Внешняя торговля Китая сокращается рекордными темпами с начала пандемии

При этом торговля КНР с Россией растет
Карантинные меры в рамках политики нулевой терпимости стали главным фактором снижения показателей внешней торговли в КНР / AFP

Стоимость экспорта из Китая в прошедшем ноябре сократилась в сравнении с ноябрем прошлого года на 8,7% до $296,1 млрд, что является наибольшим падением с февраля 2020 г. – начала пандемии коронавируса. Стоимость импорта в Китай упала еще больше – на 10,6% до $226,25 млрд. Это самое большое снижение с мая 2020 г., когда отмечался пик коронавирусных ограничений. Об этом свидетельствуют данные Главного таможенного управления (ГТУ) КНР, опубликованные на сайте ведомства 7 декабря.

В целом с января по ноябрь 2022 г. стоимость экспорта из КНР увеличилась по сравнению с аналогичным показателем предыдущего года на 9,1% до $3,29 трлн. За первые 11 месяцев года больше всего упал экспорт китайской бытовой техники – на 12,6%. Поставки автомобилей, наоборот, увеличились за тот же период на 73,1%, а экспорт редкоземельных элементов вырос на 68,7%.

Стоимость импорта в КНР с января по ноябрь составила $2,48 трлн, увеличившись на 2%. Больше всего за 11 месяцев по отношению к тому же периоду 2021 г. сократился импорт железной руды и концентратов – на 30,8%. На ​​29,8% сократился импорт самолетов, на 23,1% – текстиля и нитей, на 18,2% – автозапчастей. А увеличился больше всего импорт удобрений – на 74%, нефти – на 44%, газа – на 32,8%, угля – на 24,9%. Импорт сельскохозяйственной продукции вырос на 7%, причем зерна – на 9,6%, бобов, включая сою, – на 12%.

Аналитик «Открытие инвестиций» Андрей Кочетков напоминает, что в ноябре 2022 г. под ограничениями находилось от 20 до 25% китайской экономики. Отгрузки в портах в условиях ограничений упали, особенно в Шанхае, это отражалось на транспортировке грузов в порты из карантинных зон, что снизило деловую активность, напоминает Кочетков. Предприятиям приходилось либо сокращать рабочие смены, либо прекращать работу вовсе. Поэтому показатели производственной активности в ноябре были самыми низкими с апреля – индекс активности в производственном секторе (PMI), по данным Госстатбюро КНР, в прошлом месяце составил 48 пунктов (49,2 в октябре), в сфере услуг – 46,7 (48,7 в октябре). Значение PMI выше 50 пунктов говорит о росте активности, ниже – о спаде, поясняет Кочетков.

В день публикации статистических данных Госкомитет по вопросам гигиены и здравоохранения страны объявил о самом значительном с начала пандемии коронавируса смягчении ограничений, которые стали главной причиной торможения внешней торговли. Всем регионам рекомендовали «научно и аккуратно относиться к определению зон эпидемиологического риска». Если раньше в случае обнаружения десятков случаев инфицирования на карантин закрывались многомиллионные города и агломерации, то теперь на карантин предлагается закрывать лишь здания, квартиры, этажи и домохозяйства с зараженными.

Власти КНР распорядились 7 декабря также оптимизировать проведение ПЦР-тестирования. Отрицательные тесты больше не нужны для посещения общественных мест, кроме больниц, домов престарелых, детских учреждений и школ. Теперь при небольших вспышках заболеваемости тесты должны будут сдавать только те, кто работает или временно находится в зоне высокого риска. Также обязательные ПЦР-тесты и электронные коды отменили для поездок из одного региона Китая в другой, оставив инициативу по введению мер профилактики местным органам власти и руководству крупных предприятий.

Торговля с Россией растет

Торговый оборот России и Китая в январе – ноябре 2022 г., по данным ГТУ КНР, увеличился к аналогичному периоду 2001 г. на 32%, достигнув рекордных $172,4 млрд. Экспорт из Китая в Россию за 11 месяцев увеличился на 13,4% и составил около $67,3 млрд. Импорт российских товаров и услуг вырос на 47,5% до $105,07 млрд. В ноябре Китай импортировал из России товаров на $10,5 млрд, а его экспорт в Россию составил $7,7 млрд.

Карантинные меры в рамках политики нулевой терпимости стали главным фактором снижения показателей внешней торговли. Руководитель Школы востоковедения НИУ ВШЭ Андрей Карнеев напоминает, что на фоне локдаунов и ужесточения ограничений в таких городах, как Фыньян, Хух-Хото, а также в некоторых районах Шанхая отрицательная динамика внешней торговли была зафиксирована уже в октябре, хотя она не была значительной. По сравнению с октябрем 2021 г. на 0,3% сократился экспорт КНР, а на 0,7% – импорт в долларовом выражении, напоминает эксперт.

Но сокращение объемов внешней торговли КНР – это явление, обусловленное не только локдаунами. Это явный тренд, напрямую связанный с общим закрытием китайской экономики, уверен Карнеев. Какое-то время назад Китай был крупнейшей мировой производственной площадкой и туда перемещали свои производства крупные компании из-за рубежа, отмечает Карнеев. Но рабочая сила в Китае уже давно дорожает, растет недовольство работников условиями труда. Самый недавний пример – протесты на заводе Foxconn в Чжэнчжоу в конце ноября. Это предприятие считается крупнейшим в мире по объему производства смартфонов iPhone. Из-за этого набирает оборот процесс ухода производств из Китая в страны с более дешевой рабочей силой – Бангладеш, Индию и Вьетнам, добавляет Карнеев.

Тренд на закрытие экономики проявился и на XX съезде компартии КНР в октябре, когда гораздо большее внимание китайские власти уделяли контролю и безопасности страны, нежели перспективам роста. Уже тогда это привело к падению котировок акций на Гонконгской и Шэньчжэньской биржах и оттоку иностранных инвесторов, считает Карнеев. Каждый из этих факторов в отдельности вряд ли привел бы к такому сокращению внешней торговли, но в совокупности они могут сделать это, считает Карнеев.

Ослабление ковидных ограничений вернет экономику КНР к восстановительному росту в ближайшие полгода-год, полагает эксперт. Это выразится в возвращении роста ВВП на уровень 4,5–6% годовых после текущих 3% (по итогам первых трех кварталов 2022 г.) и замедлит сокращение объемов внешней торговли. Но в целом уменьшение роли внешней торговли – это характерная тенденция для развитых экономик и КНР ей следует, отмечает эксперт. В дальнейшем мы увидим, как основным мотором китайской экономики станет внутреннее потребление, уверен Карнеев.

Кроме антиковидных ограничений одним из факторов падения показателей экспорта и импорта КНР является начало экономического спада в ЕС – главном торговом партнере Пекина и в ряде других значимых для страны экономик, в частности британской, указывает директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин.