были в постоянном кризисе, при нынешней ситуации такой кризис невозможен. В конце концов, традиции, правоприменительная практика имеют не меньшее значение, чем буква закона. Мы должны изобретать велосипед не тот, который хорошо будет ездить где-то, а тот, который хорошо будет ездить у нас».