Статья опубликована в № 4807 от 06.05.2019 под заголовком: Новое лицо госкапитализма

Госкапитализм в России вышел на новый уровень

Государство передает ресурсы само себе, констатирует ФАС

«Процесс усиления роли государства в экономике перешел в иное – качественное состояние», – признала Федеральная антимонопольная служба (ФАС) в опубликованном проекте доклада «О состоянии конкуренции в 2018 г.». Государство уже не просто устанавливает правила, а пытается «регулировать всю хозяйственную систему страны».

Это происходит и на федеральном уровне, и в регионах, власти которых вмешиваются в бизнес и не пускают на рынки компании из других регионов. «Ситуацию во многих регионах я бы назвал экономическим феодализмом. Нет ни частного сектора, ни капиталистических отношений, а есть вассалы и князья – госаппарат, который вмешивается в частный бизнес», – говорил руководитель ФАС Игорь Артемьев в октябре прошлого года.

Доля госсектора в экономике разрастается. Перед кризисом 1998 г. она оценивалась примерно в 25% ВВП, пишет ФАС, в 2008 г. – в 40–45%, к 2013 г. превысила 50%. В 2017 г. она могла превышать уже 60–70% ВВП, ссылается служба на оценки не названных в докладе экспертов, в 2018 г. ситуация существенно не изменилась. А в некоторых секторах ухудшилась, например, после перехода в 2018 г. «ФК Открытие», Бинбанка и Промсвязьбанка под контроль Фонда консолидации банковского сектора доля госбанков в активах возросла с 59,2% в начале 2017 г. до 66,2%, ссылается ФАС на данные ЦБ.

Оценки экспертов МВФ скромнее – доля государства в экономике вместе с принадлежащими ему компаниями выросла с 32% в 2012 г. до 33% в 2016 г. Исходя из соотношения консолидированного бюджета и ВВП доля государства составит около 33% ВВП (по расходам бюджета), что сопоставимо с США, говорит главный экономист «ПФ Капитал» Евгений Надоршин, с госкомпаниями и унитарными предприятиями она увеличится примерно до 50% ВВП. Но в России немало формально частных компаний, собственник которых настолько близок к власти, что не принимает самостоятельных решений, отмечает он, с поправкой на это доля государства может даже превышать 70% ВВП. Появляются «частные госкомпании», пишет ФАС, происходит «эрозия цивилизованных имущественных отношений, возможностей реализации прав частной собственности».

Из-за большой госдоли в экономике нарушается «принцип равенства компаний во взаимоотношениях с государством (конфликт интересов собственника и блюстителя равных правил игры)», а конкуренция замещается «административным ресурсом и лоббистскими возможностями», говорится в докладе. Только через госзаказ государство выделило госкомпаниям около 1,7 трлн руб. в 2018 г. (около 25% госзакупок). 77% финансовых и страховых услуг были закуплены у госбанков и госкомпаний, 65% научных и инженерно-технических услуг, в области здравоохранения и социальной сферы – 51%, информации и связи – 45%, транспорта и складского хозяйства – 42%. В госзаказе сформировался особый сегмент «государство для государства» (government to government, g2g), в котором и заказчиком, и поставщиком выступают госорганизации, констатировал Центр стратегических разработок в докладе «Сектор g2g госзакупок в 2018 г.».

Да и частные компании получают крупные контракты без конкурса – через госзакупки или концессии. Например, без конкурса «Стройгазмонтажу» Аркадия Ротенберга достался заказ на строительство Керченского моста и железнодорожных подходов к нему за 242,9 млрд руб. Без конкуренции Центр развития перспективных технологий получил концессию на цифровую маркировку товаров (25% компании принадлежит «Ростеху», 50% – структуре USM Holdings Алишера Усманова, 25% – управляющему партнеру Almaz Capital Partners Александру Галицкому). Нельзя допустить формирование монополий на данные, призывал на апрельской конференции Высшей школы экономики вице-премьер Максим Акимов.

Утвержденные правительством нацпроекты до 2024 г. стоимостью почти 26 трлн руб. могут только ухудшить ситуацию с конкуренцией, предупреждает служба. Часть мероприятий с бюджетным финансированием не предусматривает отбора на конкурсе компаний, которые получат эти деньги. В нацпроектах нет слова «конкуренция», сетовал Артемьев на коллегии ФАС в апреле, есть серьезная опасность просто потерять ее в таких дорогостоящих и нужных для страны проектах. ФАС предлагает, в частности, определить у нацпроектов целевые показатели по конкуренции и вместе со службой координировать выполнение нацпроектов.

После 2014 г. господдержка и, в частности, госзаказ начали концентрироваться у компаний, связанных с государством, – в условиях ужесточения бюджетных ограничений власти пытались перераспределить госзаказы в пользу тех, с кого проще будет спросить, говорит профессор Высшей школы экономики Андрей Яковлев. Так государство разменяло долгосрочные задачи развития конкуренции и привлечения инвестиций на краткосрочные – упрощение контроля за исполнением госзаказа, констатирует он.

Следят за деятельностью госпредприятий чиновники и к такому контролю возникает немало вопросов, сетует ФАС: «Мониторинг мониторов», по существу, вырождается в неэффективную бюрократическую пирамиду многоступенчатого административного контроля и формальной отчетности».

Государство только мешает конкуренции, считает и бизнес. Его действия 46% предпринимателей называют основной причиной снижения конкуренции, ссылается ФАС на доклад Аналитического центра при правительстве. Государство само подает пример сговора, например, когда вводит регулирование цен на топливо, говорит Надоршин: трудно в такой ситуации ждать, что компании не станут договариваться между собой. ФАС, впрочем, в проекте доклада не пишет про введение с конца прошлого года госрегулирования цен на топливо. Хотя бюджету оно может обойтись дорого – за поставки на внутренний рынок нефтяники только в 2019 г. могут получить 450 млрд руб. компенсации, сообщал Минфин.

Улучшить положение дел должен был Национальный план по развитию конкуренции до 2020 г., утвержденный указом президента Владимира Путина в конце 2017 г., и дорожная карта к нему на 2018–2019 гг. В ней 274 мероприятия в 17 отраслях, уточняет представитель ФАС. Но план плохо выполняется, жаловался Артемьев. Либо с опозданием, либо не выполняется вовсе, комментирует представитель службы, из мероприятий, которые были запланированы на 2018 г., к началу 2019 г. исполнено всего 43%. План предусматривает двукратное снижение антимонопольных нарушений со стороны органов власти. В 2018 г. их стало меньше лишь на 14% – ФАС возбудила 1092 дела.

Полномочия ФАС сильно ограничены, большинство решений, касающихся присутствия государства в экономике, – это не уровень ФАС, часто это политические решения, говорит главный экономист BCS Global Markets Владимир Тихомиров. Даже чтобы предъявить претензии крупнейшим госкомпаниям, тоже нужна политическая воля, замечает он.

Читать ещё
Preloader more