В начале 90-х спортсмены из бывшего СССР объединились под флагом МОК. И обошли почти всех в медальном зачете

Фотографировались тоже вместе
Знаменосцем Объединенной команды на зимних Играх-92 был биатлонист из России Валерий Медведцев /Игорь Уткин и Александр Яковлев / ИТАР-ТАСС

На Олимпиаде-2022 российской команде, как в Пхенчхане-2018 и Токио-2020, придется обходиться без государственного флага и национального гимна. Впрочем, практика показывает, что на результатах эти лишения не сказываются. Токийские победы вдохновенно звучали и под музыку Чайковского; хоккеисты никогда не добывали олимпийского золота как сборная России, зато под брендом OAR (Olympic Athletes from Russia. – «Ведомости. Спорт») стали чемпионами в Пхенчхане, а про «священную нашу державу» спели сами, хором, «а капелла».

Точно так же 30 лет тому назад вопреки всему шла от победы к победе команда великой империи, уже расчлененной пилами политики, но еще способной объединиться. Пусть не в союз, но хотя бы в содружество, и сделать что-то вместе.

Отсрочка самостоятельности

Поначалу выступление спортсменов бывших союзных республик единой сборной выглядело не просто проблематичным – невозможным. Едва стало известно о ликвидации СССР – в декабре 1991 г., как спортивные организации 12 новообразованных государств (прибалтийские страны заполучили суверенитет чуть раньше и в СНГ не вошли) побежали занимать очередь в МОК с табличкой «признание национальных комитетов». Первой о своем намерении послать на Игры собственную команду заявила Украина, следом Грузия, Армения и Молдавия. Затем Всероссийский олимпийский комитет (ВОК), созданный в 1989 г., обратился в МОК с просьбой признать за ним право наследования советских спортивных полномочий.

Ситуация стремительно неслась в тупик. Тогдашний глава МОК Хуан Антонио Самаранч придал ей еще большее ускорение: «Признание новых национальных олимпийских комитетов возможно лишь после признания этих стран ООН». То есть либо на Олимпиаду едет команда экс-СССР, либо никто.

Впрочем, на зимние Игры в Альбервиле, где Россия легко могла обойтись своими силами, остальные участники СНГ были не против делегировать спортсменов в состав единой команды. 3 января 1992 г. об этом на встрече в Москве договорились спортивные руководители России, Азербайджана, Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизии, Молдавии и Украины. Тогда же придумали название – Объединенная команда олимпийских комитетов, позже в разговорной речи сокращенное ровно наполовину. Состоялось и еще одно ключевое решение: на переходный период был учрежден Совет президентов НОК «для координации работы по подготовке и участию в Олимпийских играх 1992 г.». Первый шаг к объединению был сделан. «Мы учимся находить общий язык», – сказал после заседания глава НОК СССР россиянин Виталий Смирнов, возглавивший совет.

Президентский прием

6 января в штаб-квартире МОКв Лозанне Смирнов лично представил Самаранчу документы о договоренностях и получил их принципиальное одобрение. А 8 января состоялась новая встреча, затянувшаяся до утра, на которой было решено отправить единую команду и в Барселону, поскольку, как заметил министр спорта Украины Валерий Борзов, по отдельности ни одно государство СНГ не в силах обеспечить полноценную подготовку спортсменов. Только Россия усилиями опытных функционеров могла договориться с реальными спонсорами (Смирнов, к примеру, уже вовсю вел переговоры о генеральном партнерстве с Adidas и в итоге получил контракт) и обеспечить лоббирование интересов стран СНГ на международном уровне. Правда, на Украине Борзову предстояло побороться за единую сборную с активными сторонниками полной «самостийности», но он был решительно настроен на победу. Теперь слово было за МОК.

13 января Смирнов вновь вошел в кабинет Самаранча – и покинул его через два часа с чувством выполненного долга. МОК согласился с выступлением Объединенной команды под олимпийским флагом в Альбервиле-1992. Правда, отклонил предложение произнести на церемонии открытия название команды как «сборная олимпийских комитетов России, Белоруссии, Украины...» и т. д., мотивируя это тем, что НОК этих стран еще не приняты в МОК и потому не могут быть официально представлены на Олимпиаде. Решение по летним Играм было отложено до 9 марта.

