Налоговики наверстывают карантинный простой

Количество налоговых проверок в России после карантина выросло в 4 раза
Глава ФНС Даниил Егоров готов выполнять план по сбору налогов любой ценой /Сергей Бобылев / ТАСС

После отмены ограничений, введенных из-за пандемии коронавирусной инфекции COVID-19, налоговики начали массово проверять счета россиян в банках. Об этом говорится в письме Ассоциации банков России (АБР) в Федеральную налоговую службу (ФНС), сообщило «РИА Новости». Налоговиков интересуют сведения «о наличии счетов, о наличии денежных средств на счетах всех категорий клиентов», в том числе физлиц, отмечают в АБР. Проверки ФНС были приостановлены с 1 апреля до 30 июня, но теперь количество запросов из службы подскочило более чем в 4 раза и банки не успевают обрабатывать их в полном объеме, говорят в ассоциации.

Банкиры просят ФНС продлить сроки по предоставлению информации налоговикам. В свою очередь в ФНС России рост количества запросов считают нормальным и объясняют его возобновлением налоговых проверок после длительного периода коронавирусных ограничений. Эксперты согласны с тем, что за время пандемии у налоговиков мог накопиться большой объем информации, требующей проверки. Но причина активности налоговиков кроется не только в этом. «Образовалась ситуация, при которой у налоговых органов несколько месяцев были связаны руки, а время идет, и плановые показатели для налоговых органов никто не отменял», – говорит юрист адвокатского бюро Forward Legal Федор Закабуня.

Кроме того, напоминает партнер юридической фирмы Five Stones Consulting Екатерина Болдинова, срок сдачи отчетности физических лиц в этом году сдвинулся с 30 апреля на 30 июля. «И конечно, большая часть налогоплательщиков сдали отчетность только в последнюю декаду июля. А сроки камеральных проверок достаточно короткие – три месяца с момента сдачи налоговой декларации. И хотя санкций за нарушение этих сроков для налоговиков нет, они стараются эти сроки не нарушать», – говорит юрист.

По мнению директора Института стратегического анализа ФБК Игоря Николаева, рост активности налоговиков также связан с задачей увеличения бюджетных поступлений. По итогам первого полугодия бюджет был сведен с дефицитом в 955,8 млрд руб. По итогам года вместо ожидаемого профицита в 927,6 млрд руб. правительство ориентируется на дефицит около 5,6 трлн руб. При этом за шесть месяцев ФНС перечислила в бюджет лишь 40,7% к прогнозным показателям. «Во главе правительства бывший глава ФНС Михаил Мишустин, и он, как никто другой, нацелен на то, чтобы максимально увеличить налоговые поступления», – считает Николаев.

Как объясняют юристы, компании проверяются на различные схемы утаивания средств, а граждане – на получение неофициальных доходов. По словам Болдиновой, «в отношении юридических лиц проверка операций по счетам связана с выстраиванием цепочки взаимоотношений с контрагентами проверяемой компании». Налоговиков интересуют суммы и даты перечисления поступивших средств в адрес различных контрагентов. «Если денежные средства, поступившие на ваш счет, в тот же день или на следующий день были направлены иным лицам с признаками фирм-однодневок либо ушли дальше по цепочке контрагентов, вашей компании впоследствии могут быть предъявлены претензии», – поясняет юрист.

Что касается физлиц, то тут ФНС хочет получать от банков данные о фактических расходах граждан и их реальных доходах. «Причем это касается даже не столько граждан, сколько их работодателей, так как расходы, намного превышающие доходы, могут свидетельствовать о неофициальной зарплате. И это позволило бы отследить компании, которые в период пандемии перешли на неофициальные зарплаты», – отмечает партнер налоговой практики BMS Law Firm Давид Капианидзе. 

Николаев считает, что шквал налоговых проверок может стать сокрушительным ударом по и без того ослабевшему малому и среднему бизнесу, вынуждая многие компании закрыться и уйти с рынка. «Экономическая активность значительно снизилась, за июнь бизнес далеко не восстановился. С такой экономики много в бюджет не стрясешь, а проверки еще больше дестимулируют деятельность малых и средних предприятий», – говорит экономист. При этом он обращает внимание на то, что во время и после пандемии многие цепочки взаимоотношений с контрагентами у компаний были разорваны и налоговый инспектор может ошибиться, приняв за фирму-однодневку компанию, которая в кризис разорилась и не смогла ни налоги заплатить, ни выплатить деньги своим партнерам по бизнесу, как бы ни старалась. «В кризис, который не закончился, должны быть сделаны максимальные послабления для бизнеса, чтобы он выжил. Топить его – значит еще больше ослаблять экономику и лишать бюджет доходов в среднесрочной перспективе», – подчеркивает Николаев.

Заместитель руководителя ИАЦ «Альпари» Наталья Мильчакова считает, что вывести бизнес из тени путем вала налоговых проверок у государства вряд ли получится. Серый сектор, который Всемирный банк оценивал в экономике России в $300 млрд, никуда не денется. Пока не снизятся обязательные страховые платежи и нагрузка на фонд оплаты труда, серый сектор так и будет отстаиваться и ничего с ним нельзя будет сделать. Какая-то часть бизнеса продолжит держать свои капиталы в той или иной тихой гавани, если не на Кипре, так в других юрисдикциях. «Но в целом излишне энергичные проверки и специальные кампании не добавляют инвестиционной привлекательности бизнесу в России», – утверждает Мильчакова.