«Дорог нужно строить больше»

Вице-премьер Марат Хуснуллин о том, как развиваться строительной отрасли и почему сейчас хорошо брать ипотеку
Заместитель председателя правительства России Марат Хуснуллин /РИА Новости

Марат Хуснуллин стал вице-премьером после того, как более девяти лет работал заместителем мэра Москвы по строительству. Круг вопросов, за которые он отвечает в российском правительстве, гораздо шире: от межбюджетных отношений с регионами до строительства дорог и экологического проекта «Чистая вода». Сам он говорит, что в Москве занимался конкретными стройками, а сейчас его работа связана с принятием документов и решений, результат которых можно увидеть не сразу. В новой должности ему не хватает субботних объездов по стройкам. Поэтому отдельные проекты он взялся курировать лично: это ЦКАД, развитие железных дорог в Московском регионе.

Одной из основных своих целей Хуснуллин называет сокращение сроков строительства – не меньше чем на один год от идеи до регистрации объекта. Сегодня этот процесс занимает около пяти лет. Какие еще задачи стоят, Хуснуллин рассказывает в интервью «Ведомостям».

Бумажная работа

– Вас назначили вице-премьером в конце января, а уже через месяц из-за пандемии все изменилось. Как это отразилось на вашей работе и на вашей жизни?

– С точки зрения рабочего времени у меня почти ничего не поменялось: если я в Москве работал до 15 часов в день, то сейчас работаю больше – и по 16, и по 18 часов. Разница только в том, что в Москве я занимался конкретными стройками, а теперь моя работа больше связана с бумагами, системными решениями, распорядительными актами. Можно даже сказать, что работа в правительстве налажена в круглосуточном режиме, потому что нужно просчитывать экономические и юридические последствия каждой принятой меры.

– Привыкаете к бумажной работе?

– Привыкаю. Когда я задался вопросом, что же является результатом моей работы, оказалось, результатом моей работы должен быть распорядительный документ. Нужно убедить коллег принять решение, выпустить документ, после этого появляется конкретный результат. Мне, конечно, тяжело измерять свою работу распорядительными документами и тем, на что они повлияют. Ведь решение ты можешь принять сегодня, а эффект будет виден через год-два-три.

Я привык измерять свою работу квадратными метрами, инвестициями. Если в Москве у меня была отдушина – посещение строительных объектов по субботам, то здесь этого, конечно, не хватает. Поэтому, придя в правительство, я изначально планировал посещать один-два региона в месяц, чтобы изучать проблемы на местах, видеть, как ведутся стройки, встречаться с жителями. То есть думал заменить субботние объезды выездами в регионы. Но успел посетить только четыре региона, и случился коронавирус. Поэтому поездки были приостановлены. Но сейчас потихоньку их возобновляю. Вот слетал в Иркутскую область, пострадавшую от летнего паводка 2019 г. Несмотря на все сложности, работа там хорошо организована; всё, что обещали людям построить, строится. Это меня очень порадовало.

Марат Хуснуллин

Заместитель председателя правительства России
Родился в 1966 г. в Казани. Окончил Казанский государственный финансово-экономический институт
1987
председатель строительного кооператива «Темп» (Казань)
1997
гендиректор строительной торгово-промышленной фирмы «Ак барс»
1999
заместитель генерального директора ГУП «ПЭО «Татэнерго»
2001
министр строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства Татарстана
2010
назначен заместителем мэра Москвы Сергея Собянина
2020
с 21 января заместитель председателя правительства РФ
– Какие основные задачи стоят перед вами?

– Ключевая – достичь целевых показателей нацпроектов. Это невозможно без каждодневной упорной работы: нам нужно и улучшать качество и темпы строительных работ, и вести работу по изменению законодательных норм. Например, важная задача – цифровизация строительной отрасли, переход на BIM-технологии. Или, например, если взять проект «Безопасные и качественные автомобильные дороги», мы видим, что есть возможность выполнить пятилетку по нему за четыре года, но для этого нужна слаженная работа с регионами.

– Какие новые программы появились с тех пор, как вы стали вице-премьером?

