Дмитрий Кириллов: «Вода – стихия, которая иногда проверяет нас на прочность»

Наводнения и засухи становятся все более частыми последствиями изменения климата. Что нужно делать, чтобы в таких условиях сохранять водность Волги и Дона, почему уровень Каспийского моря продолжает падать, и как сокращать водопотребление без ущерба для экономики, рассказал руководитель Федерального агентства водных ресурсов (Росводресурсы) Дмитрий Кириллов.

«У нас нет иллюзий – климат меняется»

– Паводковый сезон подтвердил то, о чем мы говорим постоянно: вода – это не только ресурс, но и стихия, которая иногда проверяет нас на прочность. Ливневые дожди в южных регионах показали, что даже при современном уровне прогнозирования не всегда можно предотвратить последствия. При этом мы видим, что люди активно включаются в помощь пострадавшим – и это важная часть общей системы реагирования. Но это не отменяет системной работы, которую надо вести для обеспечения безопасного технического состояния гидросооружений и планирования застройки, чтобы мы могли безопасно проходить паводки. 

– Раньше мы могли более или менее прогнозировать, что ждать от каждого сезона. Сегодня погодные аномалии стали нормой: рекордные засухи сменяются внезапными наводнениями, а аномально теплые зимы оставляют регионы без снега – и весеннее половодье оказывается в разы слабее обычного.

В своей работе мы все чаще сталкиваемся с тем, что прежние нормы больше не работают. Под «нормами» я имею в виду и климатические показатели, такие как средние температуры, количество осадков, снегозапасов (общее количество воды в твердом и жидком виде, содержащееся в снежном покрове. – «Ведомости. Устойчивое развитие»), так и гидрологические расчеты, которые на них основаны: объем стока, уровень воды в половодье, сроки ледостава. То, что еще в 1990-е и даже в 2000-е гг. считалось редким исключением – например, маловодье в бассейне Волги или резкое падение уровня Каспийского моря – сегодня становится устойчивой тенденцией.

Особенно отчетливо это видно в трансграничных бассейнах рек – там Россия тесно сотрудничает с Казахстаном и Китаем. У нас действуют оперативные рабочие группы, которые в режиме реального времени обмениваются данными об уровне воды, снегозапасах и паводковой обстановке. Благодаря этой работе в 2026 г. удалось своевременно отреагировать на угрозу подтопления в приграничных районах: заранее организованные попуски (сброс воды из водохранилищ в период паводков. – «Ведомости. Устойчивое развитие») и четкое взаимодействие помогли избежать масштабных чрезвычайных ситуаций.

У нас нет иллюзий – климат меняется, и он не вернется к «старым нормам». Мы выбираем науку, прогнозирование, международное сотрудничество и водную дипломатию.

– Одна из самых сложных проблем в охране водных ресурсов – диффузное загрязнение. В отличие от сбросов с заводов или очистных сооружений, оно не имеет одной точки источника: загрязняющие вещества смываются с полей, городских улиц, животноводческих ферм – дождями и талыми водами.

Справиться с этим можно только комплексно. Недостаточно строить очистные сооружения – нужно менять подходы к землепользованию и ведению хозяйства. В России эта работа уже началась в рамках нацпроекта «Экологическое благополучие», но предстоит еще многое сделать: точнее определить источники загрязнения, внедрить современные системы мониторинга, усилить законодательное регулирование. И, самое главное, донести до каждого, кто работает на земле, простую мысль: его действия напрямую влияют на главный ресурс мира.

«Прогноз по уровню Каспия остается тревожным»

– Проблема обмеления Каспия затрагивает все прикаспийские государства. Это не местная экологическая проблема, а общий вызов для пяти стран, чьи экономики, экосистемы и население напрямую зависят от состояния моря. За последние 20 лет уровень Каспия снизился на 3 м, а в 2025 г. достиг абсолютного минимума за всю историю наблюдений – ниже −29 м по Балтийской системе высот (система, за нулевую отметку в которой принят средний многолетний уровень Балтийского моря в Кронштадте. – «Ведомости. Устойчивое развитие»).

Прежде всего, на водный баланс Каспия напрямую влияет глобальное изменение климата.  Повышение температуры усиливает испарение с поверхности моря, а в бассейне Волги и других рек приводит к сокращению осадков. Это, в свою очередь, уменьшает речной сток. Кроме того, масштабно и многогранно антропогенное воздействие. Не только Волга регулируется плотинами и водохранилищами, но и все остальные крупные притоки Каспия – от Терека и Урала до Куры и Сефидруда – активно используются для орошения, промышленности и водоснабжения. Многие из этих рек, особенно в засушливых регионах, теперь не доходят до моря.

В бассейне Каспия около 130 рек, и если ранее их общий вклад был существенным, то сегодня большинство из них практически не влияют на водный баланс моря. Достоверных данных о текущем стоке этих рек нет – есть лишь теоретические оценки. Это осложняет расчеты и делает управление водными ресурсами региона крайне сложным.

Вопрос о том, как разделить влияние климата и деятельности человека на обмеление Каспия, – сложный. Пока точного ответа нет, но у ученых есть оценки. Считается, что на климатический фактор – испарение и сокращение осадков – приходится около 60–70% снижения уровня, а на антропогенное регулирование стока – оставшиеся 30–40%.

Но независимо от этих оценок ясно одно: обмеление Каспия уже стало реальностью, и его причины носят комплексный характер – глобальное потепление, интенсивное водопользование и отсутствие согласованных действий между странами. Решение возможно только через международное сотрудничество: совместный мониторинг, обмен данными, согласование режимов водопользования. Необходим аналог программ по спасению Аральского моря или Балтийского соглашения по охране моря.

– Он остается тревожным: согласно оценкам Росгидромета, падение уровня воды будет продолжаться. Точных сроков возможного его подъема, как это происходило в прошлом, пока дать нельзя – природные циклы, которые ранее компенсировали обмеление, в нынешних условиях глобального потепления могут не сработать.

При этом Россия играет ведущую роль в международных исследованиях Каспия. В отличие от ряда других прикаспийских государств, где мониторинг водных ресурсов либо ослаблен, либо не носит системного характера, у нас действует единая и хорошо отлаженная система наблюдений – от верховьев Волги до ее дельты и побережья моря.

Так, прикаспийские регионы России уже реализуют второй этап планов по адаптации к климатическим изменениям. И хотя мы пока не можем точно сказать, когда начнется подъем уровня моря, страна уже готовится к самым сложным сценариям – от адаптации портовой инфраструктуры до экологического восстановления дельты Волги.

– На практике цена такого вмешательства была бы колоссальной, а последствия – непредсказуемыми и, скорее всего, катастрофическими. Каспийское море – это замкнутый водоем с уникальным, хрупким экологическим балансом. Оно не имеет естественного стока в океан, его уровень определяется тонким равновесием между притоком рек и интенсивным испарением. Резкое увеличение пресного стока могло бы нарушить циркуляцию вод, уничтожить привычные биоценозы (исторически сложившаяся совокупность популяций разных видов. – «Ведомости. Устойчивое развитие») и, например, сделать невозможным существование каспийской сельди, кильки и других промысловых видов рыб, адаптированных к конкретному солевому режиму. Это все равно что влить в аквариум с морскими рыбами ведро пресной воды – эффект будет мгновенным и смертельным.

Правильнее выбирать путь умного управления, а не масштабного вмешательства. Мы активно работаем над снижением водопотерь в коммунальном и сельскохозяйственном секторах, модернизируем оросительные системы, восстанавливаем пойменные экосистемы Волги, которые сами по себе способны аккумулировать и очищать воду. В рамках нацпроекта «Экологическое благополучие» реализуются проекты по оздоровлению дельты Волги, строительству новых очистных, внедрению водосберегающих технологий.

«Вопрос сохранения Дона – один из ключевых»

– Вопрос сохранения Дона – один из ключевых. Все отчетливее видно, как изменение климата накладывается на естественные циклы маловодья, усиливая нагрузку на экосистему. За последние годы приток воды в реки бассейна Дона снизился до 60–65% от нормы, то есть средней величины, рассчитанной за весь период наблюдений. Однако в 2026 г. за счет обильных осадков приток в Цимлянское водохранилище вырос, мы накопили на 3 куб. км воды больше, чем в прошлом году, и с уверенностью можем сказать: этого запаса хватит до весны следующего года.

– Несмотря на климатические вызовы, Росводресурсы удерживали водохозяйственный комплекс бассейна Дона в устойчивом состоянии, работы по оздоровлению реки продолжаются. До 2030 г. реализуется дорожная карта, включающая модернизацию очистных сооружений, ремонт систем жилищно-коммунального хозяйства и магистральных сетей, восстановление водных объектов бассейна Дона, а также строительство Багаевского гидроузла – ключевого проекта, который позволит сохранить для комплексного использования всех отраслей экономики от трех до 5 куб. км воды за навигацию.

«Водопотребление в России сократилось более чем вдвое»

– Прежде всего, хочу напомнить, что по сравнению с советским периодом водопотребление в России сократилось более чем вдвое – со 124 куб. м до менее 60 куб. км в год. И это несмотря на развитие орошаемого земледелия и промышленности. Такой результат стал возможен благодаря прогрессу в строительстве каналов и других водохозяйственных систем.

В целом на снижение водопотребления влияет комплекс факторов. Поэтому нужна системная работа: модернизация сетей и гидросооружений, замена оборудования с высоким уровнем износа, в том числе трубопроводного. Важно учитывать и климат: с ростом среднегодовой температуры растет и потребность в воде.

Не менее важен и социально-экономический аспект. Чтобы снизить потребление, нужно формировать у людей экономную модель поведения – через общественное сознание, через понимание ценности воды.

Нужно заниматься сокращением водопотребления, но не ставить это как самоцель для всей России, второй водной страны в мире. У нас должна быть точечная работа там, где хотим сохранить наши водные объекты, и где они испытывают большую нагрузку от хозяйственной деятельности.

– Приоритетов, на самом деле, несколько. Это и гарантированное водоснабжение населения и экономики, и восстановление и охрана водных объектов, и развитие научно-технологической базы, и повышение устойчивости к паводкам. Проект стратегии, на мой взгляд, в целом формирует системный подход к управлению водными ресурсами. Но документ еще дорабатывается и согласовывается.