Михаил Родин: «Мне всегда хотелось сделать что-то значимое»

С озданная Михаилом группа i3D постепенно прошла путь от дистрибуции и внедрения зарубежных технологий до собственного инжиниринга и промышленного производства.Одним из ее направлений стали аддитивные технологии – промышленная 3D-печать, 3D-сканирование и реверс-инжиниринг. В 2016 году было создано НПО «3Д-Интеграция», позднее появился собственный производственный центр СПИН, а следующим шагом стал проект AM.TECH – разработчик и производитель промышленных 3D-принтеров, которые печатают металлические детали для машиностроителей, авиационной и космической отраслей. В рамках проекта «Новые лица московской промышленности» Родин рассказал «Ведомости. Как потратить», почему решил отойти от роли классического интегратора и создать свое предприятие.

Вы больше 30 лет занимаетесь бизнесом и довольно долго работали в понятной модели интегратора: находили хорошие технологии, привозили их клиентам, внедряли. В какой момент вам стало этого мало и вы решили: хватит продавать то, что придумали другие, пора производить свое? И что в этом решении было сильнее – предпринимательский расчет или личная амбиция?

Скорее предпринимательский расчет, чем чистая амбиция. Мы видели: стране нужны свои технологии, а доступ к чужим в любой момент может закрыться. Это понимали и мы, и наши клиенты. И государство начало всерьез поддерживать тех, кто идет в собственные разработки и производство. Вот этот спрос вместе с поддержкой и стали для нас главным стимулом. С одной стороны, все выглядело как естественное развитие событий. С другой – был вполне конкретный момент: мы увидели шанс побороться за субсидию на разработку линейки принтеров и выиграли этот конкурс. С этого решения и начался наш путь от продавца чужих технологий к разработчику собственных.

Помните момент, когда впервые посчитали, сколько будет стоить превращение идеи AM.TECH в реальный завод? Цифра вас тогда не испугала? Есть ли вообще у промышленника момент, когда он понимает: назад дороги нет, слишком много денег и сил уже вложено? И на чем вы точно не готовы экономить, когда строите собственное производство?

Стоимость такой трансформации – сначала в разработчика, потом в производителя – действительно очень серьезная. Помимо денег от государства, мы вложили собственные 140 млн рублей, а для небольшой компании это огромная сумма. Когда переходили уже от разработчика к производителю, привлекли еще 250 млн от фондов. Когда решение принято, все силы уходят на то, чтобы его выполнить, а не на сомнения. Именно так и находятся нужные ресурсы. Если постоянно бояться и сомневаться, большое дело просто не сделаешь. А про то, что дороги назад нет, я никогда особо не думал – стараюсь жить в настоящем и решать задачи одну за другой. Единственное, на чем мы точно не экономим, – это качество наших принтеров.

На Михаиле Родине: кардиган, рубашка, галстук и брюки, все Henderson; дерби Doucal’sФотограф: Алексей Колпаков. Арт-директор: Мариана Модырка. Стилисты: Алексей Бородачев-Архипов, Татьяна Лисовская. Визажист: Тима Лео. Прически: Катарина Кочик. Сет-дизайнер: Ольга Шуняева. Ассистенты сет-дизайнера: Михаил Беспрозванных, Сергей Гапотченко. Гафер: Александр Филимонов-Волков. Продюсер: Оксана Радуга

Человек, который никогда не бывал на современном цифровом производстве, обычно представляет завод довольно традиционно: огромный цех, шум, рабочие у станков. А что видит человек, впервые попавший на ваше предприятие? Есть ли в современном производстве своя эстетика?

Мне действительно нравится то, что мы делаем: и как выглядят, и как работают, и что печатают наши принтеры. Наше производство довольно технологичное: лазеры, лаборатория с микроскопами, платы управления. Мы скорее похожи на завод микроэлектроники, чем на классических станкостроителей. А эстетика у нас – в порядке и организации процессов и в настрое людей, которые здесь работают.

