Статья опубликована в № 3802 от 01.04.2015 под заголовком: Еще один инвестор стал невъездным

Инвестору Сеппо Ремесу запретили въезд в Россию

Перед этим ФСБ предупредила его о недопустимости сбора информации о топ-менеджерах энергокомпаний
Сеппо Ремес прожил в России 22 года из неполных 60
Алексей Филиппов / РИА Новости

О запрете на въезд «Ведомостям» рассказал сам Ремес. Запрет действует пять лет, добавил он. «Я улетел в отпуск 13 марта, перед вылетом сотрудник ФСБ вручил мне официальное предостережение о недопустимости действий, которые создают условия для совершения преступлений, следствие по которым относится к ведению ФСБ», – рассказал Ремес.

К инвестору возникли вопросы у управления по контрразведывательному обеспечению объектов промышленности Службы экономической безопасности ФСБ, следует из предостережения (есть у «Ведомостей»). Управление располагает сведениями о том, что Ремес ведет на территории России сбор сведений в отношении руководящих сотрудников электроэнергетических компаний с государственным участием и планов их развития, говорится в документе. При этом управление не получало сведений о том, что Ремес собирал и передавал сведения, содержащие гостайну, и другие сведения, направленные против безопасности России, по заданию иностранной разведки. Таким образом, состава преступления по статье «Шпионаж» нет, сказано в предостережении. Но действия Ремеса «создали условия для совершения преступления, предусмотренного этой статьей».

«При въезде 22 марта мне официально заявили, что я объявлен персоной нон грата, в качестве причин были указаны общие статьи типа угрозы безопасности стране», – рассказывает инвестор. «Я не собирал никакой информации, хотя и не понимаю, что в этом запретного», – заявляет он. Настоящей причины запрета на въезд Ремес не знает. Одна из его версий заключается в том, что это связано с критикой руководства «Россетей».

Менеджмент компании призывал кардинально поменять стратегию развития электросетевого комплекса. «Сейчас идет серьезное противостояние и дискуссия о том, как менять отрасль: руководство «Россетей» предлагает отказаться от порученной правительством приватизации МРСК, а вместо этого консолидировать компанию и перейти на единую акцию, – напоминает он. – Но моя критика была конструктивной и никак не отличается от того, как я действовал в последние 15 лет».

Ремес – один из самых известных зарубежных портфельных инвесторов в России. Фонды под его управлением одними из первых стали покупать акции РАО «ЕЭС России», когда стало известно о реформе электроэнергетики. Ремес входил в совет директоров РАО ЕЭС. Избирался членом советов ФСК, «Системного оператора», ОГК-6, «Русгидро», «РАО ЭС Востока» и проч. Сейчас заседает в советах «Россетей», «Роснано», «Сибура» и «Соллерса».

Созданный Ремесом в 2007 г. инвестфонд EOS Russia скупил доли в межрегиональных сетевых компаниях (МСРК) – Волги (11,5%), Урала (6,7%), Центра и Приволжья (6,3%), Северо-Запада (16,4%). Текущая рыночная стоимость этих активов – 1,8 млрд руб. «Я прожил в России 22 года. Во многом прекрасное время, жалко, что все так заканчивается», – говорит Ремес.

Россия уже однажды отказывала во въезде известному инвестору. Осенью 2005 г. персоной нон грата был объявлен владелец Hermitage Capital Management Уильям Браудер. Эта история окончилась гигантским скандалом. Был арестован по обвинению в уклонении от уплаты налогов и умер в тюрьме работавший на фонд юрист Сергей Магнитский. А Браудеру удалось добиться принятия в США «акта Магнитского», вводящего санкции против предположительно причастных к смерти юриста лиц.

Но в отличие от Браудера Ремес никогда не был замечен в жестких корпоративных конфликтах или публичной критике компаний, в которые инвестировал его фонд. «Сеппо был довольно безобидным директором, не могу предположить, кому он мог бы помешать», – говорит директор Specialised Research and Investment Group Дэвид Херн, так же как и Ремес инвестировавший в РАО ЕЭС еще с начала 2000-х гг. Ремес всегда очень корректно, профессионально и глубоко разбирался в предмете, замечает бывший член правления РАО ЕЭС, министр по вопросам открытого правительства Михаил Абызов.

Предостережение не накладывает никакой ответственности на получателя, оно не является мерой уголовно-процессуального принуждения, говорит партнер адвокатского бюро «Леонтьев и партнеры» Вячеслав Леонтьев. У ФСБ есть право включать людей в список нежелательных для въезда в Россию, для этого не нужны причины. Предостережение никакого отношения к этому праву не имеет, скорее это просто объяснение, почему его не пустили в страну, говорит Леонтьев.

«Не думаю, что без оснований не пускают, нужны разъяснения властей», – говорит президент Российского биржевого союза Анатолий Гавриленко. «Более цивилизованно было бы предупредить его, когда он уезжал, что его больше не пустят в страну», – считает президент Американской торговой палаты Алексей Родзянко. Он добавляет, что хотелось бы получить объяснение причины отказа во въезде.

Представитель «Россетей» не говорит, были ли у компании претензии к работе Ремеса. Он сообщил только, что теперь сможет голосовать по повестке совета удаленно.

Пресс-служба ФСБ вчера вечером не ответила на запрос «Ведомостей».

В подготовке статьи участвовали Петр Третьяков, Маргарита Лютова, Юлия Орлова, Мария Киселева