– Я бы не сказал, что появились какие-то новые программы. Корректнее было бы говорить о том, что мы немного перестроили свою работу в связи с экономической ситуацией. Большое внимание сейчас уделяем разработке антикризисных мер, которые должны поддержать отрасль. Например, нацпроекту по комплексному плану модернизации и расширения магистральной инфраструктуры. Он призван развивать и расширять международные транзитные коридоры «Запад – Восток» и «Север – Юг», а также повысить уровень экономической связанности России за счет расширения и модернизации железнодорожной, авиационной, автодорожной, морской и речной инфраструктуры.

– Какова стоимость этой программы? И правда ли, что основная ее цель – развить плотную сеть автомобильных дорог от Москвы до Дальнего Востока?

– Порядка 7 трлн руб. Что касается дорожных работ в составе нацпроекта, то это в первую очередь строительство обходов крупных городов и путепроводов. Возведение первых позволит направить транзитный транспорт за пределы городской черты, улучшить экологическую обстановку в жилой зоне. Кроме того, такие проекты предполагают строительство площадок отдыха для водителей, пешеходных мостов для жителей близлежащих населенных пунктов. Ну и, конечно, сокращение времени в пути следования. Всего до конца 2024 г. Росавтодор построит 12 обходов крупных городов в Иркутской, Кемеровской, Волгоградской областях, Краснодарском и Красноярском крае, Чеченской республике и других регионах общей протяженностью порядка 400 км.

За что еще отвечает Марат Хуснуллин:

– социально-экономическое развитие регионов и межбюджетные отношения между регионами и федеральным центром. Для этого создана региональная правительственная комиссия, которая определяет, кому и какой объем дотаций выделить, у кого как собираются доходы, какие крупные проекты развиваются, и оценивает деятельность регионов;
– «Комплексный план модернизации инфраструктуры» (входят дороги, ж/д, строительство портов, морских портов, строительство водных путей);
– нацпроект «Безопасные и качественные автомобильные дороги»;
– жилищно-коммунальное хозяйство;
– федеральные проекты «Чистая вода» и «Оздоровление Волги», входящие в состав нацпроекта «Экология»;
– нацпроект «Жилье и комфортная городская среда»;
– ликвидация последствий паводка в Иркутской области.

– Порезали ли программы, за которые вы отвечаете?

– Каждый кризис начинается с того, что срезают капитальные вложения. Поэтому со всей бюджетной стройки сняли порядка 90 млрд руб. Это в основном объекты, строительство которых не начато. Мы их пока отложили, но в планах они есть. У меня сейчас задача не столько получить дополнительные деньги, сколько постараться сохранить запланированные объемы и минимизировать сокращения.

Самый большой объем строительства в стране – это жилье, в которое ежегодно инвестируется 5 трлн руб. Это дает для экономики самый большой мультипликативный эффект. При том что государство вкладывает туда минимальные деньги [по сравнению с частными инвестициями]. Инвестиционные программы энергоснабжающих госкомпаний составляют порядка 4 трлн руб. в год. Остальные бюджетные вложения в стройку – 2 трлн руб. Важно, чтобы все эти программы продолжали развиваться. Задача № 1 – минимизировать потери и постараться оставить в стройке 90–95% объектов. Еще задача – привлечь внебюджетные средства.

Сократить срок строительства

– Что уже сделано с того момента, как обновилось правительство?

– Самое главное, наверное, то, что в «Общенациональный план действий» мы включили порядка 200 мероприятий по ускорению и облегчению стройки. Если нам все одобрят в окончательном варианте, нужно будет внести 42 поправки в федеральные законы. Строительная отрасль, к сожалению, так долго подвергалась ограничениям, что по ряду проектов стало практически невозможно строить.

Мы добились, чтобы проектирование и строительство разыгрывать в одном конкурсе. На практике это дает серьезный результат – минимум шесть месяцев экономии по времени плюс повышение качества. До сих пор эти два процесса были разделены. И что получалось? Кто-то один непонятно с какой квалификацией проектирует, а другой – с такой же квалификацией – строит. В конечном итоге объект становится долгостроем.

Вообще, у меня ключевая задача – сократить все сроки инвестиционно-строительного цикла: от идеи до регистрации объекта не меньше чем на один год. С председателем правительства я это согласовал, президенту доложил. Мы разложили весь цикл на этапы: от идеи, проектирования, строительства и т. д., где что нужно изменить. Принцип – строить больше, быстрее и дешевле.

– Сколько сейчас занимает весь процесс реализации проекта?

