Что сказала Набиуллина после решения ЦБ повысить ключевую ставку. Главное

Об инфляционных ожиданиях, ценах на нефть и прогнозах аналитиков

Совет директоров ЦБ в пятницу повысил ключевую ставку на 25 б. п. до 7,75%. После объявления решения председатель ЦБ Эльвира Набиуллина выступила с разъяснением позиции регулятора и ответила на вопросы. Вот главные ее заявления.

О причинах повышения ставки

«Больше аргументов, которые указывают на необходимость увеличения ключевой ставки. Какие это аргументы? Они связаны и с внешними, и с внутренними факторами. Среди внешних факторов, во-первых, по-прежнему ситуация и в мировой экономике в целом, и в странах с формирующимися рынками. Во-вторых, есть риск возникновения избыточного предложения на рынке нефти в 2019 г. Отчасти в связи с пересмотром вниз перспектив роста глобального спроса. Но главным образом – из-за стремительного наращивания добычи в США. ОПЕК и другие страны – экспортеры нефти в начале декабря согласовали сокращение добычи на 2019 г. Но события этого года наглядно показывают, как быстро производители могут наращивать добычу сланцевой нефти при сохранении высоких цен. Еще одним значимым внешним фактором остаются геополитические риски, как связанные непосредственно с Россией, так и затрагивающие другие страны и регионы.

В части внутренних факторов пока сохраняется неопределенность относительно того, как отреагируют цены на повышение НДС, как отразится на инфляции ослабление рубля, которое произошло в этом году, насколько все это скажется на инфляционных ожиданиях. То есть неопределенность динамики цен связана как с оценкой прямого эффекта проинфляционных факторов, так и с масштабом вторичных эффектов, которые зависят от инфляционных ожиданий. Так, в базовом сценарии мы исходим из того, что вклад повышения НДС в инфляцию составит около 1 процентного пункта. Но при этом интервал возможных оценок этого вклада весьма широк – от 0,6 до 1,5 процентного пункта.

Масштаб вторичных эффектов оценить еще сложнее. Инфляционные ожидания остаются незаякоренными. А это означает высокую вероятность их повышения в ответ на рост цен из-за увеличения НДС. Поэтому мы не можем рассматривать изменение НДС исключительно как разовый фактор».

О ценах на нефть и экономическом росте

«Учитывая ситуацию на мировом рынке энергоносителей в последние месяцы, мы пересмотрели вниз траекторию цены на нефть в базовом сценарии. Мы закладываем более быстрое снижение цен на нефть в 2019 г., предполагая, что средняя за год цена на нефть составит $55 за баррель (вместо $63 за баррель ранее). Далее – в 2020–2021 гг. – она останется в среднем на этом уровне. Мы сохраняем консервативный подход к выбору предпосылок по нефти. И те колебания цен на нефть, которые мы видим в IV квартале (от $85 до $58 за баррель), показывают, насколько это остается оправданным.

Мы видим риски понижения цен на нефть, связанные с факторами спроса и предложения. Спрос, связанный с динамикой мировой экономики. Мы, кстати, видим, как постепенно прогнозы роста мировой экономики снижаются. И второй важный фактор – рост сланцевой добычи в США, который превзошел ожидания многих. А соглашение ОПЕК+ позволяет ограничивать эти риски, но не устраняет их, поэтому мы несколько понизили прогноз цен на нефть.

Учитывая действие бюджетного правила, влияние изменения цен на нефть на экономический рост будет ограниченным. Поэтому мы сохраняем прогноз темпов роста ВВП в 1,2–1,7% в 2018 г. с возможным повышением до 2–3% в 2021 г. по мере реализации правительством запланированных структурных мер».

О возобновлении покупок валюты для Минфина

«Мы начнем эти операции с 15 января, как мы уже отмечали ранее. Отложенные покупки будут происходить постепенно в течение нескольких лет. Решение об отложенных в 2018 г. покупках валюты в рамках бюджетного правила мы будем принимать отдельно после возобновления регулярных покупок. В следующем году в нашем базовом сценарии мы вернемся к ситуации 2017–2018 гг., когда значительная часть нефтяных доходов будет использована для пополнения международных резервов, а вывоз капитала частным сектором снизится. Отмечу, что в этой логике мы не должны увидеть значительной реакции сальдо текущего счета и валютного курса на возобновление покупок».

О консерватизме в ДКП

«Я думаю, что мы долго будем оставаться с консервативным подходом к денежно-кредитной политике. И здесь вопрос не в том, что что-то поменяется на внешнем рынке или мы переоценим ситуацию на внешнем рынке. В принципе мы страна с очень молодым режимом инфляционного таргетирования. Конечно, нужно иметь доверие к тому, что инфляция всегда будет под контролем. Мы с середины 2017 г. живем в условиях ниже нашего таргета (инфляции в 4%. – «Ведомости»), но по историческим меркам это очень небольшое время. И инфляционные ожидания не заякорены. Мы будем чуть менее консервативными, если увидим, что инфляционные ожидания стали заякоренными.

Последовательная и консервативная денежно-кредитная политика позволит ограничить инфляционные риски и реакцию инфляционных ожиданий. Это создаст условия для смягчения денежно-кредитной политики в конце 2019 – начале 2020 г.».

Об учете мнения аналитиков при вынесении решения по ставке

«Когда мы обсуждаем вопросы по ставке, мы, естественно, смотрим и на прогнозы аналитиков. Наш департамент ДКП готовит такой обзор. И по аналитикам я бы не сказала, что не угадали [решение ЦБ повысить ставку]. Мнения аналитиков почти поровну разделились. Кстати, участники рынка больше ожидали повышения ставок. Что для нас очень важно – нам бы совсем не хотелось, чтобы аналитики действовали по принципу «угадать – не угадать» решение ЦБ. Мы бы больше хотели, чтобы аналитики понимали логику принятия нами решений».

О реакции цен на ослабление рубля

«Что касается эффекта произошедшего в 2018 г. ослабления курса валюты на инфляцию – да, мы посчитали. По нашей оценке, такой эффект в годовом выражении составляет около 0,9 п. п.».

О покупке частных банков государственными

«Я на этот вопрос отвечу следующим образом. Мы поддержали подход, идею ФАС о том, чтобы ограничить право госбанков покупать частные банки».

Читать ещё
Preloader more