Футбольный Кипр страдал из-за политики: военный переворот разделил местную лигу, клубы срочно переселялись

Кипр в 1970-е был очень нужен и Греции, и Турции
Руслан Шамуков / ИТАР-ТАСС

Уже почти полвека Кипр делится на южную греческую и северную турецкую части. В преддверии важнейшего матча сборной России в отборе на ЧМ-2022 – 11 ноября на «Газпром Арене» – «Ведомости. Спорт» разбирается в причинах размежевания и их последствиях для футбола.

Непотопляемый авианосец

Текущее положение дел на Кипре отчасти связано с Россией. В 1878 г. завершилась очередная русско-турецкая война, которая выявила слабость Османской империи. Это беспокоило правительства Западной Европы, и уже через год Британия и Турция договорились об оборонительном союзе. Англичане должны были помочь в случае новой войны с Россией, а взамен получили контроль над Кипром, принадлежавшим Османской империи с 1571 г. Юридически остров оставался под властью Стамбула, но, как только Турция вступила в Первую мировую на стороне Германии, Британия аннексировала Кипр, а в 1925 г. объявила его колонией.

В таком статусе он пребывал до 1960 г., когда получил независимость. Британия долго не желала расставаться с островом из-за его выгодного положения. Кипр прозвали «непотопляемым авианосцем»: оттуда британцы контролировали воздушное пространство половины Средиземноморья и заметной части Ближнего Востока. Провозглашение независимости Кипра стало компромиссным решением, но королевские ВВС остаются на острове до сих пор.

Удивительно, но среди местных жителей редко звучали лозунги о самостоятельности. С колониальным режимом боролось созданное в 1955 г. движение ЭОКА («Национальная организация кипрских бойцов»), которое выступало за «энозис» – объединение с Грецией. Кипр с античных времен остался частью греческого мира, и даже появление на острове крестоносцев не сильно изменило национальный состав. И только после присоединения Кипра к Османской империи он стал полиэтничным.

В середине XX в. турецкая и греческая общины преследовали разные интересы. Первая была готова поддержать британцев, чтобы те не покидали остров, потому что в противном случае они опасались прихода к власти сторонников ЭОКА с последующим присоединением Кипра к Греции.

В новой республике греки составляли большинство – 70–80%, но конституция уравнивала два народа в правах. Все государственные и армейские должности предписывалось распределять по национальным квотам, а также приветствовалось создание моноэтнических муниципалитетов с большими возможностями по самоуправлению. Но идея равноправия так и осталась на бумаге: квоты не соблюдались, а чисто турецкие или греческие муниципалитеты могли существовать только на южном или северном побережьях, где народы почти не смешивались, – в центре острова греки и турки соседствовали слишком тесно.

Мира не было и среди простых граждан. В 1963 г. в Никосии вспыхнули столкновения, в которых погибло несколько сотен турок и греков. Через два месяца в страну ввели миротворческие силы ООН. Турецкая община предложила разрешить конфликт разделом острова. Северная часть получила бы независимость, а южная переходила бы в руки Греции, но инициатива не нашла поддержки ни на Кипре, ни за его пределами.

Бегство на юг, переселение на север

/David RUBINGER / Contributor

В 1967 г. в Афинах произошел госпереворот – и это усложнило ситуацию на Кипре. К власти в Греции пришла военная хунта, прозванная режимом «черных полковников». Новые руководители придерживались консервативных взглядов и выступали за «особый путь». В международных делах полковники стремились к воссоединению всех греков, поэтому главным внешнеполитическим вопросом стал Кипр. Чтобы его решить, Георгиос Пападопулос и сменивший его Димитриос Иоаннидис охотно сотрудничали с движением ЭОКА-Б – новой, более радикальной организацией кипрских бойцов.

В июле 1974 г. ЭОКА-Б свергла президента Кипра Макариоса, открыв путь к объединению с Грецией. В ответ Турция высадила десант на севере. Поначалу речь шла о небольшом участке земли вдоль побережья, но после того, как предложение Стамбула о разделе Кипра было проигнорировано, началось продвижение к Никосии. В результате Турция взяла под контроль 37% острова, число погибших стало исчисляться тысячами, а договориться сторонам стало еще сложнее.

Вторжение 1974 г. не только лишило Грецию возможности аннексировать остров, но ударило по репутации «черных полковников» – вскоре в стране прошли первые за много лет демократические выборы. В 1983 г. была провозглашена независимость Турецкой республики Северного Кипра, что окончательно оформило политический раскол острова. Визуально его воплощает буферная зона, которая пересекает Кипр с Запада на Восток и делит в том числе столицу – Никосию.

На разделенном острове некогда смешанное греко-турецкое население стало жить порознь. Жители севера, опасаясь этнических чисток, бежали на Юг. Взамен Турция призвала своих граждан селиться в «освобожденной» части острова.

