Докажет ли Швеция бессмысленность карантинов

Страна не ввела запретов для граждан и бизнеса во время эпидемии COVID-19
Главный эпидемиолог Швеции Андерс Тегнелл /TT News Agency / Jonas Ekstromer via Reuters

Швеция стала предметом жарких споров между сторонниками и противниками карантина. Страна не ввела почти никаких ограничений на передвижение людей и работу компаний. Теперь мир с интересом смотрит на нее как на контрольную группу при медицинских испытаниях.

Противники карантина сравнивают Швецию с Италией и Францией, где, несмотря на жесткие меры, смертность от COVID-19 за время эпидемии выше 40 и 30 человек на 100 000 населения соответственно. В Швеции – около 15. Приверженцы карантина кивают на соседние Финляндию и Норвегию, где этот показатель 2,6 и 3,4 соответственно. Они добавляют, что по летальности от COVID-19 (отношение умершие/заболевшие) Швеция с 11,5% догоняет Италию с ее 13%. На это противники парируют, что шведы проводят тестов мало и в основном среди людей с явными симптомами заболевания. Но сейчас, мол, они введут массовое тестирование, включат в статистику людей с легким или бессимптомным течением болезни и летальность резко упадет.

Пока в Швеции проведено около 75 000 тестов, или 7,4 на 1000 жителей. 17 апреля страна объявила, что станет проверять 50 000–100 000 человек в неделю. В Норвегии проводится около 26 тестов на 1000 жителей, в Дании – 16, в Италии – 19. Но, например, в той же Франции с высокими показателями летальности и смертности от COVID-19 – 5, а в Финляндии с ее скромными показателями – менее 10.

«Правда заключается в том, что Швеция по смертности [от COVID-19] находится где-то на среднем уровне в Европе, что само по себе интересно. Да, мы выделяемся той политикой, которую проводим, но не ее результатами», – считает старший научный сотрудник американского Института Катона швед Йохан Норберг.

«По нашим математическим моделям выходит, что Стокгольм уже в мае сможет достичь «стадного иммунитета» (т. е. попытка выработать коллективный иммунитет, позволив заразиться людям, у которых болезнь протекает легко. – «Ведомости)», – заявил 19 апреля человек, который отвечает за борьбу страны с распространением коронавирусной инфекции, – главный эпидемиолог Швеции Андерс Тегнелл. Правда, еще 6 марта он утверждал, что эпидемия в стране уже достигла своего пика: тогда число инфицированных составляло всего 94 человека. Через несколько дней признал, что погорячился, но снова обещал пик через несколько дней. 22 марта, выступая на телевидении, он уже говорил, что вспышка утихнет разве что в мае, но вернется осенью: «И тогда будет важно, сколько населения успело переболеть».

Швеция как яблоко раздора

Дискуссия вокруг Швеции развернулась на всех уровнях, от интернет-форумов до выступлений государственных лидеров. Вот что сказал Дональд Трамп: «Если бы мы следовали [в США шведскому] подходу, думаю, у нас умерло бы 2 млн человек. И у Швеции сейчас много трудностей <...> Великобритания попробовала такой же подход, и что хорошего у них вышло?» Бывший премьер-министр Дании Ларс Лёкке Расмуссен, напротив, предложил своей стране копировать политику шведов.

Единства нет даже внутри Швеции. 52% ее жителей поддерживают меры правительства, следует из опроса, проведенного в конце марта газетой Svenska Dagbladet. Чуть ли не в тот же день 2300 врачей и ученых подписали открытое письмо правительству с призывом ввести более строгие меры. 14 апреля медики, вирусологи и исследователи – 22 человека – опубликовали в газете Dagens Nyheter статью, в которой раскритиковали действия властей. Тегнелл заявил, что авторы статьи оперировали неверными цифрами и что «мы очень мало знаем о коронавирусе, чтобы что-то уверенно утверждать». Его мысли находят сторонников по всему миру. «Теория карантина, в конце концов, довольно нишевая, глубоко нелиберальная – и до сих пор не проверенная. Массовый эксперимент проводит не Швеция, а все остальные», – это слова директора Европейского центра международной политической экономии в Брюсселе Фредрика Эриксона из статьи, опубликованной в середине апреля в британском журнале The Spectator.

Как все начиналось

Первый случай заражения коронавирусом зарегистрировали в Швеции 31 января: шведская туристка не вовремя съездила в Ухань. Второй случай выявили только 26 февраля, но с тех пор новые больные стали появляться каждый день. В начале марта шведы первыми в мире приостановили рейсы Iran Air, разорвав прямое авиасообщение с Ираном. МИД посоветовал гражданам не ездить без крайней нужды в Италию. А Тегнелл пропустил пресс-конференцию по коронавирусу, потому что улетел с официальным визитом в Сомали. Вернулся он 11 марта, как раз в тот день в Швеции скончался первый больной COVID-19 и в стране запретили мероприятия, где бы собиралось более 500 человек. Позже это число сократили до 50 человек, что затронуло не только организаторов концертов, но и рестораны.

Сомалийцы в Швеции

Сомали – одна из беднейших стран мира. В Швеции с населением чуть больше 10 млн человек крупная диаспора сомалийцев: около 95 000. У европейской страны много программ по помощи африканской. Например, в марте было пожертвовано $4 млн на борьбу с необычайно крупным нашествием саранчи.
К 23 марта из 15 погибших в Швеции от коронавируса шестеро были мигранты из Сомали. Они скученно живут – несколько поколений в одной квартире, объяснял соотечественникам телеканал Sveriges Television. Шведы привыкли жить отдельно, плотность населения – около 25 человек на 1 кв. км в отличие от 205 в Италии и 259 в Великобритании. Не менее 40% домохозяйств состоят из одного человека. Сомалийцы привыкли обниматься при встрече, собираться большими компаниями и навещать больных родственников. Шведы ценят межличностную дистанцию. А еще мигранты плохо знают шведский язык, поэтому многие пропустили новости о коронавирусе. В ответ шведские власти напечатали листовки о мерах предосторожности на 26 разных языках (включая русский), а волонтеры раздали их в мигрантских кварталах.

Тегнелл против закрытия границ, но 19 марта Швеция запретила въезд для не граждан Европейской экономической зоны (ЕЭЗ) и Швейцарии. Сделано это было по рекомендации Еврокомиссии. Границы с ЕЭЗ и Швейцарией открыты. Не все соседи этому рады. Норвежский журналист Ойстен Боген (он известен в России фильмами о подлодке «Курск», войнах в Грузии и Донбассе и тем, как его много раз задерживала полиция перед Олимпийскими играми в Сочи) жаловался, что его редактор не рекомендовал ему ехать в Швецию.

В Швеции отменили весенний тест Högskoleprovet. Те, кто набрал в нем высокий балл, имеют право поступить в вуз. На тестирование должно было собраться 70 000 человек по всей стране. Но, в отличие от Дании и Норвегии, шведы не стали закрывать детские сады, младшие и средние классы. Ведь дети почти никогда не болеют коронавирусом в тяжелой форме. «Мой сын работает врачом в одной из больниц Стокгольма. Главная медсестра там каждое утро молится, чтобы правительство не закрыло школы. Тогда больница сразу лишится половины своего персонала», – рассказывал предшественник Тегнелла на посту главного вирусолога Йохан Гизеке.

А вот старшеклассников (старше 16 лет) и студентов власти 17 марта рекомендовали перевести на онлайн-обучение. В тот же день в стокгольмских автобусах проезд де-факто стал бесплатным. Чтобы водители не подцепили вирус от пассажиров, в автобусах закрыли переднюю дверь, где стоял валидатор. Сажать стали через задние, предназначенные для выхода. И тогда же Тегнелл заявил, что если в семье кто-то заболел, остальные ее члены могут спокойно продолжать ходить в школу и на работу.

Жители Стокгольма в разгар эпидемии сидят в кафе /Reuters

Карантин без карантина

22 марта к нации обратился премьер-министр Стефан Лёвен. Он призвал граждан «проявить ответственность, сделать все возможное, чтобы защитить здоровье других людей». При симптомах простуды рекомендовал не ходить на работу, людям старше 70 лет соблюдать осторожность. «Помогайте соседям делать покупки, покупайте обеды навынос, чтобы поддержать местный ресторан, не ходите в гости к бабушке – но звоните ей каждый день», – советовал он. Никаких запретов он не огласил. Фактически в Швеции сейчас запрещено только собираться больше 50 человек, проводить очные занятия для старшеклассников и студентов, посещать дома престарелых, а заведениям общественного питания – обслуживать людей у стойки и слишком близко ставить столы (обслуживание за столиками разрешено).

Иностранцы поражаются, что шведы сидят в кафе и маникюрных салонах, гуляют компаниями в парках, могут уехать куда угодно и когда угодно, а дети толпами носятся по улицам и играют на спортплощадках. Власти рекомендуют шведам бывать на свежем воздухе. Но одновременно просят соблюдать правила безопасности: часто мыть руки, держать социальную дистанцию в 1,5 м, сократить количество поездок. Это именно просьбы, а не запреты.

«Разница между подходом в Швеции и в других странах невелика. В основном она в интонации, – объяснил министр здравоохранения Иоганн Карлсон. – Вместо того чтобы говорить «вы обязаны оставаться дома, вам не разрешено делать это и то», мы пытаемся объяснить населению, почему следует вести себя именно так». А министр иностранных дел Анн Линде специально пояснила всему миру на брифинге: представление, что жизнь в Швеции идет обычным чередом, – миф. «Многие люди сидят дома и перестали путешествовать. Многие компании на грани краха. Мы ждем резкого роста безработицы», – рассказала она.

Шведы любят говорить, что у них страна консенсуса и взаимного доверия, а не принуждения. А еще, глядя на творящееся в мире, называют себя единственными взрослыми в комнате. Похоже, они действительно проявили ответственность. Пассажиропоток общественного транспорта в Стокгольме снизился на 50%. Около половины шведов сейчас работают из дома. Улицы загружены где-то на 70% меньше обычного. «В Стокгольме вас могут поразить бары и кафе с посетителями. Но вы видите только тех шведов, которые сознательно выбрали повышенный риск. Вы не видите шведов, которые остались дома», – пишет корреспондент американского журнала Vanity Fair. Шведские власти очень опасались пасхальной недели (с 12 апреля). Шведы в эти дни массово едут на отдых.

В этом году многие гостиницы и курорты закрыты. Например, компания SkiStar с начала пасхальных каникул и до конца сезона остановила работу горнолыжных курортов в Селене, Вемдалене и Оре. Но это личная инициатива бизнеса, а не приказ правительства. Шведы тоже проявили сознательность. По данным сотовых операторов, жители Стокгольма примерно на 90% сократили поездки на отдых. Тегнелл констатировал, что вспышки заболеваемости после Пасхи не случилось. Теперь власти надеются, что такую же осмотрительность сограждане проявят на 1 мая – праздник труда.

35-летняя шведская принцесса София, жена четвертого в очереди наследника на трон принца Карла Филиппа, прошла трехдневные курсы медсестер. 20 апреля она вышла на работу волонтером в Sophiahemmet hospital. Правда, с больными она контактировать не будет, а станет стерилизовать инструменты, заниматься уборкой и т. д

Ограниченные особые полномочия

Премьер Лёвен в конце марта заметил: «Мы никогда не сможем законодательно оформить всё, мы никогда не сможем запретить все опасные действия. Мы, отдельные граждане, должны взять ответственность на себя». Тегнелл разделяет это мнение: «Запреты не работают <...> люди находят способы обойти правила». Например, некоторые организаторы концертов продавали ровно 499 билетов. Правда, когда у них заразились первые сотрудники, таких концертов стало меньше.

Есть и еще одна сложность для введения запретов: разделение властей. Например, Агентство здравоохранения Швеции хотя и входит в состав минздрава, но в повседневной работе независимо от правительства, объясняет шведская версия интернет-СМИ The Local. Но есть нюанс: правительство может издавать правовые акты; а агентство лишь дает рекомендации – но шведы обычно к ним прислушиваются. В итоге агентство и правительство договариваются, какие меры вводить в сфере здравоохранения. Мнение агентства практически никогда не игнорируется, заверяет The Local.

Чтобы перевести старшеклассников и студентов на дистанционное обучение, чиновникам нужна была санкция парламента. Нельзя сказать, что депутаты не идут им навстречу. 17 марта чиновники попросили учебные учреждения прислушаться к их совету – а уже 19 марта парламент принял соответствующий закон.

Но с парламентом тоже приходится искать консенсус. По итогам выборов 2018 г. в него прошло восемь партий. Абсолютного большинства не оказалось ни у одной из коалиций. Чтобы сформировать правительство, потребовалось целых 130 дней напряженных переговоров. У правящей коалиции социал-демократов и партии зеленых в диксдаге 116 мест из 349.

На днях депутаты предоставили правительству особые полномочия, которые действуют с 18 апреля до 30 июня. Чиновники могут закрывать компании и вводить ряд других ограничений, не спрашивая одобрения у депутатов. Но есть некоторые оговорки. Вопрос должен быть настолько срочным, что нельзя дождаться его обсуждения в парламенте. Депутаты вправе отменить любое решение правительства, принятое в рамках особых полномочий. И правительству по-прежнему запрещено ограничивать гарантированные конституцией права граждан. То есть ввести комендантский час или запереть жителей по домам оно не может.

Цена эпидемии

Андерс Тегнелл заявил: «Вы не можете держать блокировку в течение нескольких месяцев, это невозможно. Это убьет все сферы бизнеса. Безработные люди – большая угроза для общественного здравоохранения. Это фактор, о котором стоит задуматься». По наихудшему сценарию, обнародованному шведским правительством, в этом году эпидемия будет стоить 10% ВВП, а безработица составит 13,5% по сравнению с 6,8% в прошлом году. По нейтральному сценарию потери ВВП составят 4%, а безработица – 9%.
На 100 млрд крон (9,2 млрд евро) будет увеличена расходная часть госбюджета ради помощи гражданам и бизнесу, заявила 15 апреля министр финансов Магдалена Андерссон. Часть этих мер еще не утверждена парламентом, но правящая коалиция уверяет, что уже договорилась об их одобрении с другими партиями. До начала эпидемии расходная часть планировалась на уровне 1,07 трлн крон (97,6 млрд евро).
По 500 млн крон (46 млн евро) выделено на гранты культурным и спортивным учреждениям, пострадавшим от запрета на массовые мероприятия. Всем компаниям отсрочена выплата налогов. Индивидуальные предприниматели и физлица – члены партнерств смогут зарезервировать в счет будущих убытков 100% налогооблагаемой прибыли на 2019 г., но не более 1 млн крон (92 000 евро). Проще говоря, им вернут налоги за 2019 г., которые они успели выплатить.
Если арендаторам удастся договориться с владельцем помещений о сокращении платы, то с 1 апреля по 30 июня государство компенсирует арендодателю половину снижения. Но не более 25% от прежней ставки и только для некоторых бизнесов, в частности для ресторанов, гостиниц, производства товаров длительного пользования, однако есть и другие.
Государство гарантирует 70% по новым банковским кредитам до 75 млн шведских крон (6,9 млн евро). Подразумевается, что ими воспользуется в основном малый и средний бизнес, хотя формально размер компании не уточняется. Заявляя об этой мере, правительство попросило проявить ответственность и не использовать кредиты для выплаты бонусов топ-менеджменту и вывода прибыли. Ожидается, что бюджет гарантирует 500–600 млрд крон (46–55 млрд евро).
С 1 марта по 30 июня компании и индивидуальные предприниматели могут платить сниженные взносы на соцстрахование для 30 работников компании – с той части их зарплат, которая не превышает 25 000 крон (2300 евро).
Компании с 1 мая на три месяца смогут сократить рабочие часы сотрудников на 80%, государство доплатит работнику разницу до 90% его прежней зарплаты. Учитывая сниженные взносы на соцстрахование, в мае и июне бизнес сможет сократить траты на персонал на 86%.
Правительство гражданам доверяет, но проверяет. Налоговики тоже получат дополнительное финансирование и проведут внеплановые проверки некоторых из пользователей льгот. Ведь если компании запросят помощи на 700 000 работников, это обойдется стране в 127 млрд крон (11,7 млрд евро).
В апреле и мае казна будет оплачивать больничные наемным работникам и до 14 дней больничных самозанятым. Не забыли и про местные власти: муниципалитетам и регионам казна компенсирует расходы на здравоохранение, связанные с COVID-19. На это уйдет дополнительно 22 млрд крон (2 млрд евро).

В чем проблема подсчетов

64-летний Тегнелл одевается как старомодный учитель, держится сухо и отчужденно, пишет The Local. Его диплом в Университете Уппсалы был посвящен тропической медицине и здравоохранению развивающихся стран. Отбыв интернатуру, он в 1990–1993 гг. работал в Лаосе в миссии ВОЗ, которая занималась вопросами вакцинации и борьбы с инфекциями. Вернувшись, был инфекционистом в коммуне Линчёпинг, а с 1998 г. работал в Шведском институте контроля за инфекционными заболеваниями (Стокгольм) и Национальном совете здравоохранения и социального обеспечения. В 2012 г. его назначили главным эпидемиологом Швеции. Его начальник, директор Агентства здравоохранения Швеции Йохан Карлсон, тоже профессиональный вирусолог.

Тегнелл не раз повторял, что цель – сгладить кривую заболеваемости, чтобы не допустить переполнения больниц. Ему есть о чем беспокоиться. В стране 510 коек интенсивной терапии, писал в конце февраля шведский таблоид Expressen. За год они пропускают 45 500 пациентов, которые проводят в них гораздо меньше времени, чем необходимые при COVID-19 две – три недели.

Власти готовились к худшему. Возле инфекционной клиники в коммуне Худдинге они поставили шесть контейнеров-рефрижераторов, способных вместить до 1000 трупов, сообщало шведское интернет-издание Fria Tider. Пока они не понадобились. Количество мест в палатах интенсивной терапии удалось быстро увеличить. В Стокгольме развернули полевой госпиталь для приема сотен больных коронавирусом, в том числе 30 мест с ИВЛ. Он тоже пока не пригодился. Как отмечает Йохан Норберг из Института Катона, средний возраст умерших – около 80 лет, что близко к средней продолжительности жизни в Швеции (81 год у мужчин и 84 у женщин). Но это же указывает на просчет властей: вирус проник в дома престарелых. По словам Тегнелла, на них приходится более половины смертей людей старше 70 лет, из 313 домов престарелых Стокгольма вирус обнаружен более чем в 120.

Впрочем, не только шведы не уберегли стариков. Смертность от коронавируса в Бельгии вдвое выше, чем в Нидерландах. Но почти половина умерших бельгийцев скончались в домах престарелых, а не в клинике. Голландцы реже бельгийцев проводят тестирование в домах престарелых, да и в целом по стране тестируют вдвое меньше на душу населения, чем в Бельгии. Поэтому статистика в Нидерландах лучше, говорит Норберг.

Коронавирус проник в дома престарелых /AP Photo

«У нас в Швеции всегда было тревожно-любопытное правительство, – подшучивает Норберг. – Каждый швед имеет 10-значный персональный номер, нечто вроде номера соцстрахования в США. Он обязательно фиксируется при каждом контакте с властями и врачами. Сейчас Швеция постоянно проверяет список людей с положительным тестом на вирус и каждый раз обнаруживает, что кто-то из них умер в течение 30 дней после теста, это регистрируется как смерть от COVID-19, даже если причиной был рак или сердечный приступ. Швеция сообщает о количестве людей, которые умирают с COVID-19, а не от COVID-19». А, например, в Норвегии врач должен прийти к выводу, что человека убил именно коронавирус.

Чем коронавирус похож на шоссе

Норберг согласен, что смертность у сидящих на карантине соседних стран действительно меньше, чем у шведов. Это следствие того, что соседи откладывают часть смертей на потом.

Коронавирусная инфекция сейчас везде в мире, вторит ему Vanity Fair. Даже если вы, как Китай, введете строжайший карантин и уничтожите вирус внутри страны, он вернется, как только снова откроются границы. Когда Тегнелл говорит, что Швеция занимается смягчением отрицательных последствий, он как раз это имеет в виду. Журнал приводит аналогию: ограничение скорости на дорогах. Установите его на 10 милях в час, и будет спасено множество жизней. Но люди не смогут долго такое терпеть, выплеснувшаяся агрессия может привести к человеческим жертвам. Повысьте лимит до 40 миль в час – и будет спасено меньше жизней на дорогах, но не будет других жертв, и по прошествии времени окажется, что жертв будет меньше в целом.

«Мы пока не знаем, лучше или хуже шведская модель. Но мы знаем, что Швеция не расправляется с основными свободами и не разрушает общество и экономику до такой же степени, как другие», – говорит Норберг из Института Катона.

Но не все так оптимистичны. «Шведский расслабленный подход к коронавирусу уже может иметь неприятные последствия», – предупреждает заголовок Time. «Швеция готовится к тысячам смертей из-за слабой вирусной политики» – заголовок Bloomberg. А The Guardian и вовсе сравнивает стратегию Швеции с русской рулеткой.