Торговля успехом: как и зачем футбольные клубы выходят на биржу

«Ростов» объявил о конвертации задолженности в акции. Футбольный клуб не может рассчитаться с кредиторам. К концу 2025 г. долг перед неназванными структурами приближался к 2 млрд руб., таких денег в бюджете нет, поэтому «Ростов» частично погасит его за счет выпуска новых акций. Схема поможет быстро улучшить финансовое положение и пройти лицензирование на новый сезон Российской премьер-лиги (РПЛ), но расширит число совладельцев клуба. 

В спорте иногда идут еще дальше: делают из клуба публичное акционерное общество и выходят на IPO – первую публичную продажу акций. Так владельцы привлекают новых инвесторов, в том числе за счет своих болельщиков.

По лондонской моде

Биржевая торговля спортивными активами существует больше 40 лет. В начале 1980-х «Тоттенхэм» оказался в непростой финансовой ситуации. Расходы на реконструкцию стадиона и покупку игроков  обернулись долгом в 5 млн фунтов. Это был рекорд для английского футбола. Новый владелец Ирвинг Сколар решил действовать нестандартно и в 1983 г. он вывел клуб на лондонскую биржу – создал холдинговую компанию и начал продавать акции инвесторам. Сколар планировал не просто закрыть долги, а изменить подход к финансированию клуба. Цель – привлечь внешние деньги, снизить зависимость от одного владельца и превратить футбол в бизнес с устойчивыми доходами. Размещение прошло успешно – акции быстро раскупили, и «Тоттенхэм» закрыл долг. Это первый случай, когда клуб зажил по законам рынка и стал публичным акционерным обществом.

Реакция болельщиков была неоднозначной. С одной стороны, это выглядело как шаг в будущее: фанаты впервые получили возможность купить акции клуба и почувствовать себя не просто зрителями, а совладельцами. Но росло и недоверие, консервативные СМИ критиковали Сколара за стремление коммерциализировать футбол. Впрочем, опыт «Тоттенхэма» оказался заразительным. К концу 1990-х многие большие клубы стали размещать акции на Лондонской бирже. В 1991-м на IPO вышел «Манчестер Юнайтед», в 1996-м – «Челси», а в 1997-м – «Ньюкасл» и «Лидс». 

Для «Селтика» продажа акций стала спасением в 1990-е. долги росли, стадион устарел, посещаемость падала. Кредиторы готовились вводить внешнее управление. В этот момент бизнесмен Фергус Макканн перехватил контроль и  превратил клуб в публичную компанию, выведя его на биржу.

Размещение оказалось очень успешным: клуб привлек 14 млн фунтов. Значительную часть акций купили сами болельщики – около 40% капитала оказалось в руках фанатов. Деньги вложили в масштабную реконструкцию стадиона, что сразу дало стабильный поток доходов и вернуло клуб в число лидеров. Уже в 1998 г. «Селтик» снова стал чемпионом Шотландии.

Игра на бирже

Впрочем, не все  клубы добивались успеха. Самый громкий провал случился с «Лидсом», который на рубеже веков намеревался за счет привлечения капитала со стороны акционеров стать новым европейским топ-клубом. Руководство брало кредиты под будущие доходы, рассчитывая на то, что команда будет стабильно играть в Европе и зарабатывать на телеграфах и билетах, а заодно повышать стоимость акций на бирже. Впрочем, такой подход больше напоминал лотерею. Взятые в долг миллионы пустили на покупку дорогостоящих игроков, те провалились в сезоне 2002/03, из-за чего команда не пробилась в Лигу чемпионов. К тому моменту акции «Лидса» постепенно падали, а после выхода неутешительных финансовых новостей они за один день рухнули на 29%. В 2004-м долги достигли 100 млн фунтов, клуб как биржевой актив фактически обесценился. Когда стоимость акций опустилась до 2,75 пенсов, торги заморозили. Компания фактически перестала существовать и подала на банкротство. 

На континенте клубы тоже выходят на биржу. «Аякс» сделал это в 1998-м, и в отличие от «Лидса» стал публично продавать свои акции не ради достижения спортивных результатов, а уже после крупных побед. В то десятилетие амстердамский клуб был лидером голландского футбола, выиграл Лигу чемпионов и Кубок УЕФА. Правда, новое поколение игроков оказалось слабее, большие победы остались в прошлом, и стоимость акций начала падать. 

В Италии «Ювентус» вышел на биржу в 2001-м, чтобы укрепить финансовую базу и системно развивать бизнес. Так клуб диверсифицировал доходы, снизив зависимость от телеконтрактов и спонсоров, а заодно привлек долгосрочные инвестиции. Причем стоимость акций колеблется не только от результатов команды, но и от трансферов. В 2018-м «Ювентус» подписал Криштиану Роналду, и стоимость активов выросла почти на 35%. 

Дортмундской «Боруссии» не так повезло. Немецкий клуб вышел на биржу в 2000 г., и до сих пор остается в Бундеслиге единственным публичным акционерным обществом. Тогда руководство планировало привлечь 130 млн евро, но чуть не похоронило проект неумелыми бизнес-решениями. В 2005-м «Боруссия» оказалась на грани банкротства, а ее акции упали более чем на 80% от стартовой цены. 

Не клуб, а компания

В США биржевая торговля имеет богатую историю, но к спорту она долго имела опосредованное отношение. Клубы ни по одному виду спорта не выставляли себя на торги. Причина – в устройстве лиг, которое требует строгой структуры собственности. У команды – один главный акционер, а не десятки мелких владельцев. 

Тем не менее косвенная торговля на рынке профессионального спорта в США тоже есть. Прежде всего – через компании, которым принадлежат клубы. Например, можно купить акции Atlanta Braves Holdings, владельца бейсбольной команды «Атланта Брейвс». На бирже торгуются и доли в Madison Square Garden Sports – публичная компания владеет баскетбольным «Никс» и  хоккейным «Рейнджерс». Логика в том, что инвесторы покупают не часть клуба, а спортивный бизнес: доходы от билетов, ТВ-контрактов, спонсоров и инфраструктуры.

Даже «МЮ» сегодня торгуется по такой же схеме. После выхода на Лондонскую биржу в 1991-м клуб оставался публичным акционерным обществом до покупки его американцем Малькольмом Глейзером. В 2005-м актив убрали с биржи. Но в 2012-м была создана компания Manchester United plc. Она стала собственником клуба, а ее акции стали торговаться на Нью-Йоркской бирже.

Народная команда

В России клубы никогда не становились публичными акционерными обществами. Но такие планы были у «Спартака». Бывший владелец клуба Леонид Федун в 2005 г. заявил, что хочет продавать акции болельщиков. Его цель – превратить команду в самостоятельный бизнес, который не зависит от постоянных вложений владельца. Логика была близка к западной модели: клуб должен зарабатывать на стадионе, билетах, коммерции и, в перспективе, мог бы расширять круг акционеров. 

Но исполнить обещание не получилось. Экономика российского футбола, слабый рынок ТВ-прав и ограниченные коммерческие доходы не позволяли клубу стать устойчивым бизнесом, привлекающим инвестиции за счет торговли на бирже.