Чего ждут от власти на Северном Кавказе

В политическом ландшафте субъектов Северо-Кавказского федерального округа (СКФО) фиксируется деградация институционального доверия к коллективным формам представительства, говорится в апрельском исследовании Russian Field, с которым ознакомились «Ведомости». В ходе сравнительного анализа, сделанного на основе 13 фокус-групп во всех регионах СКФО, социологи выявили универсальный кризис партийной идентичности: политические партии воспринимаются либо как архаичные структуры, либо как инструменты запретов.

Общим для всех регионов является запрос на лидера-хозяйственника, способного обеспечить индустриальное развитие и рабочие места, говорится в аналитической записке. «Несмотря на существующую панкавказскую солидарность, проявляющуюся за пределами округа, внутри жители СКФО не могут представить себе единого лидера. Подобные размышления приводят к межнациональным конфликтам, поскольку каждый регион стремится сохранить свою уникальную модель управления и культурную автономию», – отмечают аналитики.

Кризис партийной идентичности является свойством системы в целом, не только на Кавказе, считает президент фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов. «Исполнительной власти комфортен беспартийный формат, у граждан нет ожиданий от партий, для самих партий легальное участие в политике – источник статуса и нетворкинга, они пока не видят особых возможностей их конвертации в реальное влияние и тем более доминирование», – сказал эксперт «Ведомостям».

Наиболее острый кризис доверия к региональной власти в материалах фокус-групп зафиксирован в Дагестане, где 9 апреля был объявлен режим чрезвычайной ситуации федерального уровня из-за паводков, вызванных аномальными осадками.

«Наводнение стало ключевым политическим эпизодом. В восприятии жителей оно показало неготовность власти защищать людей. Проблема серой застройки здесь раскрылась особенно болезненно: люди считают, что чиновники годами допускали строительство, выдавали или терпели сомнительные документы, а затем, когда дома пострадали, ссылались на отсутствие «зеленки» и отказывали в помощи. Из-за этого претензия к власти носит не только хозяйственный, но и моральный характер», – говорится в исследовании Russian Field.

Там же отмечается, что отношение к главе Дагестана в республике «преимущественно негативное». «Главная претензия – он воспринимается как «не свой» руководитель, назначенный извне и не чувствующий дагестанский контекст». По данным социологов, публичные разносы, резкие формулировки и унижение подчиненных или жителей считываются как нарушение местной культуры достоинства.

На Северном Кавказе, в Дагестане, сформирован простой запрос к власти: люди хотят видеть местного хозяйственника, который отвечает за свои слова и проявляет уважение к родной земле, вере и людям, говорит директор Института региональных проблем Николай Юханов.

«[Глава Дагестана Сергей] Меликов не соответствует этому запросу в отличие от [главы Чечни Рамзана] Кадырова, [главы Кабардино-Балкарии Казбека] Кокова и [главы Карачаево-Черкесии Рашида] Темрезова. Полагаю, что главе Дагестана не стоит бояться брать пример с сильных руководителей. Таким образом ему можно исправить ситуацию. Однако народы Дагестана с надеждой смотрят в сторону [экс-заместителя полпреда президента на Дальнем Востоке] Магомеда Рамазанова, которого президент направил на помощь в ликвидации последствий паводков», – сказал эксперт «Ведомостям».

Главный вопрос сегодня не только в доверии к власти и не только в персоналиях, говорит директор Центра геодемографии и пространственного развития МГУ им. М. В. Ломоносова Александр Панин. «Это вопрос масштаба. Северный Кавказ требует переосмысления как единое горное пространство с собственной логикой управления, инфраструктуры и расселения. Без этого любые кадровые решения будут давать лишь краткосрочный эффект. Или не давать эффектов вовсе», – сказал он «Ведомостям».

Аналитики Russian Field по результатам фокус-групп сформулировали практический вывод для региональных властей СКФО: сильнее всего сегодня работает не лозунг развития, а доказательство конкретной пользы, что ярко проявлено у глав Чечни и Кабардино-Балкарии. «Людям важно видеть, что глава понимает их повседневную жизнь, не боится прямого разговора, уважает локальную идентичность и способен переводить большие проекты в понятные изменения: дешевле, ближе, доступнее, безопаснее, удобнее», – говорится в исследовании.