Статья опубликована в № 2900 от 22.07.2011 под заголовком: Два спектакля в темноте

Хореограф Начо Дуато простился со своей труппой в Москве

Спектакль Начо Дуато White Darkness завершил выступления Compania Nacional de Danza de España на Чеховском фестивале, а также историю 20-летних отношений хореографа и его труппы
Чеховский фестиваль)
Теперь у нас

Начо Дуато, восставший против превращения своей компании в традиционную классическую труппу, сейчас работает с труппой Михайловского театра над авторской версией «Спящей красавицы», которую обещает показать в декабре.

После прошлогоднего успеха мадридской компании в Москве Чеховский фестиваль мгновенно заключил договор о нынешнем приезде. Благодаря этому мы оказались соучастниками драмы, завершившейся полным разрывом отношений между труппой и ее фактическим создателем: до Дуато коллектив под маркой Compania Nacional de Danza de España существовал двадцать лет, но только молодой и энергичный хореограф придал этой марке осмысленность.

Тем не менее испанцы в очередной раз решили сменить профиль коллектива, а хореограф решил освободить их от ноши своего авторского репертуара. Что будет в новой афише, пока не ясно. Приходящий на смену Дуато Хосе Мартинес, этуаль Opera National de Paris, возвращается на родину после 25-летнего отсутствия осенью, и ему с труппой придется начинать буквально с нуля. Мир считает Compania Nacional de Danza de España компанией Начо Дуато. А нового директора знает под другим, офранцуженным, именем – Жозе Мартинез.

Пока же первым отделением испанцы предъявляют другого француза – Филиппа Бланшара с многолетней work in progress под названием Noodles. В помощь публике хореограф выдает мощную декларацию о намерениях, напечатанную в программке. Из нее следует, что его волнуют глобальные проблемы. Среди них – насилие, сила притяжения, невесомость, левитация, популярный танец и творчество художника Френсиса Бекона. Начинается спектакль обманкой: на сцену выходит девушка и предлагает публике удалиться на час в буфет в связи с задержкой спектакля по техническим причинам. Таким же перевертышем оказывается весь спектакль – радостные массовые танцы сменяются длиннющими дуэтами, в которых партнеры выполняют студийные эксперименты с разными типами сцеплений, или сольным номером мужчины на цирковой лонже, которая позволяет летать и подпрыгивать в самых неожиданных положениях. Публика, купившаяся на первый трюк, остальные просто пережидает в надежде, что спектакль наконец-то начнется. Но после пятидесяти минут неяркого дивертисмента все заканчивается.

White Darkness, довольно старый спектакль Начо Дуато, в два раза короче, но последовательно воплощает идею хореографа, создавшего реквием по своей сестре, умершей от наркотиков в 29 лет. Несмотря на заданную тему, в танце нет назидательности, так же как и буквального пересказа трагической судьбы. В десятке персонажей – одной ведущей паре и четырех сопровождающих – можно опознать героиню и круг ее друзей. Но хореограф сосредоточен на эмоциях: радости, любви, дружбе, а потом – отторжении, разочарованности и расставании. В начале спектакля герои пригоршнями рассыпают белый песок, в финале он сыплется тонкой струйкой с потолка на оставшуюся в одиночестве танцовщицу. Однако спектакль Дуато позволяет увидеть в этом потоке не только наркотическую пыль, но и множество других символов, а хореография, не захлебывающаяся изобилием разнообразных движений, погружает в транс. И White Darkness – «Белая темнота» – обретает обобщенность. Как погружение в белую темноту можно рассматривать и нынешнее состояние труппы, находящейся на сломе своей истории.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать