Статья опубликована в № 3827 от 08.05.2015 под заголовком: От редакции: Агенты перемен

Иностранные агенты перемен

В списке иностранных агентов скоро будут все лучшие гражданские организации страны

  • Павел Аптекарь,
  • Борис Грозовский

В июле 2012 г. Госдума приняла закон об иностранных агентах. Ими признавались НКО, получавшие зарубежное финансирование и ведущие политическую деятельность. За первый год действия закона, с ноября 2012 г., добровольно в агенты записалось лишь партнерство «Содействие развитию конкуренции в странах СНГ». С июня 2014 г. Минюст получил право самостоятельно включать НКО в список агентов. «Политическая деятельность» в законе понимается безмерно широко – как воздействие на принятие госорганами решений, направленных на изменение проводимой ими политики, а также «формирование общественного мнения в указанных целях». Это позволяет записать в агенты разнопрофильные НКО. Сейчас в реестре 58 организаций, недавно в него добавили «Пермь-36», создавшую музей лагерного быта. В агентах числятся правозащитники из «Мемориала», наблюдатели за выборами из «Голоса», «Транспаренси интернешнл Россия», Московская школа гражданского просвещения, экологические и благотворительные НКО. Все они политикой в обычном смысле слова не занимаются, но под трактовку политической деятельности из закона подпадают.

Реестр – улица с односторонним движением. Все 35 НКО, пытавшихся возражать Минюсту в суде, проиграли процессы, им удалось оспорить лишь пять штрафов за отказ регистрироваться агентом. За последние полгода реестр пополнили 39 организаций. До весны 2015 г. закон не предусматривал «выписку» из реестра. Сейчас три НКО пытаются ее добиться, решение пока не принято.

Возможно, скоро список агентов пополнится фондом «Династия» Дмитрия Зимина. И НКО начнут биться за право попасть в реестр: в него включены лучшие гражданские организации страны. Впрочем, государство так не считает и смотрит на сотрудничество бюджетных организаций с агентами крайне неодобрительно. Смысл закона в том, чтобы учитывать национально-политические интересы и сообщать обществу об агентах, отстранять их от влияния на наше общество, говорил недавно единоросс Александр Сидякин, один из инициаторов закона. Предложение СПЧ вывести из-под определения политической деятельности экологию, просвещение, медицинскую и социальную реабилитацию пока обсуждается, говорит председатель СПЧ Михаил Федотов. Но политической воли на сужение «резинового» определения политической деятельности не видно, констатирует Павел Чиков из «Агоры».