Непривычные военно-транспортные обязанности
«Ведомости» разбирались, по каким правилам проходит изъятие техники при мобилизации![](https://cdn5.vedomosti.ru/image/2022/7o/1duyja/original-1sm9.jpg)
Руководители российских организаций начали получать запросы из военных комиссариатов о наличии и техническом состоянии транспорта, находящегося на балансе. Например, в распоряжении «Ведомостей» есть такой документ, его получил крупный региональный добывающий холдинг Дальневосточного федерального округа. В нем указывается, что сведения необходимо предоставить «в соответствии с требованиями закона о мобилизационной подготовке и мобилизации в РФ и положения о военно-транспортной обязанности».
В приказах о мобилизации, которые выпустили военкоматы после указа президента от 21 сентября, организациям напоминают об обязанности по передаче ТС в войска. Например, военный комиссар Татарстана указывает, что «по особому распоряжению» руководители организаций обязаны доставить автомобили, дорожно-строительную, подъемно-транспортную и другую технику и механизмы «в сроки и пункты согласно нарядам военных комиссариатов муниципальных образований».
Согласно положению, военно-транспортная обязанность (ВТО) распространяется на организации независимо от их формы собственности. Исключение есть – для диппредставительств и консульских учреждений иностранных государств, а также для иностранных и международных организаций. «Ведомости» запросили Минобороны, по какому принципу и в каком количестве сейчас отбирается техника на нужды Вооруженных сил, но в ведомстве пока не ответили на эти вопросы.
Обязанности мирного времени
Порядок исполнения ВТО определен в указе президента РФ от 2 октября 1998 г. № 1175. По нему организации должны исполнять ВТО и до объявления мобилизации – в мирное время это делается «путем проведения мероприятий», в частности по учету ТС, их подготовке для войск и обеспечению их работы. Учет ТС ведут военные комиссариаты и органы военного управления.
Ранее юрлица должны были получать отметку военкомата на заявлении о регистрации ТС. Но в 2013 г. это требование было отменено, и теперь информацию военкоматам должны давать подразделения Госавтоинспекции и органы гостехнадзора. Они по закону передают военкомату сведения о регистрации и изменении регистрационных данных, а также о снятии с учета ТС. «Ответить на запрос военкомата организация обязана даже в том случае, если у нее вообще нет ТС», – указывает управляющий партнер BLS Елена Кожемякина.
Если организации откажутся отвечать на запросы военкомата о числе ТС и их состоянии, то они могут быть оштрафованы.
Такой случай «Ведомостям» удалось обнаружить в практике Корсаковского городского суда Сахалинской области (решение от 7 апреля 2015 г.). Тогда отдел военного комиссариата Сахалинской области по городу Корсакову и Корсаковскому району обратился в муниципальное казенное учреждение «Управление по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям Корсаковского городского округа». Он потребовал предоставить информацию о наличии и техническом состоянии ТС. Учреждение направило ответ на бланке, присланном военкоматом, что в его распоряжении отсутствует тракторная, дорожно-строительная и подъемно-транспортная техника (такие пункты были прописаны в бланке). Военкомат этот ответ не устроил, и он оштрафовал управление на 10 000 руб. по ст. 19.25 КоАП (неисполнение военно-транспортных мобилизационных обязанностей). Суд решил, что учреждение не выполнило ВТО, так как должно было отчитаться обо всех ТС, зарегистрированных за управлением.
Военкоматы вправе также обращаться за необходимой им информацией в Росстат, другие федеральные и региональные органы исполнительной власти, органы местного самоуправления и организации-владельцы, но какую именно информацию они могут запрашивать, в положении о ВТО, не уточняется. «Ведомости» направили запрос в Росстат о том, какого рода информация по ТС интересует военное ведомство, но ответа на этот запрос также пока не получили.
По указу президента под ВТО «для обеспечения мобилизационной готовности» также подпадает отбор ТС совместно с представителями войск, содержание ТС в состоянии готовности к предоставлению войскам. ВТО подразумевает и «подготовительные мероприятия для установки на транспортных средствах специального оборудования», а также «накопление, хранение и обновление запасов материальных ценностей мобилизационного резерва и другого имущества в соответствии с мобилизационными заданиями».
При этом даже в мирное время у армии есть право привлекать ТС, принадлежащие организациям, например, для проведения учений и тренировок по мобилизационному развертыванию и выполнению мобилизационных заданий. Но это делается нечасто.
Как сообщила руководитель службы правового консалтинга компании «Гарант» Татьяна Тюфтина, за 15 лет существования компании ее клиенты «всего несколько раз обращались за разъяснениями по вопросам о ВТО». И единственный раз на горячую линию «Гаранта» поступил запрос от клиента, к которому военкомат обратился с просьбой о предоставлении ТС, это было в 2020 г. Руководитель Федерации автомобилистов России Сергей Канаев заявил «Ведомостям», что и вовсе никогда не сталкивался на практике с ситуациями, когда военкоматы требовали бы у организации предоставить ТС.
В мирное время Минобороны должно определить порядок, пункты передачи и сроки предоставления ТС войскам и довести эту информацию до организаций.
Немирное время
В период мобилизации и в военное время, как предусматривает указ 1998 г., ВТО заключается в предоставлении войскам техники и обеспечении ее работы в соответствии с мобилизационными заданиями. Обязанности по доставке ТС в пункты передачи, проведение подготовительных мероприятий для установки на них специального оборудования, переоборудование или дооборудование возложены на организации, они должны делать это за счет собственных средств.
Но если в мобилизационном задании, выписанном военкоматом, нет указания о необходимости предоставления ТС или задания и вовсе нет, то организации не должны передавать свой транспорт в войска. Это следует из того же указа президента.
При этом далеко не любые ТС подлежат передаче в войска. В 2014 г. Минобороны утвердило перечень ТС, на которые распространяется такая обязанность. Например, в нем указаны легковые автомобили повышенной проходимости, ТС, используемые для перевозки пассажиров, кроме троллейбусов, грузовые автомобили и прицепы. Также мобилизации подлежат отдельные категории тракторов, дорожно-строительной и подъемно-транспортной техники, тягачи, снегоходы и квадроциклы.
По мнению экспертов, в первую очередь военкоматы будут стараться получить технику отечественного производства. «Российские автомобили наиболее ремонтопригодны, и в войсках будут минимальные проблемы с получением запчастей для них, – говорит президент Коллегии правовой защиты автовладельцев Виктор Травин. – Очевидно, что получить запчасти, например, для японских или немецких автомобилей в случае их поломки на фронте будет затруднительно». Травин также добавил, что ему пока не известны случаи, когда военкоматы требовали бы у предприятий предоставить фронту свои ТС.
По мнению Канаева, наиболее востребованными будут транспортные автомобили с максимальной массой свыше 3,5 т (фургоны, автомобили для перевозки людей), а также спецтехника. «Спецтехника на фронте – это самая необходимая часть наряду с боевыми машинами», – сказал он.
Указ предполагает существование лимитов для предоставляемых ТС, но точных цифр он не устанавливает. «Из положения о ВТО следует, что порядок определения лимитов для организаций должен устанавливаться нормативно-правовыми актами, – отмечает Кожемякина. – Но ведает этим всем Минобороны, в открытом доступе их нет. Сколько техники у кого, когда, как заберут при мобилизации, нигде не сказано, определяет это Минобороны».
Канаев предположил, что вряд ли у организаций заберут более половины их ТС: «Но все будет зависеть от парка автомобилей, от того, насколько они необходимы при мобилизации».
Лизинг и аренда
Согласно указу президента, ВТО распространяется как на организации, у которых техника находится в собственности, так на те, которые распоряжаются ТС на праве хозяйственного ведения или оперативного управления «либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором». Вопрос о том, как будет реализовываться ВТО, если собственник передал ТС на основании договора во владение иному лицу (лизинг, аренда), в нормативных актах не урегулирован. Положение о воинской обязанности не регламентирует, к кому в такой ситуации военкоматы будут обращаться с требованием о передаче ТС войскам.
«Про юридические статусы – аренда, кредит, лизинг – четко нигде не говорится, – соглашается Кожемякина. – Но лизинг, как и кредит, предполагает право хозяйственного ведения и управления. Поэтому машины в лизинге также могут забрать по военной обязанности. И не факт, что у лизингодателя, а [возможно] напрямую у лизингополучателя». Эксперт службы правового консалтинга компании «Гарант» Артем Барсегян подтверждает, что наиболее логичным для военкомата является именно обращение к арендатору ТС или лизингополучателю: собственник ТС в таких обстоятельствах физически не сможет исполнить требование военкомата о передаче автомобиля.
