Как политические сериалы влияют на реальную жизнь

Они повышают интерес к политике, но не могут на нее воздействовать, считают эксперты
Кадр из сериала «Слуга народа» / Квартал-95

Политическая жизнь в российских сериалах гораздо понятнее зрителям, чем реальная политическая действительность. Об этом говорится в подготовленном фондом «Петербургская политика» обзоре «Как большая политика приходит в каждый дом. Теперь и в России» о современных политических сериалах. Обзор основан на исследовании «Современные сериалы как инструмент рефлексии политического», грант на который был получен по итогам конкурса проектов фундаментальных исследований в сфере общественно-политических наук, проводимого Экспертным институтом социальных исследований совместно с Российским фондом фундаментальных исследований при поддержке администрации президента. Для исследования были организованы экспертные опросы, фокус-группы и просмотрено более 50 сериалов, в том числе 27 американских и по семь – британских и российских.

Общее и особенное

Объем политического контента в сериалах весьма ощутим, что обусловлено исторически высоким местом политики в медийной повестке и стремлением зрителей «подсмотреть» за жизнью истеблишмента, говорится в исследовании. Но мнение о том, что политические сериалы являются мощным инструментом мягкой силы или продвижения имиджа, эксперты считают упрощением даже при наличии ряда примеров переплетения сериальной и жизненной реальности (как в украинском «Слуге народа» или американском «Западном крыле»). Люди, теряя привычку к потреблению новостей, находят им замену в сериалах: к формированию политических запросов это напрямую не приводит, но может влиять на структуру предпочтений и ценностей зрителей.

В России мир сериалов воспринимается как недостаточно серьезный, а большинство наших политических сериалов ориентировано на внутреннюю аудиторию. Их самые распространенные форматы – комедии (вроде «Домашнего ареста») и «идеологические» сериалы («Спящие»). Хотя даже пропагандистские фильмы могут выглядеть весьма двусмысленно и оставлять зрителю пространство для интерпретаций, подчеркивается в докладе. Другими особенностями российских сериалов являются относительно небольшое (в сравнении с американскими) внимание к темам ценностей, борьбы добра и зла, а также ирония при подаче образа действующей власти.

В зарубежных сериалах Россия, по мнению экспертов, показана с «соизмеримым потенциалом» – возможно, в большей степени так, как хотело бы видеть себя российское руководство на международной арене: страна, доставляющая проблемы, с размытыми целями, порой не способная контролировать свой боевой потенциал, опасная, но более понятная, чем исламский мир. При этом реакция российского зрителя на образы России и русских часто более болезненна, чем могли бы рассчитывать авторы. Лидером симпатий россиян в ходе фокус-групп стал президент Петров из «Карточного домика», твердо отстаивающий позиции России и верный ее интересам (как он их понимает), а вот образ России и русских в сериале «Госсекретарь» был воспринят отрицательно.

По данным «Левада-центра» на лето 2019 г., политические сериалы не входят в число самых известных у российских телезрителей. 35% опрошенных вообще не смотрят зарубежные сериалы, однако среди тех, кто ежедневно выходит в интернет, таких лишь 23%. В то же время среди молодежи 18–29 лет с 1994 г. доля смотрящих сериалы почти каждый день выросла с 27 до 48%.

Сериалы вместо новостей

Сериалы напрямую не меняют политические предпочтения зрителей, но у них изменяется контекст восприятия, появляются новые герои и аналогии, говорится в исследовании. «Интонация разговора о политике чаще обусловлена не жанром, а страновыми особенностями восприятия политики, – поясняют авторы. – Для США политика – сфера борьбы ценностей, добра и зла, иногда – рефлексии о правильности или неправильности своих действий. Для британской традиции характерна ирония: политики существуют в своем мире, в лучшем случае ритуальном, в худшем – смехотворном. Российская традиция ближе к британской: разговор о ценностях политиков, борьбе добра и зла вызывает у зрителей ощущение надуманности и неумелой пропаганды».