Вы производите машины, которые печатают металлические детали практически любой формы. Что из сделанного на ваших установках до сих пор способно удивить лично вас? И появляется ли после многих лет работы профессиональная деформация – начинаете смотреть на окружающие предметы и думать, что и это мы могли бы напечатать?

Меня до сих пор удивляет каждая сложная деталь, разработанная и напечатанная нами, – для меня это каждый раз маленькое чудо. Мы часто делаем то, что традиционными методами вообще нельзя изготовить или можно только очень дорого и сложно. Именно отсюда и берется основное вдохновение: для нас это результат большой работы – изделие, которое востребовано, оценено и готово идти в серию. А профессиональной деформации у меня, пожалуй, нет. Мы работаем с узкими прикладными задачами, полными своих ограничений, – представлять, как бы мы напечатали из металла ложку или вилку, просто не приходит в голову. К нам обращаются компании со своими проблемами, и мы вместе с ними находим решение и получаем изделие, которое они потом у себя применяют. Мы скорее фокусируемся на конкретных задачах, чем пытаемся сделать аддитивным весь мир.

Где вы видите основной потенциал роста аддитивных технологий в России?

Потенциал я вижу на пересечении трех направлений. Первое – перевод в серию уже отработанных и квалифицированных изделий: во многих отраслях НИОКР давно проведены и результаты хорошие, но их еще предстоит превратить в регулярные производственные программы. Второе – крупногабаритные изделия и новые классы оборудования, включая установки с большой камерой построения. Отдельно я бы выделил тренд, который формируется прямо сейчас, – создание крупных автоматизированных и роботизированных производств для серийных деталей малогабаритных газотурбинных двигателей. Третье – контрактное производство: наш центр аддитивных технологий СПИН переезжает на собственную площадку в особую экономическую зону «Технополис Москва» и будет закрывать полный маршрут – от 3D-сканирования и цифровой модели до печати, постобработки и контроля. Это даст предприятиям возможность попробовать технологию, не создавая сразу собственный участок.

Почему вам важно было создать производство в Москве? Чем привлекает московская промышленность?

Я всю свою предпринимательскую деятельность веду в Москве – мы ее не выбирали специально, мы в ней живем и работаем с самого начала. При этом действительно считаю, что для промышленников это одно из лучших мест: чувствуем поддержку и в конкретных мерах, и в инфраструктуре, которая создается для производителей. И самое главное: Москва – это центр принятия решений и деловой хаб. Сюда в итоге приезжает большинство наших партнеров, и здесь просто легче вести дела.

Михаил Родин в эксклюзивной съемке для проекта «Ведомости. Как потратить»Алексей Колпаков

Предприниматели часто говорят о свободе как об одной из главных причин заниматься бизнесом. Производство, наоборот, довольно сильно привязывает человека к себе: сотрудники, оборудование, заказы, инвестиции. Насколько AM.TECH изменил вашу жизнь?

На бизнес уходит действительно много сил – приходится одновременно решать кучу сложных задач. Но мне всегда везло на хороших людей: у нас отличная команда, и без нее не было бы ни успеха, ни самой компании. А мое личное – это йога и семья. Еще стараюсь пару раз в год путешествовать.

Вы много лет могли оставаться интегратором и продавать технологии, созданные другими. Почему в итоге вам оказалось важнее вложить деньги, время и репутацию в собственный завод и собственные машины? И каким должен быть AM.TECH через 10 лет, чтобы вы сказали: риск стоил того?

Мне всегда хотелось сделать что-то значимое, я чувствовал в себе для этого потенциал. А 20 лет практики йоги научили меня не плыть против течения, а по максимуму использовать «ландшафт местности» – возможно, именно это и позволило компании так быстро развиться и стать одним из лидеров отрасли. Через 10 лет я хочу, чтобы AM.TECH был стандартом самого высокого качества в 3D-печати металлом. Было бы здорово построить несколько крупных центров аддитивного и цифрового серийного производства вместе с ведущими корпорациями и концернами России. И мы точно видим большой потенциал в работе на международном рынке.