«Ведомости» направили запросы в Минпромторг и Минэкономразвития о том, как планируется корректировать регулирование вопросов лизинга в связи с имеющимися пробелами в законодательстве, но ответов пока не получили. В правительстве, судя по всему, уже зафиксировали, что некоторые вопросы требуют уточнения, следует из копии протокола совещания первого зампреда Белого дома Андрей Белоусова, которое состоялось 28 августа (см. статью на стр. 1). Минфину при участии Банка России было поручено, в частности, разработать предложения по заморозке платежей по договорам лизинга и варианты действий в случае, если мобилизован сотрудник, под личное поручительство которого организации было предоставлено ТС.
Барсегян считает, что в случае изъятия ТС ситуацию логично трактовать как форс-мажор. Согласно ГК РФ, при наступлении форс-мажора стороны освобождаются от ответственности за нарушение обязательств (например, от уплаты пени за просрочку платежа), при этом обязательства не исчезают. В судах также выносились решения, что форс-мажор не освобождает арендатора от обязанности вносить плату за пользование имуществом (определение Верховного суда РФ от 17 октября 2014 г.). Таким образом, арендатору или лизингополучателю, лишившемуся возможности использовать автомобиль, согласно действующей практике придется платить по договору.
Теоретически изъятие государством ТС, находящихся в аренде или лизинге, может быть основанием для применения ст. 451 ГК РФ (изменение и расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств), отмечает Барсегян: изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения. «Однако пойдет ли правоприменение по такому пути, сейчас сказать трудно», – добавляет эксперт.
Представитель Объединенной лизинговой ассоциации сообщил «Ведомостям», что тема изъятия ТС, находящихся в лизинге, для государственных нужд в целях мобилизации «существует и прорабатывается». «Лизинговые компании являются одними из крупнейших собственников ТС в России, поэтому очень важно, чтобы при разработке любых нормативных актов, регламентирующих вопросы изъятия имущества для целей мобилизации, было учтено мнение специалистов лизингового сообщества», – отмечают в ассоциации.
Ответственность и компенсации
В Объединенной лизинговой ассоциации напоминают, что в соответствии с п. 3 ст. 13 закона о мобилизационной подготовке и мобилизации в РФ и указом президента возмещение государством убытков, понесенных организациями и гражданами в связи с предоставлением ТС и другого имущества, находящегося в их собственности, «осуществляется в порядке, определяемом правительством».
«Но на текущий момент отсутствует информация об утверждении правительством РФ порядка возмещения убытков, – отметил представитель ассоциации. – При этом необходимо обратить внимание, что из буквального толкования положения о мобилизационной подготовке и мобилизации в РФ следует, что убытки подлежат возмещению собственникам ТС и другого имущества».
«Ведомости» направили запрос в Белый дом, но ответа на него пока не получили.
Тем не менее закон о мобилизации гарантирует, что государство возместит убытки, которые понесут организации при предоставлении ТС в целях обеспечения обороны страны и безопасности государства. Как сообщила «Ведомостям» партнер адвокатского бюро «Забейда и партнеры» Дарья Константинова, компенсация должна производиться при возвращении ТС собственнику. Она рассчитывается с учетом времени эксплуатации и повреждений и износа техники. «Поэтому при передаче транспорта на военные нужды предприятиям следует зафиксировать состояние автомобилей путем фото- или видеосъемки и других актов, свидетельствующих о техническом состоянии ТС», – рекомендует юрист.
Кожемякина же отмечает, что конкретный порядок компенсации и принципы определения ее размера на сегодняшний день нормативно не закреплены: «В документах говорится, что компенсация должна быть, но в каком размере, должно устанавливаться отдельно. Будет ли эта цена рыночной – вопрос».
Ответственность за неисполнение ВТО – как за непредоставление списков техники, так и за уклонение от передачи ТС – устанавливает статья 19.25 КоАП. Должностным лицам грозит штраф от 500 до 1000 руб., а юридическим лицам – от 10 000 до 20 000 руб. Рассматривать дела о таких правонарушениях уполномочены военкоматы.
«Уголовной ответственности за уклонение от ВТО не предусмотрено, – пояснила Константинова. – Можно предположить, что в последующем законодатель рассмотрит вопрос о введении уголовной ответственности для руководителей организаций за умышленное сокрытие транспорта и предоставление негодных ТС для военных нужд».
Как свидетельствует судебная практика, до недавнего времени военкоматы не слишком пристально следили за исполнением организациями ВТО. В ГАС «Правосудие» содержится два дела о неисполнении организациями ВТО, одно из них было заведено в систему в январе 2022 г., второе – в апреле 2022 г. В справочно-правовой системе «Гарант» за период с 2008 г. имеется всего чуть более 20 судебных решений по ст. 19.25 КоАП.