Статья опубликована в № 4909 от 30.09.2019 под заголовком: Бизнес, а не преступление

Минэкономразвития обсудит с экспертами декриминализацию

Предложения касаются статей по резонансным делам

В понедельник, 30 сентября, Минэкономразвития обсудит с экспертами, как поменять Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы (УК и УПК), чтобы вести бизнес в России стало менее рискованно. Минэкономразвития предварительно разослало перечень предложений, «Ведомости» ознакомились с его копией, подлинность документа подтвердили два получателя рассылки Минэкономразвития. Это предложения деловых объединений – они еще не проходили никаких фильтров, создан отдельный экспертный совет, который и соберется в понедельник на площадке одной из рабочих групп министерства, подтвердил замминистра Вадим Живулин через представителя. Министерство лишь собрало предложения и разослало их для ознакомления, чтобы обсудить на совете.

В списке – предложения декриминализовать часть статей УК, изменить условия заключения под стражу и возбуждения уголовных дел, а также дополнить УПК так, чтобы хозяйственные споры не приводили к уголовному преследованию.

По данным опроса Федеральной службы охраны, почти 70% из 180 специалистов и 85% из 200 переживших уголовное преследование предпринимателей считают ведение бизнеса в России небезопасным. Для 45,2% опрошенных предпринимателей уголовное дело завершилось не приговором, а потерей бизнеса. «Чиновники не доверяют частному бизнесу, а он – государству», – признавал в интервью «Ведомостям» вице-премьер Максим Акимов.

Без вины сотрудники

Часто обвинители необоснованно объединяют руководителей и сотрудников компаний, вменяют им сговор и использование служебного положения в преступных целях, хотя компании формируются не для преступной деятельности, указано в перечне предложений: работников нельзя обвинять в сговоре, если они подчиняются руководителю, а руководителей нужно ограниченно обвинять в организации преступных сообществ по ст. 210 УК.

По обвинению в организации преступной группировки можно максимально долго (до полутора лет) держать людей под стражей, а тем временем создавать негативное общественное мнение и запугивать обвиняемых максимальными сроками лишения свободы, чтобы склонить их к самооговору и признанию зачастую абсурдного обвинения, считает партнер «Коблев и партнеры» Руслан Коблев. Срок следствия по экономическим делам затягивается на годы, бизнес, успешно работавший 10–15 лет, успевает разрушиться, а активы находят новых собственников, продолжает он.

Все сотрудники компании только по факту совместной работы могут стать участниками организованной преступной группы, обратил внимание президент Владимир Путин в послании Федеральному собранию: «Это вообще ерунда какая-то, но такое бывает, к сожалению». О необходимости исключить необоснованное вменение предпринимателям ст. 210 говорили бизнес-омбудсмен Борис Титов, либерализацию обещал первый вице-премьер Антон Силуанов. Но пока в организации преступного сообщества обвиняют владельца группы «Сумма» Зиявудина Магомедова и его брата Магомеда, бывшего министра Михаила Абызова. В июне 2019 г. суд признал бывшего губернатора Республики Коми Вячеслава Гайзера виновным в мошенничестве, отмывании доходов и получении взятки в особо крупном размере, но оправдал по статье об организации преступного сообщества (ч. 3 ст. 210 УК). По этому делу обвинение просило для Гайзера рекордные среди бывших губернаторов сроки.

В Верховном суде и в Мосгорсуде начали обращать внимание, что обвинение в организации преступного сообщества вешают на всех подряд, если есть хоть малейшая возможность, говорил в июне адвокат Владимир Жеребенков, хотя должны быть признаки этого преступления – общая касса, иерархия, распределение ролей.

Можно и не сидеть

Нужно закрепить обязанность суда, решающего заключить обвиняемого под стражу, давать четкие обоснования и перепроверять ходатайство обвинения, написано в предложениях. Прокурор должен давать согласие на домашний арест и заключение под стражу по экономическим преступлениям, считают авторы перечня, а продление меры пресечения должен рассматривать суд, вышестоящий над судом, который выбрал эту меру изначально. Кроме того, сейчас судья может сперва рассматривать процессуальные вопросы (о возбуждении дела, о заключении под стражу), а потом дело по существу – в перечне есть предложение исключить такую возможность. В общем же, чтобы возбуждать уголовные дела в предпринимательской сфере, нужно провести всестороннюю доследственную проверку, пишут авторы, а УПК и вовсе нужно дополнить так, чтобы нельзя было решать хозяйственные споры уголовным преследованием.

30,5%

всех обращений к бизнес-омбудсмену в 2018 г. были связаны с их уголовным преследованием. Из них около четверти пришлись
на обращения из Москвы


Источник: доклад бизнес-омбудсмена Бориса Титова президенту Владимиру Путину

Решая хозяйственные споры уголовным путем, бизнес-сообщество само ухудшает деловой климат, считает Коблев и приводит в пример дело Дмитрия Мазурова – совладельца Антипинского НПЗ: следствие подозревает его в хищениях в особо крупном размере при строительстве НПЗ, а заявление написал президент Сбербанка Герман Греф.

Сперва налоговая, потом следствие

Еще одна идея – вернуться к прежней системе возбуждения налоговых уголовных дел, когда обязательным основанием было заключение налогового органа. Предлагается также позволять истребовать документы только за три года при расследовании уклонения от уплаты налогов (ст. 199) и считать существенность налоговых недоимок только в относительных величинах. Партнер Taxology Алексей Артюх объясняет, что компании считают слишком маленькими абсолютные показатели, из-за которых начинается уголовное преследование, и слишком сложным – предоставлять документы десятилетней давности и оправдываться за давно устаревшие нормы.

Бизнес доверяет налоговикам больше, чем следователям, продолжает Артюх, да и проверка дополнительной инстанции до возбуждения дела – всегда лишний шанс дела избежать. После того как в 2014 г. правоохранительные органы получили право самостоятельно возбуждать уголовные дела по налоговым преступлениям, вовлеченность правоохранителей в контроль за уплатой налогов постоянно растет – все чаще в налоговых проверках принимают участие оперативники, а по результатам проверок все чаще возбуждаются уголовные дела, поддерживает советник юридической фирмы Bryan Cave Leighton Paisner Александр Ерасов. Часто это вмешательство избыточно, замечает он: в последние два года распространились случаи, когда уголовные дела возбуждаются даже после уплаты претензий, предъявленных после налоговых проверок.

Не только бизнесменов

Некоторые статьи УК авторы предложений предлагают упразднить или вынести в Кодекс административных правонарушений (КоАП): мелкие мошенничество и растрату, которые схожи с аналогичными преступлениями в КоАПе, мелкий коммерческий подкуп, незаконное предпринимательство и проч.

Все это даже не минимум того, что нужно гуманизировать в УК и УПК, считает гендиректор Центра перспективных управленческих решений Мария Шклярук: принципиально, чтобы смягчения уголовной репрессии стали общей нормой, иначе защитить предпринимателей не выйдет. Нужно запретить лишать свободы по нетяжким и средней тяжести преступлениям, если человек совершил их впервые, нужно снижать тяжесть ненасильственных преступлений и продлевать домашние аресты и содержание под стражей дольше трех месяцев только решением суда не ниже уровня субъекта Федерации, заключает Шклярук.

Читать ещё
Preloader more