Статья опубликована в № 2885 от 01.07.2011 под заголовком: Товарищ сердце

Главной интригой ММКФ стал поединок двух российских режиссеров

Премьера фильма «Сердца бумеранг» сделало главной интригой конкурса Московского кинофестиваля поединок двух российских авторов – Николая Хомерики и Сергея Лобана
ММКФ

Оба режиссера – из поколения 30–40-летних, тех, кто делает наше новое авторское кино. Хомерики – двукратный участник каннской программы «Особый взгляд». Лобан – автор микробюджетного синефильского хита «Пыль». И хотя новый фильм Лобана, «Шапито-шоу», пока явный лидер зрительских симпатий на ММКФ, у него, кажется, появился достойный конкурент.

«Сердца бумеранг», целиком снятый в ч/б, начинается с показа монохромного монитора УЗИ, который фиксирует странную патологию в перикарде 23-летнего Кости, немногословного помощника машиниста метро, чьи будни на поверхности не слишком отличаются от монотонного движения сквозь тоннели и череду лиц на платформах. С этого момента его жизнь навсегда останется прежней, но банальное соображение, что она может оборваться в любой момент, теперь подкреплено врачебным заключением. «Надо, наверное, сообщить на работе», – машинально констатирует герой. Но не сообщает – и следующие полтора часа почти молча пересматривает свое существование с позиций диагноза со смесью взрослого мужества и детской растерянности. Но сначала идет выпить водки – способ, которым у Хомерики часто обозначают проблему.

Длинный проход по скудно освещенному коридору больницы и истеричная, то и дело уходящая в расфокус сцена с песнями и плясками в баре, куда герой первым делом отправляется запить нехорошую новость, удивительно резонируют с завязкой недавнего фильма Александра Миндадзе «В субботу». В обоих случаях герои носят в себе бомбу замедленного действия: у одного это доза радиации, у другого – загадочная неполноценность сердца, при которой сохраняются все внешние признаки живого и здорового человека. У Миндадзе герой пытался бежать, но погряз в пире во время чумы. У Хомерики он пробует прикоснуться к тем, у кого есть будущее (хотя глядя на них, думаешь, что хуже не бывает), но обыденность тоже берет свое. Диагноз, о котором здесь говорится лишь в общих чертах, – импульс для микроскопических изменений в оптике, через которую главный герой смотрит на мир, где все внезапно оказывается не грядущим, а уходящим.

Эту негромкую мысль режиссер иллюстрирует с помощью визуального трюка, который заодно решает чуть ли не главную проблему с экранизацией современных столичных историй: то, что мы живем в тотально некиногеничных реалиях, понятно даже без взгляда в объектив. Сам Хомерики прежде бежал от этого в 1970-е и в пейзажи Приморского края (а его коллеги – в провинцию или в футуризм). Но в «Сердце» он наконец-то находит способ смотреть вокруг без отвращения – будто бы через фильтр, создавая отстранение черно-белым изображением, старомодной и вместе с тем вневременной фактурой. Это фильм про наши дни, но догадаться об этом можно, лишь когда в кадр попадает терминал моментальной оплаты. Вдобавок каждый раз, спускаясь под землю, герои оказываются в петербургском метро – прием, обусловленный несговорчивостью московского метрополитена, зато добавляющий картине долю хорошей условности. Выходит кино про жизнь-призрак, воспоминание о несуществующем: эта жизнь вроде бы есть, а с другой стороны – такая, что как будто и нет.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать