Статья опубликована в № 4179 от 11.10.2016 под заголовком: Глаза для чудовищ

Тим Бёртон сохранил странность

Экранизация романа Рэнсома Риггса «Дом странных детей мисс Перегрин» – лучший за десятилетие фильм главного голливудского выдумщика

От «Дома странных детей мисс Перегрин» ведут несколько тропинок.

Первая петляет в сторону супергеройских комиксов, потому что когда супергерои были маленькими, они тоже были странными детьми.

По второй можно выйти к «Лабиринту Фавна» Гильермо дель Торо – в Испанию времен гражданской войны, где фашисты пытают партизан, а 12-летняя девочка спасается от ужаса реальности в волшебном лесу, где живут чудовища. В фильме Тима Бёртона дед (Теренс Стэмп) рассказывает маленькому Джейку о чудовищах, с которыми сражался на фронтах Второй мировой, и о доме мисс Перегрин – укрытии для странных детей. Их нужно оберегать не только от невидимых монстров, но и от кошмара реальности, в которой с самолетов со свастикой на крыльях падают бомбы.

С этой тропинки можно свернуть на потайную, о которой, возможно, не знает сам Бёртон. В конце ее дом мисс Перегрин, вывернутый наизнанку. Это спектакль Кристофа Марталера «Защита от будущего», поставленный в реальном интернате, где нацистские ученые проводили опыты над странными детьми, и воссоздающий атмосферу этого страшного места.

Следующая тропинка ведет к «Дню сурка», потому что дом странных детей мисс Перегрин тоже находится в петле времени. Только в отличие от героя Билла Мюррея персонажи фильма Бёртона не стремятся из нее выйти. Они не против бесконечно повторять 2 сентября 1943 г.

Чудеса вручную

Тим Бёртон поставил целью использовать в «Доме странных детей мисс Перегрин» как можно меньше компьютерных спецэффектов. Например, старинный дом, в котором живут странные дети, – настоящий. Он называется «Торенхоф» и находится в Бельгии, в окрестностях Антверпена.

И дело не только в кошмаре, который случится завтра. Просто они не хотят взрослеть. Детство и есть укрытие. Любимая тропинка Бёртона всегда ведет туда.

Каждый из детей в доме мисс Перегрин странен по-своему. Тут есть девочка со ртом на затылке, мальчик, у которого в животе живут пчелы, девочка, которая легче воздуха, мальчик, проецирующий из правого глаза сны, девочка, воспламеняющая предметы, мальчик, оживляющий марионеток, девочка-силач, девочка, управляющая растениями, близнецы, которых нельзя показывать, и просто невидимый мальчик, который любит гулять нагишом.

Но самый странный все-таки Джейк (Аса Баттерфилд), который считает себя обыкновенным и живет в 2016 г. Он такой же, как сам Бёртон. Его странность – воображение. Он видит то, чего не видят другие (правда, невидимого мальчика – только в одежде). Воображение – ключ. Поэтому Джейк и может попасть в дом мисс Перегрин – готический особняк на маленьком острове вблизи Уэльса 2 сентября 1943 г.

Надо ли говорить, как в этом доме уютно. С какой любовью обустроила его команда художников и снял оператор Брюно Дельбоннель, чья камера легко гуляет из обыденной реальности 2016 г. в фантазийную 1943-го. Здесь и правда хочется задержаться подольше, чтобы днем играть в саду со странными детьми, а вечером смотреть с ними в гостиной сны из глаза-проектора. И бесконечно восхищаться строгой и пунктуальной мисс Перегрин, потому что Ева Грин роскошна всегда, но в этой роли особенно. Ретро ей очень к лицу. Она сама как будто из прошлого, ее красота кажется антикварной, ее взгляд способен сделать умной даже рекламу парфюма. Она не актриса – богиня. Поэтому совсем не удивляешься, когда она, например, превращается в птицу.

Но с середины фильма в идиллию начинает вползать кошмар. И впечатлительных зрителей (особенно детей) даже следует предупредить: «Осторожно, настоящий Тим Бёртон!» В частности, монстры и злодеи (главного играет Сэмуэль Л. Джексон) едят глаза. Но не всякие, а только странных людей. Ужас совершенно в логике фильма: обыкновенные-то все равно ничего интересного не видят, так что чудовищам их глаза не нужны.

Странность для Бёртона – спрятанное сокровище, которое нужно оберегать буквально как зеницу ока. А умение видеть невидимое – прекрасный и опасный дар. Однажды ты обязательно увидишь чудовищ. И вопрос будет лишь в том, хватит ли отваги, силы и любви, чтобы показать их другим, потому что только так можно дать чудовищам бой. Пафос Бёртона в этом, и не разделить его невозможно. Особенно когда он воплощается в таком грандиозном батальном аттракционе, какой припасен к финалу «Дома странных детей мисс Перегрин». Рассказывать про него нельзя. Кто не испугается – увидит.