– От идеи до сдачи в эксплуатацию – пять лет. Это гражданский объект среднего уровня. Сама стройка занимает примерно 2,5 года. А остальные 2,5 года – это проектные работы, процедуры по согласованию и т. д. На примере новой больницы, которую в рекордные сроки построили в новой Москве, можно говорить об эффективности снижения административных барьеров: после принятия решения о строительстве объект был готов уже через 34 дня.

Чем сейчас хороша ипотека

– Как стройка чувствует себя в кризис?

– Где-то кризис вообще не отразился, а где-то – незначительно. Москва и Подмосковье почти два месяца не работали, на них вынужденная пауза повлияла сильнее. Ведь на Московский регион приходится 25% всего жилищного строительства страны. Сейчас почти все стройки возобновились, причем многие застройщики форсируют стройки. Но ряд коммерческих застройщиков в регионах не возобновили работу, они боятся, что не будет платежеспособного спроса. Пока по году вижу падение объемов примерно на 10%. Пытаемся исправить эту темы за счет развития ипотеки.

– Оценивали эффект от снижения ипотеки до 6,5%?

– Решение президента об ипотеке в 6,5% стало ключевой антикризисной мерой, которая имеет мультипликативный эффект. Всего подано более 170 000 заявок, 40 000 выдано – банки не успевают все обрабатывать. За месяц в экономику люди принесли 100 млрд руб. Считаю, что это очень эффективная мера: в целом она даст приток в отрасль около 500 млрд руб. Люди понимают, что пока эта мера действует только до ноября, а считать все умеют: есть прямой смысл брать ипотеку. Тем более что у многих доходы сократились, а тут мы позволяем людям меньше платить по кредиту.

– А что после 1 ноября?

– Пока рано говорить об этом. Сначала нужно выбрать эти деньги. Надо понимать, что сейчас мы компенсируем ставку в 6 млрд руб. в год, а потом будем компенсировать еще 20 лет. Для бюджета это существенная нагрузка. Компенсируя эту ставку, мы решаем три серьезные задачи.

Первая задача – не допустить обманутых дольщиков. На сегодняшний день 43% квартир в многоквартирных домах уже продано. Чтобы достроить эти дома, нужно продать оставшуюся часть. То есть если не придут деньги, то могут появиться обманутые дольщики.

Вторая задача – не допустить волны банкротств. Если начнут валиться строительные и девелоперские компании, то пойдут банкротства и тех бизнесов, которые завязаны на стройку. В стройке колоссальный мультипликативный эффект: это металлурги, мебельщики, даже охранники. В одной Москве только охранников на стройках работает 22 000. Третья задача – сохранить налоги. Из 20 трлн руб. налогов стройки со смежными отраслями в 2019 г. принесли в бюджет 3,5 трлн руб. Если убрать нефтегазовый комплекс (на него приходится 40% налогов), наша доля составляет 25%. Поэтому строить в том числе жилье оказывается экономически эффективно.

– Какие еще меры поддержки предусмотрены?

– № 1 – ипотека. № 2 – компенсируем часть затрат по кредитной нагрузке для застройщиков. Докапитализация Фонда дольщиков на 30 млрд руб. позволит достроить около 1 млн кв. м жилья в этом и следующем году, т. е. еще порядка 10 000 дольщиков получат квартиры. А докапитализация банка Дом.РФ на 50 млрд руб. позволит выкупать квартиры в строящихся домах, т. е. опять же привести деньги в стройку, чтобы достроить это жилье. Автоматически продлили действие всей разрешительной документации на строительство. Среди мер также решение в течение полугода не банкротить застройщиков, у которых есть задержки по строительству. Наконец, президент принял решение выделить 12 млрд руб. для компенсации процентной ставки для тех застройщиков, которые сохраняли рабочие места в условиях кризиса. Все это поможет девелоперам справиться с кризисом.

– Не планируете строить что-то за счет государства? Например, на базе Дом.РФ?

– Пока нет на это средств. Хотя, например, в Москве 60% жилья строится за счет инвесторов, а 40% – за счет бюджетные ассигнований.

– В апреле Минстрой составил список системообразующих предприятий. На какую помощь со стороны государства они могут рассчитывать?

– Там целый комплекс мер: кредиты льготные, компенсация по ставкам. Каждая из компаний может претендовать на кредит по льготной ставке. Особо пострадавшим предприятиям предоставят дополнительную помощь: субсидии на возмещение затрат, отсрочку уплаты налогов и авансовых платежей по ним, а также госгарантии, необходимые для реструктуризации существующих или выдачи новых кредитов.

Обманутым дольщиками – особое внимание

– Что делается для решения проблемы обманутых дольщиков?

– Фонду дольщиков выделили 30 млрд руб. на достройку домов, я дольщиками занимаюсь лично каждый день. Я поставил задачу по возможности достраивать дома, а не просто деньги раздавать. Для этого перестраиваем работу фонда, пересматриваем регламенты. Например, сейчас от момента признания банкротом до передачи новому застройщику в лучшем случае проходит один год. Надо смотреть, как эти сроки сократить.

Всего в стране более 200 000 дольщиков и примерно 3100 проблемных домов, это свыше 1 млн кв. м. Чтобы управлять эти процессом, должна быть очень профессиональная организация системы. В этом году запустим полностью процессы достройки домов, и большое количество дольщиков в течение года получат свои квартиры. Я в этом уверен.

– Почему достраивать, а не компенсировать деньгами?

– Потому что раздаем по коммерческой цене, и непонятно, куда эти деньги уходят: купят они потом квартиру, не купят. Надо достраивать, и тогда люди получают квартиры, которые они хотели купить. Если дом невозможно будет достроить, конечно, будем выплачивать.

– Как идет достройка домов за Urban Group?

– За это отвечает Дом.РФ непосредственно. По ранее принятым решениям правительства РФ с помощью механизмов Фонда защиты прав дольщиков уже было введено в эксплуатацию 12 домов, а еще по двум домам принято решение о выплате компенсаций. В правах уже восстановлено более 6000 дольщиков. В течение двух лет с помощью механизмов Фонда защиты прав дольщиков будут восстановлены права всех дольщиков 65 домов компании-банкрота.

– Рассматриваете возможность поэтапного раскрытия счетов эскроу?

– Нет, не рассматриваем, потому что главный вопрос – гарантия, что дома будут достроены. Но, например, мы предложили поправку, что счета можно раскрыть с момента получения акта ввода (сейчас раскрываются после оформления первого права собственности). Это дает возможность получить доступ к деньгам на 3–6 месяцев раньше. Поэтому мы эту поправку тоже включили в набор антикризисных мер. При очень хорошем раскладе она будет принята в течение трех месяцев.

Более 200 000 дольщиков в России ожидают достройки примерно 3100 проблемных домов (более 1 млн кв. м) или компенсации за неполученное жилье /Максим Стулов / Ведомости

Как меняется контрактная система

– Много слышно про помощь застройщикам и мало про генподрядчиков, особенно инфраструктурных. Они ведь уже начали исчезать как класс. Какая помощь будет им?

– В список системообразующих предприятий вошло 11 подрядчиков с выручкой более 12 млрд руб. Предусмотрена компенсация процентных ставок по кредитам, есть льготы с отсрочкой налогов.

Ключевой вопрос, чтобы в стране появились крупные подрядчики, должна измениться система государственного заказа. Например, сейчас по 44-ФЗ подрядчик выбирается только исходя из того, какую цену он предложил. Ну не может ООО «Рога и копыта», не имеющее опыта, построить объект стоимостью 10–20 млрд руб. Но сегодня может любой заявиться на аукцион и участвовать в нем. Мы меняем контрактную систему, практически все поправки внесены, и в весеннюю сессию законопроект будет принят. Ключевой момент – будет не только аукцион, а конкурс. А на конкурсе заказчик может требовать у участника наличие квалификации, опыта построенных объектов. Я надеюсь, что в стране строек будет больше, а для этого нужны правила, которые позволили бы работать и крупным подрядчикам, и средним, и мелким.

– В проекте национального плана восстановления экономики Минстрой предлагал создать единого госзаказчика в сфере строительства транспортной и гражданской инфраструктуры. Зачем это нужно?

– Мы этим занимаемся и большую часть объектов будем передавать – Минстрой будет заказчиком. Мы это пока прорабатываем со всеми федеральными органами исполнительной власти. Могу сказать, что это не очень большой объем по деньгам. Так как мы много денег отдаем регионам, чтобы они сами строили. То есть самих по себе федеральных объектов не так много. Каждый год идет недоосвоение федеральных средств по капитальным вложениям, осваивается не более 80%. Есть системная проблема именно в управлении капитальными вложениями: это комплексная проблема, не проблема какого-то одного министерства.

Стройки стимулируют развитие экономики

– Какие инфраструктурные объекты могут быть отложены из-за кризиса?

– Напротив, мы работаем над тем, чтобы максимально сохранить объемы и ускорить процессы. Более того, дополнительно за счет бюджетных гарантий будем стараться строить больше дорог. Думаем, как сделать более гибкую систему финансирования: изучаем финансовые схемы и смотрим, как эти стройки максимально ускорить. Потому что строительство и дорожное строительство, в частности, может стимулировать восстановление экономики. Я принял решение лично возглавить набсовет компании «Автодор», которая отвечает за долгосрочные инфраструктурные проекты.

В качестве антикризисной меры также предложил ускорить реализацию программы «Безопасные и качественные автомобильные дороги» – пятилетку за четыре года. Речь о дорогах, которые строятся и ремонтируются в регионах. Сейчас особенно важно мобилизоваться и работать над реализацией всех существующих проектов и антикризисным планом. Тут двойной эффект: и население увидит результат, плюс выигрывает экономика. А отдельные мегапроекты буду курировать лично.

– Какие?

– ЦКАД, развитие железных дорог в Московском транспортном узле, буду ими заниматься в штабном режиме. И территориально это рядом, всегда можно доехать, посмотреть. Легкие уже привыкли строительной пылью дышать. (Смеется.) В еженедельном режиме занимаюсь проектом «Европа– Западный Китай». Проект вроде давно идет, а не было ни проектной документации, ни организационно-финансовой схемы. Считаю, что такой мегапроект – огромный плюс для страны.

На посту вице-мэра Москвы Марат Хуснуллин больше девяти лет контролировал крупнейшие столичные проекты. (На фото вверху – «Лужники» после реконструкции, которая началась в 2014 г. и завершилась к чемпионату мира по футболу 2018 г.)
А теперь принял решение «в штабном режиме» рассматривать проблемы ЦКАД (фото внизу) – для ускорения забуксовавшего строительства
/Максим Стулов / Ведомости
/Андрей Гордеев / Ведомости
– Почему проект ЦКАД буксует?

– Там есть свои сложности, и если не усилить работу, то некоторые участки и к 2021 г. не будут построены, поэтому принял решение работать в штабном режиме и рассматривать все проблемы объекта. Там есть объективные и субъективные причины. Сложный был вопрос пересечения дороги с сетями газопровода. Например, дороги строить начали, а с «Газпромом» эти вопросы не согласовали, в результате дорога кусками построена, а пересечь газопровод не может, и работы стоят. Я обратился к [главе «Газпрома»] Алексею Миллеру, сейчас мы ускоренно решаем проблему. Очень важный проект и для Москвы, и для области, и для федеральных трасс.

– На рынке строительных подрядчиков происходит реформа – ВЭБ создает «Нацпроектстрой». Поддерживаете ли вы как член набсовета покупку госбанком строителей дорог, мостов и железных дорог, объектов энергетики?

– Решение принималось не мною. Думаю, неплохо, если у нас будет подрядчик с долгосрочными финансовыми возможностями. Строительство концессионных и платных дорог – это перспективная тема. Без инвестиционных денег мы такое количество дорог не построим. Крупный подрядчик в партнерстве с банком могли бы быть лидером на рынке. Но в любом случае у нас конкурентные процедуры, кто бы с кем ни объединялся, должны доказать свою состоятельность на конкурсе.

– Сроки строительства БАМа и Транссиба постоянно срывались. В феврале для ускорения стройки был подготовлен перечень из 212 приоритетных участков. Удалось ли правительству утвердить этот план? Что намерены предпринять, чтобы ускорить стройку?

– План полностью утвердили, работаем. Экономика восточных регионов развивается стремительно: там угольные шахты, металлургия, нужно везти продукцию к портам, а пропускная способность железных дорог уже не справляется. Тоже в штабном режиме пытаемся раскрутить этот проект вместе с коллегами из РЖД и с регионами. Там больше, конечно, организационной работы – из-за того что много ведомственных интересов и много нестыковок, нужно собирать и увязывать. Это то, чем я всю жизнь занимался и умею делать.

– Расскажите о судьбе проекта ВСМ. Какой вариант – в Петербург или в Нижний Новгород – сейчас является приоритетным?

– Принято решение проектировать ВСМ Москва – Санкт-Петербург, потому что именно это направление дает наибольший пассажиропоток. Вопрос ведь в том, при каком пассажиропотоке проект быстрее окупится. Сейчас идет переформатирование плана. Но точно можно сказать, что частью ВСМ станет заход с Крюкова в Москву – это МЦД-3. МЦД-3 уже строится, дальше идет определение трассировки, также обсуждается вопрос захода в Санкт-Петербург. Со стороны Москвы идет проектирование и строительство, со стороны Санкт-Петербурга прорабатывается трассировка и рассчитывается стоимость этих работ.

– Вы заявляли, что трасса Москва – Казань может быть полностью построена на четыре года раньше срока. Какой из вариантов строительства проекта в итоге выбран?

– Мои слова немного не так поняли. Нормативный срок строительства такого проекта – восемь лет. Я считаю, что при решении всех организационных и юридических вопросов можно построить за четыре года. Если мы окончательную управленческую структуру соберем, будем стремиться построить к 2024 г.

– Планируется ли выделение федеральных денег – капитальных грантов – на строительство моста через Лену и моста в Калининграде?

– Проект считается, стоимость очень большая. Вопрос, какой объем будет бюджетных и какой внебюджетных средств. Чисто за бюджет мы эти объекты не сможем осилить.

– А есть интересанты со стороны инвесторов?

– Сейчас банки начали с интересом смотреть на инфраструктурные проекты. В стране дорог строить нужно больше, а денег на это не хватает.

Мы сейчас как раз собираем внебюджетные проекты, которые можно реализовать с помощью банковского финансирования. Хотелок у всех много, бюджет ограниченный. Поэтому я предлагаю все хотелки считать. Смотреть, где и у кого какая окупаемость, и уже из этого принимать решения.

Выход из кризиса

– Как кризис сказался на регионах – на деловой активности, инвестициях, доходах населения? Можете ли дать срез по наиболее и наименее пострадавшим регионам?

– В разных регионах по-разному, очень много факторов. Но оценивать пока сложно, по последствиям в экономике будет понятно только в конце года. Нужно ведь понимать, что кроме коронавируса было падение цен на нефть, по нефтяным регионам это ударило значительнее, чем пандемия.

– Как губернаторов оценивают по борьбе с распространением коронавирусной инфекции? Будут ли в итоге кадровые решения в отношении губернаторов?

– Оценка губернаторов – это не функция правительства.

– Как работает программа кураторства 10 регионов?

– Еще в 2019 г. определено 10 регионов, отстающих по социально-экономическим показателям. Это республики Алтай, Карелия, Тува, Чувашская республика, Псковская, Курганская области, Адыгея, Марий Эл, Калмыкия и Алтайский край. Для каждого региона назначен куратор из правительства, который занимался разработкой программы для создания условий опережающего роста в регионах. Программы рассчитаны до 2024 г., а средства включены в нацпроекты по развитию инфраструктуры, образования, здравоохранения. Общий круг задач один: строительство жилья, развитие экономики, создание рабочих мест и решение социальных проблем. У нас будут постоянный мониторинг реализации программ и совместная работа с регионами. Они получат по 5 млрд руб. каждый. Это первый транш, если работа будет эффективной, правительство готово выделить дополнительные средства.

– В каких регионах ожидается наиболее тяжелая экономическая ситуация? Какая помощь может им оказываться?

– Сегодня сложно прогнозировать, какие регионы пострадают от текущих экономических реалий больше или меньше, потому что мы только начали работу по выходу из кризиса. Мы принимаем множество мер, которые направлены на поддержку экономики, в частности строительной отрасли. Пока мы проработали меры поддержки, которые включены в нацплан поддержки экономики, мы видим, что эти шаги могут дать толчок экономике, в том числе и региональной.

– Вы курируете развитие Крыма. Что там делается?

– Крым будет развиваться, у меня нет в этом сомнений. В целом мы делаем большой упор на сферы жилищного и дорожного строительства. Только крупных объектов порядка 220, утвердили программу, сроки. Вообще, губернаторам я сказал о необходимости проработать вопрос ускоренной реализации проектов, которые запланированы в следующие годы. В этом случае можно будет рассмотреть вопрос сдвижки средств 2021–2022 гг. «влево», поскольку сейчас сложно говорить о выделении дополнительных средств на проекты, но при этом можно ускорить темпы работ и реализовать больше проектов в этом году.