Сериалы являются мощным источником популяризации политического контента для аполитичных зрителей, считают эксперты, но из-за оторванности миров политики и шоу-бизнеса достаточно удачных примеров прямой манипуляции политическими предпочтениями почти нет. Сериалы нельзя в полной мере рассматривать как пособие по изучению политических процессов, тем не менее они формируют политический язык и ставят перед людьми актуальные вопросы – в отличие от ток-шоу и информационных передач. «Информация с экранов телевизоров носит ситуативный характер и слишком пропагандистски ориентирована. Многие политические сериалы тоже содержат эти недостатки, но совокупность собранных мнений помогает понять, что зрителю нужен серьезный разговор о сфере политического», – сказано в исследовании. В то же время политика все равно остается той областью, в которую не хочется погружаться с головой, т. е. сериалы легитимируют ее как особую реальность со своими законами.

По данным фокус-групп, сериалы порождают у респондентов чувство страха и незащищенности: они видят, как работают политические механизмы и как мало зависит от конкретных людей. Но сериалы могут выполнять и терапевтическую функцию, считают эксперты: «Знакомство с различными политическими сериалами убеждает респондентов в том, что политические механизмы в России, на Украине, в Западной Европе по своей сути очень схожи. Тем не менее респонденты в целом сошлись во мнении, что в России вряд ли появился бы сериал «Карточный домик». О вершинах политической власти в России не принято говорить на столь откровенном языке».

Авторы исследования также составили свой список обязательных к просмотру политических сериалов. Среди них, в частности, британский «Да, господин министр», российский «Домашний арест», американский «Карточный домик», итало-испано-французский «Молодой папа», украинский «Слуга народа».

Кино и жизнь

Политика задает повестку, поясняет президент фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов: «Есть ряд сериалов, которые реагируют на текущую повестку, где-то есть узнаваемые типажи, что привлекает зрителей. Есть и исторические события, мимо которых не проходят ни кино, ни сериалы, – вроде 11 сентября [2001 г.]. В российских сериалах тоже есть узнаваемые типажи и обыгрываемые стереотипы – как, например, тема запретов в «Последнем министре». Там на все смартфоны должны установить программу, которая, если человек допускает грамматические ошибки и движется со скоростью больше 15 км/ч, определяет его как пьяного за рулем». Сама политическая жизнь на сериалы не влияет, потому что сериалы не побуждают зрителей к действиям, а элита действует между обсуждаемой повесткой и своим миром небожителей, говорит эксперт: «Были примеры, когда [экс-премьер] Дмитрий Медведев и [режиссер] Никита Михалков комплиментарно отзывались о «Домашнем аресте». Они, видимо, испытывали радость узнавания и возможность потроллить коллег. Но каких-то серьезных последствий в виде влияния политической жизни на сериалы не было». То, что политических сериалов у нас не так много, объясняется стереотипами о том, что в России хороших сериалов не снимают и что политический контент в стране в принципе запрещен и лучше никак не высказываться о политике, добавляет Виноградов: «Несмотря на это, число таких сериалов постепенно растет – у режиссеров появляется желание об этом поговорить, зритель же отзывается в условиях вакуума».

В России грустная ситуация с политическими сериалами, говорит политолог Евгений Минченко: «Я сам предлагал сделать аналог «Западного крыла» про работу администрации президента, но идея не возымела ответа. Пару раз ко мне обращались продюсерские компании с просьбой выступить в качестве политконсультанта при создании таких сериалов – и оба раза сериалы сняты не были». Сейчас на телевидении нет запроса на политизацию, есть опасение, что кому-то может что-то не понравиться, отмечает эксперт: «Но думаю, что число политических сериалов будет постепенно расти с учетом интернет-платформ, которые уже показывали и «Домашний арест», и «Последнего министра». Чем больше будет политизации в реальной жизни, тем больше будет политического контента». В России политические сериалы на политику не влияют, они скорее сделаны по формату «попробуем комически отразить существующую действительность, а не показать альтернативное будущее», считает Минченко: «На Западе же сериальная культура и политическая реальность очень связаны. Например, была системная кампания по раскрутке Хиллари Клинтон как будущего президента США – и вышло несколько сериалов вроде «Госсекретаря» и «Политиканов».