Статья опубликована в № 4038 от 22.03.2016 под заголовком: Россияне беднеют рекордными темпами

Россияне беднеют рекордными темпами

В 2015 году за черту бедности перешло еще 3,1 млн человек
  • Ольга Кувшинова

По данным Росстата, число россиян с доходами ниже прожиточного минимума по итогам 2015 г. возросло на 3,1 млн человек до 19,2 млн, или до 13,4% всего населения. Это самый высокий показатель с 2008 г. (см. график), когда доля бедных незначительно возросла – если не учитывать 2008 г., то бедность в России неуклонно снижалась с 2000 по 2012 г., после чего начала расти. В 2014 г. за чертой бедности был каждый девятый россиянин, в 2015 г. – каждый седьмой.

В относительном выражении «скорость обеднения» россиян в 2015 г. стала рекордной за последние 16 лет: в сравнении с 2014 г. число бедных возросло на 19% (с 16,1 млн до 19,2 млн человек).

Сам прожиточный минимум вырос на 14,7% (IV квартал 2015 г. к IV кварталу 2014 г.) до 9452 руб. ($156 по среднему за IV квартал обменному курсу).

Рост бедности вызван прошлогодним ускорением спада реальных зарплат, пенсий и, как следствие, доходов в целом: все эти показатели непрерывно падают с ноября 2014 г. До этого они непрерывно росли с 2000 г.

За 2014–2015 гг. реальные доходы населения сократились на 5,2%, в том числе за 2015 г. – на 4,7%, за январь – февраль 2016 г. их спад ускорился до 6,7%, несмотря на замедление инфляции. Спад реальных зарплат в 2015 г. почти на 10% стал самым глубоким с 1999 г., в первые месяцы 2016 г. на фоне прошлогоднего провала падение замедлилось – до 3,1%. Реальные пенсии, как и зарплаты, ушли в минус в ноябре 2014 г., сократившись за 2015 г. на 3,8%, и в 2016 г., скорее всего, продолжат падать быстрее зарплат из-за отказа государства индексировать их по уровню инфляции предыдущего года – пенсии проиндексированы на 4% при среднегодовой инфляции 2015 г. в 15,5%.

В то же время у домохозяйств, состоящих из одних пенсионеров, риски бедности меньше, чем у других семей, отмечают эксперты Института социальной политики НИУ ВШЭ: законодательство предписывает доводить доходы пенсионера до уровня прожиточного минимума в регионе его проживания. Наибольший рост рисков бедности – в смешанных домохозяйствах, состоящих из пенсионеров и трудоспособных граждан, наличие в семье детей повышает риск бедности особенно сильно.

Среди 3,1 млн обедневших в 2015 г. более 70% – семьи с детьми, говорит директор по социальным исследованиям НИУ ВШЭ Лилия Овчарова. Темп роста прожиточного минимума и ребенка, и родителя – 14,7 и 16,4% соответственно в IV квартале 2015 г. – превышает рост номинальной зарплаты родителя – 3,3% в IV квартале.

«Происходит усиление эффекта: работающий родитель своими доходами отвечает и за себя, и за детей, поэтому подобное падение зарплат всегда ведет к росту бедности среди семей с детьми, особенно одиноких матерей», – говорит Овчарова. По ее оценкам, риски бедности у семей с детьми в 1,5 раза выше, чем в среднем по домохозяйствам. Занижение индексации пенсий также ударит по смешанным семьям, в составе которых есть пенсионеры: по расчетам Института социальной политики ВШЭ, уменьшение реального размера пенсии на 10% приведет к тому, что доходы почти 4% неработающих пенсионеров, ранее не относившихся к бедным, опустятся ниже величины регионального прожиточного минимума пенсионера. Почти две трети таких пенсионеров проживают в смешанных домохозяйствах. В результате в смешанных домохозяйствах уровень абсолютной бедности возрастет до 20,4% (18,3% – в 2013 г.).

Бедность – это в первую очередь проблема отсутствия экономического роста и лишь во вторую – пособий и выплат, говорит Овчарова: в 2016 г., если экономический спад и спад зарплат продолжится, бедное население будет увеличиваться. Рост бедности возобновился в 2013 г. вместе с фактическим прекращением роста экономики – это был первый год стагнации. В кризис 2008–2009 гг. государство поддержало население резким увеличением пенсионных выплат, затем быстрой индексацией зарплат бюджетников; однако в этот раз стагнация экономики, а затем и падение цен на нефть больше не оставляют такой возможности – это и обрушило доходы населения впервые с 1990-х гг. В 2016 г. экономический спад продолжится, оценки расходятся только в его масштабе: от 0,8% у Минэкономразвития до 1,5% у ЦБ. Возобновление роста доходов и зарплат прогнозы сулят не ранее 2018 г.

В сфере социальной поддержки могли бы улучшить ситуацию реформы, при которых бедные слои населения становятся более приоритетными для соцзащиты – пока что она предоставляется без учета доходов, по категориям граждан, а не по адресности, говорит Овчарова. Кроме того, разным семьям нужны разные формы поддержки: например, городским более актуальна помощь продовольствием, а сельским – товарами первой необходимости. В других странах, например, предусмотрены субсидии на подготовку детей в школу – покупки им необходимых вещей или талоны на еду для нуждающихся, сравнивает Овчарова.