Российский софт разбавят иностранным

В реестр отечественного ПО хотят допустить условно переработанные зарубежные программы
Глава Минцифры Максут Шадаев не смог провести четкую грань между российским и иностранным ПО /Александр Миридонов / Коммерсантъ

Подтверждать «существенную доработку» свободно распространяемого программного продукта с открытым кодом российским разработчикам не потребуется. Это следует из проекта поправок к постановлению правительства об импортозамещении в сфере программного обеспечения (ПО), подготовленного Минцифры (документ есть у «Ведомостей», его подлинность подтвердили представители трех крупных компаний-разработчиков и двух профильных ассоциаций).

Обязательное требование доказывать оригинальность продукта предлагали добавить участники рынка, оно обсуждалось на экспертном совете по вопросам ПО осенью прошлого года, однако исчезло из финальной версии документа, рассказали представители трех крупных разработчиков. Это означает, что компании, использующие элементы или копии иностранного свободного ПО (СПО), также могут претендовать на включение в реестр отечественных программ и участвовать в госзакупках, считают эксперты, опрошенные «Ведомостями».

Также из финальной версии документа исчезло упоминание о квоте для представителей отечественных ассоциаций разработчиков на участие в экспертном совете по ПО. Нет в нем и предложенного ранее требования вносить в реестр каждую программу, поставляемую в сборниках ПО, по отдельности.

Участие в госзакупках не единственный бонус для поставщиков, продукты которых признаны российскими. Для таких компаний действует налоговый маневр в IT-сфере, для них предусмотрена льготная (3%) ставка по налогу на прибыль и пониженные страховые взносы – 7,6%.

СПО – это ПО, которое распространяется на условиях свободных лицензий. Существенные доработки и изменения исходного открытого кода дают его разработчикам исключительные права на производный продукт. Сейчас в реестр включено несколько отечественных разработок, основанных на базе СПО или использующих его компоненты, например «Базальт СПО», Astra Linux, AlterOffice, «Мой офис», «Р7 Офис».

AlterOffice в 2019 г. был исключен из реестра и признан заимствованным – это был первый случай исключения продукта. Тогда экспертный совет решил, что при разработке ПО компания взяла значительную часть программного кода у авторов LibreOffice, исключительные права на который принадлежат сообществу разработчиков The Document Foundation. Однако осенью 2020 г. разработку вернули в реестр по решению экспертного совета. За это время компания провела доработку ПО и увеличила уникальность продукта с 12 до 36%, рассказывал ранее «Ведомостям» председатель совета директоров компании «Алми партнер» (производитель AlterOffice) Михаил Лебедев.

Отказ ведомства от требования подтверждать глубокую переработку программного продукта может объясняться тем, что для определения степени модификации ПО нужна достаточно наукоемкая экспертиза, которая не всегда может оказаться результативной, полагает руководитель направления юридической фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Ярослав Шицле: «Для получения ответа на вопрос о том, в каком объеме были произведены изменения в оригинальной программе, эксперту должен быть передан исходный код, однако зачастую он относится к информации, составляющей коммерческую тайну».

Ввести подтверждение глубокой локализации ПО участники рынка предлагали еще в прошлом году, принятие этих норм обсуждалось осенью экспертным советом при Минцифры. Его участники, к примеру, просили ввести норму, согласно которой разработчик софта на базе СПО должен был представить экспертному совету, отвечающему за его включение в российский реестр, доказательства, что в исходный иностранный продукт внесено не менее 100 существенных дополнений и исправлений.

Необходимость включить пункт о существенной доработке ПО обсуждалась, как минимум, с основными отечественными разработчиками СПО, говорит гендиректор разработчика «Базальт СПО» Алексей Смирнов: «Важно, чтобы в реестр включались только те продукты, в разработке которых есть существенный вклад российских программистов».

«Удаленный пункт был направлен на то, чтобы обеспечить включение в реестр отечественного ПО только того софта, по которому у российского разработчика есть существенные компетенции и человеческие ресурсы», – соглашается президент ассоциации «Руссофт» Валентин Макаров.

«Согласно Гражданскому кодексу производной программой для ЭВМ является исходное ПО с любой модификацией, а модификацией является любое изменение, внесенное в ПО, – объясняет руководитель юридической фирмы «Интернет и право» Антон Серго. – Как следствие, у нас в реестре немало иностранного ПО, бесплатно распространяемого на условиях свободных лицензий, в которое внесена незначительная модификация. Например, перевод меню на русский язык».

Отрасль пыталась сформулировать какие-то заградительные условия для таких фиктивных разработчиков, роль которых в формировании рынка российского ПО номинальна и при этом они являются полноценными участниками тендеров на поставку «отечественного» ПО, говорит Серго: «Мало того что они не в состоянии обеспечить полноценную поддержку такого софта, так они еще и губят реальный рынок отечественного ПО. Потому что имеют возможность перепродавать бесплатный софт в отличие от реальных разработчиков, несущих иные расходы на создание ПО».

Сейчас для включения в реестр необходимо соответствовать ряду требований – но все они сводятся к тому, что обладателем прав на программу должен быть российский разработчик, констатирует Шицле.

Мы, как экспертный центр по оценке заявок на включение в реестр ПО, слышим два голоса отрасли: один – за ограничение использования свободного кода и тем самым ограничение конкуренции, и другой – за его свободное использование и за развитие современного рынка в этом ключе, отмечает руководитель Центра компетенций по импортозамещению Илья Массух.

Для того, чтобы, даже в теории, ввести ограничения на использование свободного кода необходимо внести существенные изменения в законодательную базу, продолжает он. В частности, нормативно закрепить понятие репозитория свободного кода и определить, к какой именно международной базе кодов будет отсылка, и конечно эти действия должны быть произведены до внесения изменений в критерии включения продуктов в реестр ПО, отмечает Массух.

Во-вторых, сейчас отрасль только начала пользоваться льготами, объявленными президентом: «Уже в конце прошлого года после объявления о «налоговом маневре» число заявок от компаний на включение в реестр выросло кратно. Внесение изменений не только затормозит оказание этой помощи отрасли, но и потребует «очистки» реестра от уже включенных туда продуктов со свободным кодом», заключает Илья Массух.