Размежевание коснулось и футбола. Чемпионат Кипра разыгрывался с 1933 г., и до вторжения в нем в основном доминировали греческие клубы. В 1951 г. в первый и единственный раз золото выиграла команда этнического меньшинства – «Четинкая Тюрк» из Никосии. Правда, через четыре года на севере появилась собственная лига и она уже объединяла клубы по этническому принципу. И до, и после провозглашения независимости матчи среди турецких команд могли не проводиться: несколько сезонов были отменены из-за обострения отношений двух общин.

Кризис 1974 г. случился как раз перед стартом нового сезона и застал врасплох игроков и тренеров из Фамагусты и Морфу, которые оказались под властью турок. До вторжения эти города оставались преимущественно греческими, поэтому несколько десятков тысяч жителей были вынуждены переселиться в другие части Кипра.

Вместе с ними из Морфу съехал «Дигенис Акритас» (с тех пор он играет в Никосии), а из Фамагусты эвакуировались «Анортосис» и «Неа Саламина». Все три команды представляли тогда высшую лигу страны. В то время «Анортосис» и «Неа Саламина» считались вечными соперниками, но их сплотила общая беда. Сегодня оба клуба играют в Ларнаке, но, как и большинство команд, перебравшихся с Севера на Юг, до сих пор официально «прописаны» в прежних городах. Болельщики периодически напоминают об этом скандированием и перформансами.

Турнир среди команд турецкого меньшинства возобновили в 1975 г. Сегодня там играет и команда из брошенного «Анортосисом» города – «Фамагуста». Футбол на Севере и Юге разделяет не только буфер безопасности ООН, но и юридический статус. Северный Кипр признает только Турция, поэтому местную лигу и европейский футбол ничего не связывает (в этом плане на нее похожа футбольная премьер-лига Крыма). Зато чемпионат Республики Кипр регулярно поставляет участников для Лиги чемпионов, Лиги Европы, а теперь и Лиги конференций.

Выше греков

В успехи кипрского футбола сложно было поверить еще полвека назад. Сразу после переворота в Афинах 1967 г. клубы островной республики включили в орбиту греческого чемпионата. Фактически лига Кипра стала региональным дивизионом, и лучшая команда могла претендовать на выход в первенство Греции. Это был исключительно политический проект.

Но разница в классе оказалась слишком большой. В сезоне 1972/73 «Омония» из Никосии поставила антирекорд греческого чемпионата, который не побит до сих пор: за весь розыгрыш команда победила лишь однажды. Да и остальные представители Кипра не задерживались в лиге Греции больше чем на сезон.

Единственный клуб, который сохранил прописку, – это АПОЭЛ, который занял 13-е место (из 18). Но это произошло прямо перед вторжением Турции на Кипр. Новая греческая власть больше не заигрывала с идеями присоединения республики, поэтому чемпионат острова вновь стал самостоятельным.

Сегодня разница между греческим и кипрским футболом уже не так существенна. В 2011 г. федерация республики замыкала топ-20 рейтинга УЕФА и заметно отставала от Греции, обосновавшейся на 11-м месте. Со временем расклад сил поменялся, и с сезона 2019/20 Кипр впервые оказался выше. Перед сезоном 2021/22 он был 16-м, а греки — на 18-й строчке.

В последние годы клубы из Никосии, Ларнаки и Лимасола добиваются ощутимых успехов. «Анартосис» в 2008 г. впервые в истории страны вышел в групповой этап Лиги чемпионов. Кипр стал самым маленьким по площади и населению государством, представленным в основной сетке турнира. «Анартосис» попал туда благодаря победе в квалификации над греческим «Олимпиакосом», а в группе клуб из Фамагусты одолел афинский «Панатинаикос». Затем скромная кипрская команда сыграла вничью с «Интером» (3:3) и «Вердером» (2:2) – и это при стоимости состава в 13,5 млн евро.

В весеннюю часть еврокубков «Анартосис» не прошел, зато вскоре это удалось АПОЭЛу, который в 2011 г. оценивался не намного дороже – 15,9 млн. В первом же матче команда из Никосии дома обыграла «Зенит» (один только защитник питерской команды Доменико Кришито стоил тогда 15 млн евро). АПОЭЛ занял первое место в группе, где также играли недавний победитель Лиги Европы «Порту» и донецкий «Шахтер». В первом раунде плей-офф киприоты прошли «Лион» и только в четвертьфинале уступили «Реалу».

Успехи клубного футбола пока не слишком отражаются на игре сборной. Во многом это связано с тем, что костяк топ-команд местного чемпионата – это легионеры. Спрос на кипрских футболистов небольшой, поэтому в национальной команде выступают преимущественно игроки кипрской лиги, которые не всегда получают возможность проявить себя в клубах, особенно в еврокубках.

Тем не менее в 2019 г. Кипр неплохо смотрелся в отборе к чемпионату Европы. Сборная страны с населением чуть больше миллиона человек в гостях дала бой России и финишировала выше Казахстана.

Другие материалы в сюжете