Статья опубликована в № 2622 от 09.06.2010 под заголовком: Пение в прозе

Советская опера по роману Булгакова дождалась премьеры

Странное и любопытное произведение увидело свет в Камерном музыкальном театре имени Бориса Покровского – опера «Бег» композитора Николая Сидельникова
Театр Покровского

Многочисленные ученики при жизни почитали Николая Сидельникова (1930–1992) как «гуру» (выражение Владимира Мартынова), но его композиторская слава, несмотря на громкий успех отдельных опусов, осталась в тени педагогической.

Опера «Бег» по Булгакову – произведение идеалиста, написанное в эпоху, когда театры перестали ставить современные оперы, особенно такие, которые длятся по пять часов. Жизнеспособную редакцию для Камерного театра имени Бориса Покровского сделал ученик Сидельникова Кирилл Уманский – опытный композитор и аранжировщик. Опера сохранила структуру и драматургию (булгаковские «восемь снов»), но идет теперь вменяемые три часа, а за партитуру отвечает небольшой оркестр под управлением дирижера Владимира Агронского, в котором есть ударная установка.

Сидельников, чья молодость пришлась на годы оттепели, видимо, на всю жизнь был очарован джазом и эстрадой. Судьба, однако, уготовила ему участь автора опер и симфоний. Но сколь бы серьезные жанры и сюжеты ни выбирал композитор, через них всегда проступали изысканно терпкие джазовые созвучия, в которых чувствовался заграничный шик. Таков и «Бег» – творение консерваторского профессора с душою стиляги.

Большую часть оперы оркестр играет аккомпанемент к неким ненаписанным номерам в жанре мюзикла. И с этим аккомпанементом отчаянно воюет прозаический текст булгаковской пьесы. Писать оперы на стихотворное либретто в ХХ веке стало немодно. Берг, Шостакович, Прокофьев – все писали оперы на прозу, и Сидельников пошел по их пути. И вот, вместо того чтобы написать персонажам песни, он стал приспосабливать прозаическую речь под песенную структуру. Первая фраза эпизода обычно звучит отлично, потому что композитор слышит ее как начало стихотворения. Все последующие фразы – или кое-как, или коряво до неудобства. Положение выправляется там, где Сидельников пересаживается с джазового конька на «прокофьевские» ритмофактурные колеса.

Удивительно, насколько твердо и качественно смогли выучить это далекое от органики сочинение солисты Камерного театра – с интонацией и дикцией у них полный порядок. Режиссер Ольга Иванова, которую сам Сидельников прочил в постановщики при жизни, сделала выразительный спектакль, наполненный драматичной игрой и емкими метафорами. Важно только знать, что начинается он в шесть часов! Не берите пример с автора сих строк, явившегося к середине третьего сна.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать