Сергей Чобан: «Архитектор должен чувствовать ритм города»
Сооснователь бюро СПИЧ – о сохранении исторического наследия в современном мегаполисеВ Москве продолжается тренд на редевелопмент зданий, когда в окружении исторической архитектуры возводятся новые жилые кварталы, арт-пространства или бизнес-центры. По словам мэра Москвы Сергея Собянина, благодаря такому подходу создается новый городской ландшафт с комфортной средой для жизни и хорошей транспортной доступностью. Сооснователь бюро СПИЧ, известный архитектор Сергей Чобан, автор Центра «Зотов» и фасадов нового здания Третьяковской галереи на Кадашевской набережной, здания Мосгордумы и павильона России на всемирной EXPO-2020 в Дубае рассказал о специфике столичной застройки, последних тенденциях в области сохранения исторического наследия и трансформации миссии архитектора в современных градостроительных проектах.
– Москва, с одной стороны, обладает архитектурно-градостроительной традицией. Не будет преувеличением назвать ее музеем архитектуры разных эпох, в том числе XX и XXI веков. С другой стороны, именно в Москве мы видим очень активное формирование новых трендов развития мегаполиса, в том числе архитектурных. И в этом смысле Москва дает, конечно, очень много возможностей для экспериментов с формообразованием, с текстурами фасадов, высотностью зданий. В том же Санкт-Петербурге, например, это пространство для экспериментов гораздо меньше.
Но и для Москвы чрезвычайно актуален вопрос: как создать новую застройку, которая задумывается в исторически сложившемся районе, и при этом не нарушить характер последнего? Как логически продолжить ту ткань города, улиц, которая сложилась, например, в середине XIX в.? Это ключевая задача для любого архитектора.
– Во-первых, на возведение каждого здания была затрачена определенная энергия, и уничтожать ее неправильно хотя бы с точки зрения заботы об окружающей среде и экологическом балансе.
Во-вторых, историческим наследием ведь являются не только конкретные здания, но и тот градостроительный ритм, который они формируют вместе с более ранними и более поздними постройками. Любая улица, любой район – это сумма домов разных эпох. И сочетание построек разного времени формирует тот неповторимый облик, который присущ именно этому городу. В Москве смена архитектурных эпох всегда очень хорошо видна, и характер этой смены, ее ритм – это тоже бесcпорное наследие, требующее уважительного отношения. Скажем, если пять домов, формирующих фасад одной улицы, имеют ширину 20–30 м, то не стоит делать рядом с ними новый дом длиной в 100 м. Куда правильнее продумать три дома по 30 м. каждый: тогда изначальный ритм застройки сохранится.
– Безусловно. С начала XX в. язык архитектуры кардинально меняется, и сегодня профессионалы уже при всем желании не создадут объекты, похожие на те, которые возводились до десятых годов прошлого столетия. Но не менее важно с таким же уважением относиться и к более поздним периодам. Стиль прошлого не повторить. Нельзя уничтожить здание какого-то одного периода и заместить его похожими. Это неверный путь, поскольку оригинальность стиля конкретной эпохи не воспроизводима, она исчезает. Именно поэтому сохранение исторического наследия – это тренд, который существует во всем мире.
— Каждый район Москвы по-своему очень интересен, поскольку обладает собственным характером и ритмом застройки. Но, пожалуй, одним из самых самобытных я бы назвал район Пресни, поскольку здесь дореволюционная жилая и промышленная застройка органично сплетена с произведениями архитекторов 1930-х гг. Многие из этих объектов сегодня получают интересную вторую жизнь (как, например, бывший хлебозавод №5, ставший при нашем активном участии Центром изучения конструктивизма «Зотов») и дополняются произведениями современной, в том числе высотной, архитектуры.
– В этом проекте как раз структура и масштаб уличных пространств, ритм смены фасадных плоскостей во многом подсказали нам пропорции и планировку нового квартала. Бюро СПИЧ спроектировало довольно крупный фрагмент городского ландшафта с разновысотными домами. За счет небольших габаритов фасадного фронта каждого из них создается ощущение города, продолжающего расти и развиваться по давно сложившимся в этом районе градостроительным законам.
Тишинка – район, богатый своим прошлым. Его история уходит еще в средние века, но если говорить о застройке, то в основном здесь здесь преобладает ткань XIX в., в которую в XX столетии постепенно вплетались все новые здания. Проектируя «Тишинский бульвар», мы стремились продолжить этот ритм, сохранив и развив масштаб и характер сложившейся архитектуры.
– Конечно, вся необходимая инфраструктура здесь предусмотрена. Ведь комфортные условия проживания в современном городе – это светящиеся окна магазинов, кафе на первых этажах, расположенные в шаговой доступности сервисы и многообразие сценариев времяпрепровождения в пределах одного квартала. Так, приватный двор-парк пересекает прогулочный бульвар длиной 300 м. Вдоль маршрута расположены водоемы, спортивные и детские площадки.
— Я бы назвал Потсдамскую площадь в Берлине. Ее восточную часть фланкируют три высотных здания, разные по архитектурному замыслу. Вместе они тем не менее работают как единый градостроительный ансамбль своего времени. Он обрамляет важное городское пространство и открывает вид на расположенную напротив Лейпцигскую площадь. Два высоких дома «Тишинского бульвара», которые стоят лицом к Пресненскому валу, тоже как бы открывают район на север и на северо-запад.
— В основе проекта был многоступенчатый конкурс, который проводился в 2020 г., и в процессе концепция не раз дорабатывалась. И Sminex действительно очень требовательный во всех отношениях заказчик. Но они приняли нашу изначальную идею, поэтому у нас были дискуссии о деталях, но не было споров по поводу ключевых вопросов, например, делать ли на этом месте один фасад или несколько. Сразу было понятно, что наша философия – это отдельные фасады, отдельные дома, каждый со своим характером. Плюс мы в таком случае не делаем чисто стеклянные объемы, а проектируем здания с окнами и массивными элементами, используем керамику и камень. И в этом отношении с заказчиком у нас было полное взаимопонимание.
— Я как и прежде считаю, что европейский город – это город улиц, площадей, отдельных зданий и многоликих, интересных в деталях фасадов. «Тишинский бульвар» задуман именно с таким посылом. И идея создания подобного сомасштабного человеку и органично продолжающего историческую среду квартала находит много последователей.
— Действительно, раньше гражданские инженеры отвечали за реализуемость проекта, архитекторы-художники – за красивое «платье», то есть фасад. Так формировался облик рядовых зданий города. А для знаковых строений, например, для крупных соборов, ратуш, зданий администрации приглашались самые выдающиеся мастера. Понятно, что сегодня диапазон профессии архитектора заметно расширился. Он решает огромное количество задач, в том числе и менеджерских: управление структурой проекта и превращение его в нечто, что еще и нравится людям, то есть хорошо продается, поэтому выгодно девелоперу.
Несмотря на то что сегодня архитектор меньше делает руками, он в то же время гораздо больше вовлечен в сам процесс создания здания и его популяризации, объясняя общественности, властям, заказчикам, будущим жителям, почему это здание для них – лучший выбор. То есть профессия стала более публичной и многообразной.
– Да, и он должен владеть багажом широких знаний. Учитывать многие аспекты общественной жизни в своей работе: науку, современную технику, экологию и статус общественной дискуссии.