Стиль жизни
Бесплатный
Алексей Мокроусов
Статья опубликована в № 2516 от 28.12.2009 под заголовком: Только светоносные точки, никаких мазков

Максимально полная выставка пуантилиста Жоржа Сёра в Цюрихе

На выставке в Цюрихе можно увидеть 70 полотен Сёра – почти все самое значительное, что было создано изобретателем точечной живописи

Сёра впечатляет и сегодня, в эпоху компьютерного иллюзионизма, – идет ли речь о рисунках, выполненных особо мягким карандашом конте, многочисленных набросках к двум главным шедеврам художника – «Воскресному полдню на острове Гранд-Жатте» и «Купанию в Аньере» – или полноценных полотнах, таких как морские пейзажи и завершающий выставку «Цирк» из музея Орсе.

В Цюрихе не пожалели места на развеску картин, помещая порой на огромном панно лишь одну работу. В итоге дизайн экспозиции часто кажется небесспорным, но всегда – запоминающимся.

Большинство картин показаны в оригинальных рамах конца XIX в., тяжелых, помпезных, по площади едва ли не сопоставимых с размером самого холста. И лишь одна представлена в обрамлении четырех белых полос. Именно такое обрамление отвечало изначальной идее импрессионистов и их последователей, позволяло передавать силу цвета (об этом подробно рассказывает проходящая сейчас в венской Альбертине выставка, посвященная свету у импрессионистов).

На восьмой выставке импрессионистов в 1886 г. Сёра показал две свои картины. Так началась эпоха пуантилизма, метода, изобретенного художником. Сам он, впрочем, старательно избегал этого слова, предпочитая говорить о дивизионизме как стиле и понимая пуантилизм лишь как технику письма. Мало кто из современников оценил это заявленное предпочтение точки мазку. Среди критиков оказались и импрессионисты. Ренуар, например, пренебрежительно отозвался о картинах как о «мелкоточечной живописи» и отказался выставляться с Сёра.

К счастью, были и поклонники – от критика Феликса Фененона до Камиля Писарро, ставшего на какое-то время адептом нового течения, построенного на тщательном изучении оптических законов, вере в способность глаза самостоятельно синтезировать находящиеся рядом цвета и серьезной научной работе.

Сёра много общался с физиками и химиками, а собственный манифест написал так теоретично и сухо, что впору было думать о нехудожественной природе его таланта. Но всякий на выставке в Цюрихе понимает, что это не так.

Сёра умер в 31 год от скоротечной дистрофийной ангины. Что-то заставляет подозревать, что, проживи он дольше, как и всякий изобретатель нового в искусстве, он был бы до конца дней таким же фанатичным защитником своей доктрины, как Малевич и Филонов. Некрологов на смерть Сёра почти не было. С его значением для истории искусства примирились лишь многие годы спустя.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать