Как решение Совета ЕС по криминализации обхода санкций скажется на России

Разрыв углубится, хотя решение нескоро начнет применяться на практике
ЕС принял ряд ограничительных мер против России из-за СВО на Украине / Евгений Разумный / Ведомости

Совет ЕС единогласно одобрил решение о включении нарушения санкций в список преступлений в Евросоюзе, говорится в сообщении, опубликованном в понедельник, 28 ноября. Теперь Еврокомиссия должна представить предложение по директиве, содержащей минимальные правила, касающиеся определения уголовных преступлений и наказаний за нарушение ограничительных мер. Затем документ будет отправлен на одобрение Европарламенту и Совету ЕС.

В настоящее время в этот список входят терроризм, торговля людьми, сексуальная эксплуатация женщин и детей, незаконный оборот наркотиков и оружия, отмывание денег, подделка платежных средств, коррупция, киберпреступность и организованная преступность. Предложение по включению в него нарушений ограничительных мер Еврокомиссия представила 25 мая.

ЕС принял ряд ограничительных мер против России из-за СВО на Украине и крайне важно, чтобы эти меры были полностью реализованы, отмечается в сообщении Совета ЕС. В настоящее время страны – члены союза имеют разные определения того, что представляет собой нарушение ограничительных мер и какие наказания должны последовать в случае их нарушения. Это может привести к различной степени применения санкций и риску обхода этих мер, потенциально позволяющего лицам, подпадающим под санкции, продолжать получать доступ к своим активам и поддерживать режимы, на которые распространяются меры ЕС, считает Совет ЕС.

Включение нарушения ограничительных мер в список «преступлений ЕС» является первым из двух шагов по обеспечению одинаковой степени соблюдения санкций на всей территории союза и по пресечению попыток обойти или нарушить введенные меры, подчеркивается в сообщении.

ЕС принял беспрецедентное количество санкций, направленных против российской экономики, но, чтобы добиться цели, их реализация требует совместных усилий и сегодняшнее решение является важным инструментом для обеспечения того, чтобы любые попытки обойти эти меры были пресечены, прокомментировал министр юстиции Чехии Павел Блажек, слова которого приводятся в сообщении.

Отложенные риски

Это исключительно политический жест, каких-то реальных последствий для организаций и лиц, которые могли нарушить санкционный режим, в обозримом будущем ожидать не стоит, считает управляющий партнер юридической компании «Иккерт и партнеры» Павел Иккерт: то, что совет одобрил саму возможность дополнения перечня трансграничных преступлений нарушением санкций, еще не значит, что уголовная ответственность за такие действия вводится немедленно. Напротив, теперь Еврокомиссия должна разработать и представить проект соответствующей директивы, которой бы нарушение санкционного режима определялось именно как уголовно наказуемое преступление, а также устанавливалась минимально возможная ответственность, далее он выносится на обсуждение в Европарламент и предлагается совету, отметил он. Длиться, по его словам, это может и несколько месяцев, и более года в зависимости от того, насколько консолидированной будет позиция европарламентариев по этому вопросу.

Это решение не несет немедленных рисков для российских или зарубежных компаний, считает председатель совета ТПП РФ по развитию потребрынка Александр Борисов, пока это только одобрение включить нарушения ограничительных мер в перечень «преступлений по правилам Евросоюза». В дальнейшем потребуется длительная процедура согласований по установлению минимального набора признаков таких преступлений, а по нему у членов ЕС много противоречий, указал он. Когда и если этот второй этап завершится общим согласием, будем определять размер возможного ущерба как для российского бизнеса, так и для его партнеров из других государств – дружественных и недружественных, заключил Борисов.

Судя по тому, как небыстро продвигают нововведение, пока мало что изменится, согласен эксперт «БКС мир инвестиций» Валерий Емельянов. Полгода прошло с момента, когда Еврокомиссия предложила криминализировать обход санкций, еще столько же может уйти на обсуждение на уровне Европарламента и не известно, сколько времени – на внедрение внутри стран ЕС, пояснил он. Эта инициатива, по его мнению, говорит лишь об одном: ЕС признает проблему неэффективности санкций. Проблема никуда не исчезнет, полагает эксперт, есть пример Ирана, гораздо более компактной экономики, которую тем не менее изолировать не удалось.

Цели ЕС

Все последние решения ЕС направлены на то, чтобы обеспечить легитимизацию применения санкций не по минимальному, а по нужному Брюсселю уровню во всех государствах-членах, заметила профессор факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Екатерина Энтина. Для этого, по ее словам, Еврокомиссия начала применять принцип «финансирование в обмен на лояльность» не только за пределами ЕС, но и внутри. Кроме того, Европарламент проголосовал за признание РФ государством – спонсором терроризма, что дает эмоциональную легитимность ужесточению практики применения санкций, добавила она. Решение о переводе нарушения режима санкций в статус уголовного преступления дает возможность Брюсселю давить на конкретные страны и компании, считает эксперт, с учетом широкой практики и большого ресурса на мониторинг это наверняка будет эффективно.

История с признанием обхода санкций преступлением активно обсуждалась еще в мае, отметил доцент кафедры информатики РЭУ им. Г. В. Плеханова Александр Тимофеев: тогда, как и сейчас, речь шла, в частности, о конфискации имущества физических и юридических лиц. Для большинства стран ЕС эта директива не принесет большой нагрузки, так как значительная часть активов сконцентрирована лишь в пяти странах – Бельгии, Люксембурге, Германии, Италии, Франции, добавил он. У России «зеркально» ответить по большей части не получится, так как многие страны уже ушли с российского рынка, считает эксперт.

Нет точных цифр или оценок, насколько велики объемы обхода санкций, указал Емельянов. Ситуация усложняется тем, что одни ограничения могут накладываться на другие или противоречить легальной торговле между РФ и ЕС, которая тоже есть, добавил он. Влияние уголовных мер, по его мнению, будет медленным, растянутым во времени и негативным как для российского, так и зарубежного бизнеса. Но из-за разницы масштабов экономика России (которая в 10 раз меньше европейской) будет страдать сильнее, чем ЕС, резюмировал он.

ЕС интересует конфискация активов на миллиарды евро, но правового механизма для этого нет, иронизирует партнер адвокатского бюро NSP и эксперт в области санкционного права Сергей Гландин. В связи с этим европейцам выгодно криминализировать все деяния, которые можно трактовать как обход санкций, продолжил он. В этом случае появится возможность возбуждать уголовные дела против неопределенного круга лиц, в рамках которых правоохранители будут ходатайствовать перед судами об обращении активов в собственность государства как орудия совершения преступления, полагает эксперт.

Решение ЕС имеет фундаментальное и доктринальное значение для санкционного права в целом, уверен старший партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Антон Именнов. Во-первых, речь идет об изменении отношения Европы к своим санкционным программам, что потребует, в частности, изменений в учредительные акты ЕС. «Нарушение санкционного законодательства становится в один ряд с такими преступлениями, как терроризм, сексуальное рабство, международная наркоторговля и торговля вооружением», – поясняет эксперт.

Европейский бизнес пострадает больше

Установление уголовной ответственности за нарушение санкций для представителей европейских компаний у ряда стран, бизнес которых все еще имеет определенные активы и интересы в России, может не вызвать одобрения, предполагает Иккерт. По факту уголовная ответственность устанавливается именно для лиц, нарушающих запреты, т. е. идет речь о криминализации действий представителей во многом именно европейского бизнеса, пояснил он. На сегодняшний день нарушение санкционного режима уже может привести к наложению штрафа, однако за последние годы страны Европы к этой практике практически не прибегали, напомнил он.

Конечно, такое решение серьезно скажется на всех, поскольку станет шагом к более глубокому разрыву экономических связей между бизнесами наших стран, добавил президент «Опоры России» Александр Калинин. Масштаб ущерба для российских компаний, по его словам, пока оценить сложно. Все будет зависеть от того, какие страны согласятся интегрировать это в свой уголовный кодекс, отсюда уже будут выстраиваться все цепочки, пояснил он. Но это очень плохой знак и прежде всего это ударит по европейскому бизнесу, считает Калинин.

В России по-прежнему оперирует немалое число европейских компаний, есть и те, кто ушел, но заинтересован в смягчении санкций, отметила Энтина: реализовать свои планы, если они подпадают под режим санкций, будет существенно рискованнее. Не сказаться на российской бизнес-среде это не может, но заставит более эффективно и быстро на всех уровнях власти решать вопрос о необходимости ответа ЕС через создание своих правовых, финансовых и страховочных механизмов с дружественными государствами, заключила эксперт.

Одним из последствий может стать отказ зарубежных компаний иметь какие-либо контакты с Россией. «Эффект от введения меры в том, что все большее число зарубежных контрагентов будут отказываться от взаимодействия с Россией, чтобы не попасть под уголовное преследование и иные инструменты воздействия, которые сейчас были узаконены», – считает директор центра экспертизы санкционной политики МГИМО Екатерина Арапова. Впрочем, большая часть компаний понимала текущие риски работы с Россией, свернула и «переориентировала свою деятельность» в предшествующие месяцы, признает эксперт.