Статья опубликована в № 4212 от 28.11.2016 под заголовком: От редакции: Сумерки революции

Сумерки революции

Смерть Фиделя Кастро как конец эпохи
  • Николай Эппле

Смерть Фиделя Кастро, 50 лет правившего Кубой, обозначает конец эпохи, когда революционная романтика могла быть всерьез востребованной в мировой политике.

Даже спустя 10 лет после ухода Фиделя на покой оценки его личности расходятся: одни называют его пламенным революционером, другие – бандитом и диктатором. Но одно не противоречит другому. Фидель использовал свою безусловную харизматичность в политических целях, а его революционный пафос не раз менял окраску в зависимости от политической необходимости.

Кубинская революция не была антиамериканской и даже отчетливо социалистической. Переворот был вызван широким недовольством диктатурой Фульхенсио Батисты, в свою очередь пришедшего к власти в результате переворота. Социалистическая и антиамериканская ориентация Фиделя стала результатом попытки США свергнуть его режим в 1961 г., также оказалось, что за нее готов платить СССР, что немаловажно в условиях эмбарго со стороны главного торгового партнера. Когда в 1990-х Россия взяла курс на сближение с США, поток кредитов иссяк, и к концу 2000-х тот же Кастро, уже отойдя от дел, дал добро своему брату Раулю на восстановление отношений с прежде заклятыми врагами.

Важная составляющая популярности Кастро в мире – спрос на революционную романтику как на Западе, так и на Востоке. В США и Европе Кастро (как и Че Гевара, чья гибель избавила его от опасного соперничества с Фиделем) стал любимцем левых интеллектуалов вроде Хэмингуэя и Сартра, в Латинской Америке – символом несгибаемого противостояния американскому влиянию, в СССР же он пришелся как нельзя более кстати для оживления революционной социалистической идеологии после ограниченного разоблачения культа Сталина. Ну а сама Куба стала бесценной базой под носом у США.

Куба же стала жертвой политических амбиций Фиделя. Десятки тысяч казненных и арестованных по политическим обвинениям, около миллиона иммигрировавших (население составляет 11 млн человек), крах экономики (при Батисте одной из ведущих в Латинской Америке), обернувшийся развращением нации (воровство и тотальная коррупция как следствие необходимости выживать), – таковы результаты верности Фиделя идеалам революции.

Эпоха окончательно уходит в прошлое. Со смертью Фиделя, пожалуй, не осталось ни одного пламенного революционера, котирующегося на мировом рынке левых идей. Впрочем, сегодня есть другие, тоже кровавые, герои.