Несложно догадаться, что переговорные сложности были обусловлены влиянием Кремля. Первый президент России Борис Ельцин соглашался на вариант с единой командой при условии, что в случае победы на церемонии награждения будет названа страна, которую представляет чемпион, поднимут ее флаг наряду с олимпийским и исполнят ее гимн. Для окончательного согласования была намечена встреча президентов РФ и МОК. Изначально – на 18 января, но в последний момент ее перенесли на неделю: сообщалось, что Ельцин «почувствовал недомогание».

Удобная трансформация

24 января чартер с маркизом Самаранчем на борту приземлился в «Шереметьево». 25-го в полдень встреча двух президентов состоялась. Ельцин сразу извинился, что Самаранчу пришлось ждать целую неделю, и опроверг слухи о своей болезни.

Редкие переговоры заканчиваются настолько успешно для обеих сторон. Не отступив ни на йоту от регламентов и традиций и настояв на том, что сборную СНГ должны олицетворять олимпийские атрибуты, Самаранч согласился и с требованием Ельцина по поводу национальных гимнов и флагов в случае успехов представителей СНГ. Кроме того, спортсменам Объединенной команды позволили на форме нашивки с названиями и символикой своих государств. В ответ он поставил одно условие: до конца 1992 г. независимо от сроков признаниях НОК новых государств на всех крупнейших соревнованиях спортсмены бывшего СССР должны выступать одной сборной.

Еще одной важной темой для обсуждения Самаранча и Ельцина стала олимпийская правопреемственность России от СССР, ведь НОК Российской империи в начале XX века был одним из основателей МОК. Автоматическая трансформация НОК СССР в Олимпийский комитет России (ОКР) позволила бы стране сохранить посты (т. е. влияние) в международном спорте, но и для Самаранча такой вариант выглядел предпочтительнее. Главу советского НОК Виталия Смирнова и других деятелей в МОК давно знали, а новая структура ВОК, возглавляемая Владимиром Васиным, еще не успела обрести самостоятельность и жила исключительно на средства из госбюджета.

«Я восхищен и приемом, и продуктивностью переговоров, и единодушием с президентом России», – резюмировал руководитель МОК свой визит в Москву. Превращение НОК СССР в ОКР было одобрено.

Наградной список

В Альбервиле Объединенная команда выступила бесподобно, уступив лишь самую малость (три медали) сборной Германии, тоже только что объединившейся. В общую копилку добавил свою золотую украинский фигурист Виктор Петренко. Другой Петренко, Сергей, а также Алексей Житник стали чемпионами в составе хоккейной дружины Виктора Тихонова.

Летняя Олимпиада в Барселоне, последняя для Объединенной команды, получилась абсолютно триумфальной. 112 медалей, из которых 45 золотых, – соответственно, на четыре и восемь больше, чем у американцев. Героем Игр стал белорусский гимнаст Виталий Щербо, завоевавший шесть медалей высшего достоинства. Его коллега украинка Татьяна Гуцу стала двукратной чемпионкой. В золотую сборную саблистов входили три россиянина и два украинца, в женскую гимнастическую, выигравшую многоборье, – спортсменки из России, с Украины, из Белоруссии и Узбекистана; такими же многонациональными были мужская гандбольная и женская баскетбольная команды. На борцовском ковре сильнейшими были россиянин Александр Карелин и узбек Махарбек Хадарцев, армянин Мнацакан Искандарян и грузин Лери Хабелов, на легкоатлетическом стадионе – россиянин Максим Тарасов и таджик-узбек Андрей Абдувалиев, на тяжелоатлетическом помосте – молдаванин Федор Касапу, грузин Кахи Кахиашвили, армянин Исраэл Милитосян, белорус Александр Курлович и россиянин Виктор Трегубов.

Но в репортажах из Барселоны все они были «нашими».

Другие материалы в сюжете