Статья опубликована в № 4911 от 02.10.2019 под заголовком: Промышленности не до активности

Деловая активность российских производителей упала до 10-летнего минимума

Росту мешает слабый спрос

В сентябре индекс PMI обрабатывающих отраслей (рассчитывается IHS Markit на основе опроса менеджеров по закупкам) рухнул до минимума с мая 2009 г. Он опустился до 46,3 пункта с 49,1 пункта в августе, т. е. существенно ниже черты в 50, которая отделяет рост деловой активности от спада. Основная причина – сокращение производства и новых заказов: так быстро эти показатели не падали с апреля 2009 г.

Деловая активность в промышленности непрерывно падает уже пять месяцев: снижаются спрос, число новых клиентов, сокращаются экспортные заказы (максимально за три года), показал опрос IHS Markit. Ожидания в обрабатывающих секторах упали до минимума с 2017 г. На фоне такого падения спроса снижение ожиданий до уровня 2017 г. выглядит даже «позитивным», замечает главный экономист РФПИ Дмитрий Полевой.

«Слабый индекс PMI – очень плохой сигнал, – прокомментировал «Ведомостям» данные министр экономического развития Максим Орешкин. – Из отчета видно, что главная причина – слабый конечный спрос». Основной причиной он называет замедление кредитного предложения со стороны банковского сектора: сохранение этого тренда может привести не только к резкому падению инфляции, но и к ухудшению ситуации на рынке труда. Скорее всего в сентябре можно ожидать сокращения выпуска в обрабатывающих отраслях, считает главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова.

В августе темпы роста кредитного портфеля падали второй месяц подряд – до 9,9% годовых с 10,4% в июле и 11,1% в июне, в том числе рост корпоративных кредитов замедлился до 5,1% с 5,6% (с учетом корпоративных облигаций банков), говорится в обзоре Минэкономразвития. Кредит частному сектору не компенсировал замедления бюджетных расходов, указывает министерство, для достижения инфляции 4% при соблюдении бюджетного правила банковские кредиты частному сектору должны расти не меньше чем на 5,5–6% ВВП, но пока рост не превышает 4,5% ВВП. Это привело к «охлаждению совокупного спроса», о чем свидетельствует замедление годовой инфляции с 5,3% в марте до 3,9–4%, ожидаемых по итогам сентября.

Снижение индекса PMI свидетельствует о «пережатых бюджетных расходах», считает Орлова: бизнес ждал роста финансирования и крупных заказов со стороны государства в связи с реализацией национальных проектов, но этого не произошло. К 13 сентября, по данным Минфина, кассовое исполнение нацпроектов составило всего 47,1%. Нет большого спроса ни со стороны конечных потребителей, ни со стороны государства, замечает главный экономист Газпромбанка Сергей Коныгин.

Сыграло роль и снижение внешнего спроса, который падает из-за торговых войн, отмечает Орлова. Во вторник Всемирная торговая организация более чем вдвое снизила прогноз роста мировой торговли в этом году – с 2,6 до 1,2%, что может стать худшим результатом с 2009 г. (см. статью на стр. 04).

Нужно сравнивать не точечные оценки PMI, а диапазоны с учетом возможных погрешностей, полагает замдиректора ЦМАКПа Владимир Сальников. Только ошибки в выборке опроса могут привести к колебанию показателя на 2,2 п. п., говорит он.

Полевой считает более репрезентативным индекс предпринимательской уверенности, рассчитываемый Росстатом: выборка службы – более 3000 компаний, а IHS Markit – 300. Опросы Росстата с более широкой выборкой ухудшений в сентябре не зафиксировали: индекс остался на уровне августа – минус 2 пункта.

Рыночная конъюнктура действительно ухудшилась, но не так сильно, как свидетельствует индекс PMI, полагает Сальников, на это указывают сохранение электропотребления и погрузки строительных грузов на уровне августа и лишь небольшое снижение погрузки экспортных неэнергетических грузов. Если бы в обрабатывающей промышленности действительно случился резкий спад, упала бы и загрузка производственных мощностей, указывает директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики Георгий Остапкович, а она не изменилась.

Обрабатывающая промышленность устойчиво, но слабо растет – нет ни признаков резкого провала, ни сигналов к заметному будущему росту, говорит Остапкович. Ситуация в экономике инертна и ожидания бизнеса стабильно слабые – любые резкие колебания при такой инертности удивляют, говорит заведующий лабораторией конъюнктурных опросов Института Гайдара Сергей Цухло. До конца года на деловую активность могут повлиять внешние торговые войны или нефтяные шоки, отмечает Сальников, общий же рост промышленности будет на уровне 2,2–2,5%.

Исходя из ситуации в отраслях и их вклада в рост ВВП положение в экономике резко ухудшилось уже в первой половине 2019 г., указывает Валерий Миронов из Центра развития Высшей школы экономики. Если в первой половине 2018 г. из 19 основных секторов 15 росли, а в четырех наблюдалось снижение, за тот же период 2019 г. число сокращающих выпуск секторов утроилось. Существенно ухудшилась и ситуация с конечным спросом – накопление основного капитала вычло из роста ВВП 0,5 п. п., снизился вклад чистого экспорта и конечного потребления. В условиях снижения реальных доходов населения рассчитывать на ускорение экономики можно только за счет восстановления экспорта и роста инвестиций, указывает Миронов. У компаний есть возможность увеличить инвестиции – прибыль растет значительно быстрее инвестиций, замечает он, но для этого нужны не только деньги, но и улучшение инвестиционного климата.

Читать ещё
Preloader more