Роман Абрамович выкупит долю Evraz в «Распадской»

Это сделает бизнес Evraz интереснее для инвесторов из-за фактора ESG, говорят эксперты
Распределение акций «Распадской» (на фото) между акционерами Evraz может стать наиболее вероятным способом выведения угольного бизнеса за периметр холдинга / Пресс-служба компании

Федеральная антимонопольная служба (ФАС) 2 ноября сообщила, что удовлетворила ходатайство компании Романа Абрамовича Greenleas International Holdings (GIH) о приобретении 26,74% в угледобывающей компании «Распадская». Оно было подано еще в августе, а решение по нему ФАС вынесено 25 октября.

GIH – крупнейший акционер Evraz (доля 28,64%), другие владельцы – Александр Абрамов (19,32%), Александр Фролов (9,65%), Геннадий Козовой (5,74%) и Максим Воробьев (3,01%). При этом Evraz принадлежат 90,9% акций «Распадской», еще 6,6% – в свободном обращении и 2,5% – казначейские акции.

В конце 2020 г. Evraz консолидировал весь свой бизнес по добыче угля на базе «Распадской», в состав которой также вошла компания «Южкузбассуголь» – один из крупнейших российских производителей коксующегося угля. В январе 2021 г. Evraz сообщал, что изучает возможность выделения угольного бизнеса в отдельную структуру. В апреле компания пояснила, что она намерена распределить акции «Распадской» между акционерами холдинга пропорционально их долям, а сама сконцентрируется на развитии металлургического сегмента бизнеса. Сделка должна быть закрыта до конца 2021 г., говорил в августе президент Evraz Александр Фролов. Ее подробности компания обещала раскрыть в ноябре.

Кто еще в России разделяет активы из-за декарбонизации

UC Rusal в мае 2021 г. объявила, что компания будет переименована в Al+, а часть ее активов с более высоким углеродным следом выделена в новую компанию. Al+ сконцентрируется на развитии бизнеса, основанного на принципах ESG, с целью достижения нулевого баланса выбросов парниковых газов при производстве алюминия. Новая компания (ей, в частности, отойдут Братский, Иркутский и Новокузнецкий алюминиевые заводы), название которой еще не утверждено, сконцентрируется на модернизации устаревших мощностей. Кроме того, основанная Олегом Дерипаской En+ Group консолидировала угольные электростанции на базе Байкальской энергетической компании (БЭК), сообщал в марте 2021 г. руководитель энергетического бизнеса En+ Михаил Хардиков. Ранее Хардиков говорил, что компания обсуждала продажу этих активов. БЭК также принадлежат активы En+ по добыче угля.

Пока перевести долю в «Распадской» с Evraz на себя точно решил только Абрамович. «Запросов от других акционеров Evraz на покупку долей в «Распадской» ведомство не получало», – заявил «Ведомостям» представитель ФАС. Впрочем, подача ходатайства в ФАС на покупку менее чем 25% голосующих акций не предусмотрена.

По оценке Evraz, выделение угольного бизнеса за периметр холдинга позволит создать «значительную долгосрочную стоимость» для обеих компаний, поскольку даст возможность каждой из них достигать собственных стратегических целей: в сфере распределения капитала и в области устойчивого развития (ESG), поясняли в апреле в компании суть сделки по передаче акций «Распадской». На вопросы «Ведомостей» в Evraz не ответили.

Планы Evraz выделить угольный бизнес укладываются в текущий ESG-тренд, говорит исполнительный директор Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Айрат Халиков. Он подчеркивает, что Evraz не единственная компания, которая намерена выделить бизнес с более высоким уровнем углеродного следа (выбросами СО2) в отдельное направление.

«Демонизация угольного бизнеса» в последние годы существенно ограничивает возможности инвесторов, ориентированных на ESG, соглашается управляющий директор рейтинговой службы НРА Сергей Гришунин. По его словам, поэтому они, как правило, и не вкладываются в бумаги компаний с развитым угольным бизнесом. Такие компании, как британо-австралийская BHP и бразильская Vale, стремятся постепенно сократить свои угольные активы, отмечает аналитик.

Халиков добавляет, что сейчас многие банки отказываются финансировать проекты, связанные с углем. Такая проблема, например, возникает при финансировании угольных проектов в Австралии, которая является основным поставщиком металлургических углей, занимая 60% мирового рынка, отмечает эксперт. Если компания не соответствует критериям ESG, финансирование для нее становится дороже, отмечает он, причем как в части привлечения банковских кредитов, так и размещения акций и облигаций на биржах. Именно поэтому, по словам Халикова, крупные горнорудные вертикально-интегрированные холдинги разделяют бизнес для снижения стоимости финансирования.

Подача ходатайства GIH в ФАС и его одобрение говорят о том, что распределение акций «Распадской» между акционерами Evraz будет наиболее вероятным способом выведения угольного бизнеса за периметр холдинга, считает Гришунин. Он добавляет, что, поскольку доли остальных акционеров в Evraz меньше, обязанности согласовывать с ФАС приобретение акций у них не возникает. Альтернативным вариантом выделения угольного бизнеса для Evraz может быть продажа актива и выплата акционерам стоимости акций «Распадской», солидарны аналитики.

Сегодня рентабельность бизнеса по добыче коксующихся углей даже выше, чем у выплавки стали, но долгосрочные перспективы этого бизнеса не ясны, отмечает Халиков. Распределяя акции между акционерами, Evraz тем самым делегирует каждому из них решение о дальнейшей судьбе его части актива.

Значительного роста стоимости акций в металлургическом и угольном бизнесе ждать не стоит, говорит Гришунин. Рынок находится в фазе коррекции (цены на уголь и сталь снижаются. – «Ведомости»), поэтому в данный момент разделение бизнеса Evraz не даст положительного эффекта ни для холдинга в целом, ни для «Распадской», считает он. Но в долгосрочной перспективе это увеличит привлекательность Evraz для инвесторов.