Банк России продолжает ограничивать возможности инвестирования для физлиц

Неквалифицированных инвесторов защитят от убытков еще и в страховании
Сценарий, по которому Банк России ужесточает регулирование на рынке страхования жизни, уже опробован в сфере частных инвестиций /Максим Стулов / Ведомости

Банк России опубликовал проект указания, которым вводятся ограничения на продажи инвестиционного и накопительного страхования жизни (ИСЖ и НСЖ). Предполагается, что страховщики будут обязаны включать в правила страхования условие о том, что страховая защита по ИСЖ начинает действовать с момента уплаты первого взноса (сейчас существует отсрочка в 3–6 месяцев во избежание случаев бытового мошенничества, когда человек обращается за страховкой уже после наступления страхового случая), а в случае смерти застрахованного лица выплата должна составлять не менее двукратного размера страховой премии.

В то же время регулятор предлагает ввести защиту капитала и вмененную доходность по любому договору ИСЖ и краткосрочному НСЖ (на срок до семи лет), при этом защита капитала будет действовать и на случай отказа потребителя от инвестиционной страховки: до уплаты третьего взноса клиент сможет вернуть 100% уплаченных взносов. «Это позволит исключить недобросовестные практики по введению потребителей в заблуждение относительно отдельных характеристик таких продуктов», – говорится в пояснительной записке к документу.

Вице-президент Всероссийского союза страховщиков Виктор Дубровин, комментируя эту инициативу, отметил, что предложения Центробанка меняют экономику страховых продуктов, сокращают возможности для конкуренции и индивидуализации, а значит, требуют достаточно детальной проработки. «Требование о возврате 100% взносов до уплаты третьего взноса серьезно меняет существующие практики и экономику продукта, – объясняет Дубровин. – Договоры бывают с ежеквартальными и ежегодными взносами, соответственно, третий взнос может приходиться на третий год, и это означает, что период охлаждения становится многолетним». Он напоминает, что страховщик несет серьезные расходы с первого дня действия договора, включая резервирование, комиссию банка, оплату услуг депозитария и проч.

Что касается двукратного размера по риску «смерть», то он существует и сейчас в большинстве продуктов, в данном случае скорее речь идет о стандартизации, поясняет Дубровин. «Для рынка введение подобной «стандартизации» может носить негативный характер, поскольку создает негативный арбитраж с другими финансовыми продуктами, а главное – сокращает потенциал для развития продуктовых сервисов и инноваций», – считает эксперт.

По мнению старшего директора по рейтингам страховых и инвестиционных компаний «Эксперт РА» Ольги Любарской, вопросы, связанные с началом действия страховой защиты, можно отрегулировать условиями договора, поэтому смещение срока действия периода охлаждения или его отмена не должны повлиять на уровень потребительского мошенничества. А по поводу выплаты не менее двукратного размера страховой премии в случае смерти застрахованного лица Любарская подчеркивает, что «таким образом продукты ИСЖ станут сущностно более страховыми, чем сейчас».

Павел Самиев, генеральный директор Аналитического центра «Бизнесдром», считает неприемлемой инициативу ЦБ в ее нынешней редакции, поскольку «она противоречит самой сути рассматриваемых продуктов». На его взгляд, предлагаемые меры выглядят как намерение отказаться от продуктов ИСЖ, поскольку в классическом НСЖ уже предусмотрена гарантированная доходность – она включается в страховую сумму. Обязательный же возврат 100% суммы при расторжении договора делает неинтересным для банков продажи страхования жизни, тогда как большую часть договоров ИСЖ продают именно банки.

Сценарий, по которому Банк России ужесточает регулирование на рынке страхования жизни, уже опробован в сфере частных инвестиций. На прошлой неделе в Госдуму был внесен законопроект, ограничивающий продажи сложных структурных продуктов неквалифицированным инвесторам. Документ наделяет ЦБ правом останавливать продажи финансовых продуктов неквалифицированным инвесторам, если им не предоставляется полная и достоверная информация, уполномочивает регулятора запрещать уличенным в серьезных нарушениях участникам рынка продавать конкретные продукты или вообще все финансовые инструменты. Кроме того, Банк России получает право в качестве крайней меры требовать обратного выкупа продуктов у «неквалов», если продавец нарушил правила информирования покупателей о рисках.

Как отметил на посвященном законопроекту брифинге первый зампред ЦБ Сергей Швецов, портфель проданных «мутных» финансовых продуктов со сложным и непрозрачным ценообразованием – структурных продуктов и инвестиционных облигаций – оценивается в 600 млрд руб. и больше половины продаж пришлась на 2020 г. Причем значительная часть их покупателей – неквалифицированные инвесторы, которые в итоге теряют миллионы долларов на этих инструментах, отметил Швецов.

В соответствии с законопроектом продажа сложных инвестпродуктов будет ограничена до 1 октября 2021 г. – с этого момента банки и брокеры начнут тестировать своих клиентов-физлиц на знание рисков, которые несут в себе инвестиционные инструменты. Изначально планировалось запустить тестирование с 1 апреля 2022 г., но в связи с притоком неподготовленных инвесторов – а в течение прошлого года на рынок пришло около 4 млн новых игроков – Банк России решил начать процесс раньше.

Без тестирования можно будет продавать акции, облигации с ипотечным покрытием и другие облигации российских эмитентов с инвестиционным рейтингом, фьючерсы и опционы на бирже, паи открытых, интервальных, биржевых и закрытых паевых фондов, государственные ценные бумаги, евробонды и иностранные акции, которые листингованы на российских биржах.

По словам президента Национальной ассоциации участников фондового рынка (НАУФОР) Алексея Тимофеева, у профессионального сообщества еще остался ряд не решенных с ЦБ разногласий в отношении этого законопроекта. В частности, члены НАУФОР возражают против наделения ЦБ правом приостанавливать операции и требовать выкупа размещенных финансовых инструментов. «На наш взгляд, это дело суда, а не административного производства, – объясняет Тимофеев. – Считаем, что неквалифицированные инвесторы должны иметь доступ к простым структурным продуктам со 100%-ной защитой капитала и простым механизмом структурирования доходов».

«По нашей информации, количество жалоб от пользователей этими сложными продуктами ничтожно мало, – комментирует Владислав Кочетков, президент – председатель правления ГК «Финам». – Кроме того, возможность ЦБ в произвольном порядке запрещать продажу любых продуктов выглядит избыточной и откровенно репрессивной».

Виктор Касьянов, вице-президент, директор инвестиционного департамента банка «Ренессанс кредит», предполагает, что Банку России «стоило бы выработать правила игры и для самих участников рынка, например стандартные формы контрактов, виды структурных продуктов, количественные нормативы доходности и риска».