Mazda 3: Красный кентавр

Японский хетчбэк – не частый сегодня пример настоящей драйверской машины, за что ему вполне можно простить некоторую тесноту в салоне
У новой Mazda 3 подчеркнуто энергичный и лаконичный дизайн, никакого лишнего украшательства /Максим Стулов / Ведомости

Экземпляр, приготовленный к тест-драйву, – даже в полутьме подземной парковки, полускрытый за столбом, в окружении других машин – сразу обратил на себя внимание. И причина была не в дизайне, о нем ниже, да и, к сожалению, интересы аэродинамики и маркетинговая беспросветная осторожность давно уже не позволяют автомобильным художникам создавать что-нибудь по-настоящему выдающееся. Цвет – вот что остановило взгляд на хетчбэке Mazda 3.

Глубокий красный и, как потом выяснилось, разный на ярком солнце и в осенних сумерках цвет незрелой вишни или даже венозной крови; последнее сравнение особенно напрашивалось после дождя, когда крупные капли воды выглядели вполне себе кроваво. Но, надо сказать, ничего убийственного, трагического в том цвете нет: просто неожиданно бархатная глубина, даже и солидная; важно, наверное, заметить, что такой вот красный цвет почему-то не позволяет отнестись к Mazda 3 как к игрушке.

Тут явно дело серьезное.

Гонки на табуретке

Когда наша великая родина жила еще в эпоху «Жигулей» и можно было всерьез обсуждать разницу между пятой и седьмой моделями той великой марки, будущему тест-пилоту «Ведомостей» неоднократно удалось ознакомиться с особенностями характера ВАЗ-21053. Никакой ностальгии! Блажен, кто никогда не знал этой машины!

Однажды утром, как всегда внезапно, водительское сиденье «Жигулей» как-то хрустнуло – и перестало фиксироваться. Не только спинка не держала спину, но и все кресло целиком ездило по своим рельсам туда и сюда, словно банка в лодке для академической гребли. Остроумная идея забить пару гвоздей прямо в пол, чтобы ограничить подвижность сиденья, была почему-то отвергнута; седой автослесарь Юра просто снял его и установил на его место табуретку, расписанную под хохлому:

– Ехай! Я разберусь.

А и правда – надо было срочно ехать. Ну и что: на первом же повороте я едва не упал вместе с хохломой и заехал в кусты. Пришлось вернуться.

Но, оказывается, история с табуретом была вовсе не безумной идеей седого слесаря Юры, а распространенным автомобильным фокусом. Не совсем, конечно, в таком виде.

Вот чем забавляла Mazda пытливых покупателей (дело было в Штатах) – чтобы они могли сравнить новое поколение с предыдущим. Из двух Mazda 3, нынешней и старой, изымались все пассажирские сиденья, и в середину салона водружалось нечто вроде диванной подушки на ножке, без спинки и ручек. На это, с позволения сказать, кресло садился тест-драйвер, а инженер Mazda аккуратнейшим образом (не то что я на «Жигулях») его вез. По мнению прошедших через это испытание людей, нынешняя версия Mazda 3 радикально лучше, чем предыдущая, обеспечивает сохранность седока.

Охотно верю. И сам это чувствовал – хотя и не изымал сидений, а банально сидел на водительском кресле. И ездил не только аккуратно, но и бесшабашно, резко разгонялся и тормозил, круто поворачивал и вертелся между рядами, стремясь вовремя попасть на работу по запруженной Ярославке. Да: седок себя чувствует в этой машине так, будто она продолжает его конечности и отзывается на биение его (иногда дурацкой) мысли. Надо полагать, именно это единение с автомобилем и соответствует философии дзинба иттай, единения всадника и лошади, каковую (философию), пишут, исповедует Mazda.

На русский, наверное, эту конструкцию следует перевести словом «кентавр».

Красота требует штрафа

Разумеется, я был виноват. В поисках парковки в окрестностях «Москва-сити» я заехал против шерсти на одностороннюю улицу. В оправдание могу только сказать, что знака «только прямо» установлено не было, а знак «кирпич» на въезде был не только измят, но и повернут так, что разглядеть его не было никакой возможности.

Естественно, мы почти сразу же познакомились с лейтенантом ГИБДД Александром.

– Женская машина, – сказал лейтенант. – У бабы взял? Ну это не освобождает тебя, Евгеньич, от ответственности.

– Нет, не женская, очень даже мужская, вы бы поездили на ней, не говорили бы так, – ответил я, понимая, что попал на лишение прав. – И не у бабы взял, а у компании. Журналист я.

Опущу подробности нашего разговора; заверю, что ни о какой коррупции речи не было: лейтенант проявил человеческое отношение к заблудшей автоовце в моем лице. И когда угроза отправиться в суд миновала, Александр все-таки поинтересовался:

– Евгеньич, я всю жизнь среди машин, а такой «мазды» пока не видел, даже ни одной аварии еще с ней не оформлял. И что, ты говоришь, не бабская машина? Женская.

– Саш (между нами установилась мирная фамильярность), не женская, она почти что карт. Может, приемистость прям вот такая, как у спорткара, не то что топнул тапком по газу – и за горизонтом, но в остальном... Садись, прокачу!

– Нельзя, коррупция, – вздохнул в ответ Александр.

Мы расстались, а я пошел вокруг машины: может, правда женская?

Нет, все-таки нельзя этого сказать. Разве что маленькая! А в остальном – подчеркнуто энергичный и лаконичный дизайн, никакого лишнего украшательства. Или это во мне говорит мужской шовинизм? В любом случае из общей сдержанности облика выбиваются противотуманные фары, имплантированные будто бы в широкие, отчасти хромированные ноздри.

Детские шалости

Конечно, за кентаврическое единение с машиной приходится платить – в частности, размерами. Заднее сиденье прекрасно для двух небольших энергичных автоиспытателей, но как только к ним добавляется третий, даже чуть меньшего возраста, – начинает быть решительно тесно. И совсем тесно, если садится старший брат.

Естественно, они немедленно нашли выход из стесненного положения. При следующей остановке каким-то неведомым образом полочка в багажнике была незаметно демонтирована, и один из малолетних тест-пилотов потихоньку залез в багажник. Преступление быстро открылось – потому что свои же братки сдали с потрохами живой багаж. Заодно удалось выяснить, что объем багажника позволяет без труда, даже с комфортом разместиться восьмилетнему человеку.

Запас еды для семьи из пяти-шести человек на неделю, замечу, прекрасно помещается в том же самом багажнике. Я даже подумал, не стоило ли производителю чуть уменьшить его, чтобы дать больше места заднему ряду. Впрочем, американского идеала (половина американцев сделана на заднем сиденье автомобиля, как известно) все равно достичь не получится.

Справедливости ради надо еще сказать, что, в принципе, Mazda 3 способна вместить помимо двух уже упомянутых опытных малолетних автоиспытателей целую компанию их дачных друзей в возрасте от 6 до 11 лет: Варю, Егора, Льва, Алексея, безымянного человека, гостившего у Льва, и еще девочку Дашу. Им лень было тащиться от родника – а надо было срочно есть торт у Вари.

Ночью все кошки серы

И все-таки лучшее время, проведенное с Mazda 3, – ночь, Ярославское шоссе, одиночество. Машин немного, дорожное полотно не то чтобы ровное, но известное до отдельных трещин; известны и места, где камеры мерят скорость.

Несешься себе; навигатор, с которым регулярно случались когнитивные сложности, выключен; напряжение, свойственное движению в плотном потоке, уходит; можно сосредоточиться на самой по себе езде – под музыку из аудиосистемы Bose. Для вечерней автопрогулки были и выбраны, так сказать, прогулочные записи: Band on the Run группы The Wings сэра Пола Маккартни и вокальный цикл «Зимний путь» Франца Шуберта в исполнении Дитриха Фишера-Дискау и Маурицио Поллини.

Классическая запись воспроизвелась лучше не придумаешь: дуэт голоса и фортепиано сквозь фоновый тихий свист пролетающих мимо окрестностей звучал чисто, ясно и, что называется, богато. А вот с рок-музыкой вышло почему-то похуже. Возможно, запись, одолженная у товарища, была не лучшей, но средние частоты провалились.