Стиль жизни
Бесплатный
Дина Юсупова

Чего не хватает гражданским активистам Волгограда

Корреспондент "Пятницы" встретилась с неравнодушными жителями этого города и выяснила, почему они такие пассивные
Александр Сорин

Корреспондент «Пятницы» вместе с представителями Лиги избирателей побывала в Волгограде и встретилась с местными неравнодушными гражданами

Нового губернатора нам назначили после выборов в Госдуму, — рассказывает таксист по пути из аэропорта Гумрак в Волгоград, — потому что область плохо проголосовала за «Единую Россию».

— С чего вы это взяли? — спрашиваю.

— Да весь город говорит! — усмехается водитель. — В Астрахани, где он был мэром, хорошие показатели были. Теперь за нас хорошо проголосуют.

Политолог Дмитрий Орешкин, сидящий тут же в машине, подтверждает, что в Астрахани у «Единой России» был высокий процент, а наблюдатели зафиксировали массу грубых нарушений. Орешкин вместе с другими общественными деятелями, выступающими за честные выборы, ехал из Москвы 28 февраля в волгоградский ночной клуб «Пиранья» на встречу с местными активистами. Кроме него здесь оказались поэт Лев Рубинштейн, фотограф Александр Сорин, Матвей Петухов из «Гражданина наблюдателя», Максим Блант из Лиги избирателей и Зоя Светова из «Руси сидящей».

Эта встреча — одна из пяти организованных Лигой избирателей в разных городах перед выборами 4 марта. Их цель — не только объяснить, чем занимаются неравнодушные граждане с белыми ленточками в столице, но и понять, что происходит на местах. До 28 февраля встречи прошли в Томске, Новосибирске и Академгородке. Еще одна состоится 2 марта в Калининграде. «В Академгородке было ощущение, будто мы и не уезжали из Москвы, — рассказывает организатор поездок Максим Блант, — такие же люди, тот же язык. В Томске и Новосибирске мы обнаружили одну большую для них проблему: в обоих городах местным политикам удалось “оседлать” гражданский протест, отвратив от участия в митингах многих граждан. Там мы обсуждали понятные технические вопросы: как договариваться с политиками, чтобы они умерили свой пыл, чем привлечь тех, кто развернулся, увидев надоевших ораторов. А в Волгограде, мне кажется, прослойка тех вольных граждан, которые не боятся протестовать, оказалась очень тонкой. (В сибирских городах собиралось до 200 человек, а в Волгограде — 35-40. — “Пятница”.) Они пытаются заниматься всем — получается организационный провал».

«Только не надо протестных лозунгов вроде “Россия без…” — сразу после приветствия заявляет москвичам активистка Алевтина Дюпри, рекламист с белой ленточкой на розовом шарфе. — Люди придут разные, нужно уважать друг друга. Главная проблема Волгограда — пассивность. Доходит до смешного: активисты говорят — надо надуть белые шарики и раздать на улице, но никто не берется надуть».

Местные до сих пор не могут договориться, кто из них к какому движению относится (пресс-конференция, посвященная созданию движения «За честные выборы!», появившегося еще в декабре, прошла тут только 28 февраля — для того, чтобы одну группу активистов не путали с другими).

«Тут что ни предложишь, даже если речь о заработке, первым делом говорят: не получится, — рассказывает один из участников местного движения “За честные выборы!” Олег Денисов. — Такая пассивность в людях от того, что они слишком завязаны на бюджетные деньги, весь малый бизнес зависим от чиновников».

В этот момент у Олега звонит мобильный — рингтоном оказывается отрывок из речи Навального с митинга на проспекте Сахарова. «Да! Да! Да!» — вторит рингтону Денисов.

Несмотря на распри и пассивность, на митинги «За честные выборы!» в Волгограде выходят сотни людей. 19 февраля на «Белый круг» выехало 30 машин. Белые ленты у Алевтины люди на улицах берут в 90% случаев, причем обычно уже знают, что они означают. А в наблюдатели записалось около 350 человек. По словам Матвея Петухова («Гражданин наблюдатель»), в процентном отношении это совсем не мало: если отправить по одному человеку на избирательный участок, можно охватить более 20% участков в регионе.

«Говорят, тут записывают в наблюдатели?» — по-деловому подходит ко мне в еще темном зале «Пираньи» молодой человек в капюшоне поверх вязаной шапки. Это 27-летний сотрудник клуба Кирилл, он узнал о встрече от владельца заведения, тоже собирающегося в наблюдатели. Кирилл хочет попасть обязательно на проблемный участок: «Например, на хлебозавод в городе Волжский, куда в декабре просто не пустили наблюдателей». Кирилл легко рассуждает не только о предстоящем голосовании, но и о пользе выборов в губернаторы, о ценах на бензин в других нефтедобывающих странах и о том, как просто в Волгограде бизнесмен может лишиться недвижимости.

Впрочем, все пришедшие в «Пиранью» умеют со вкусом обсуждать общеполитические и экономические вопросы и местные сплетни. Например, об автомобиле Land Cruiser, который якобы купил новый губернатор в подарок — главе района, в котором будет самый высокий процент у нужного кандидата. Москвичей они спрашивают, не пошла ли на спад гражданская активность в столице и что делать после выборов. Орешкин объясняет, что фальсификации будут. Люди выйдут на улицы. «Нас будут прессовать» — этим словам кивают даже юные девушки, конспектирующие выступление «человека из телевизора» (так с придыханием отзываются здесь о политологе). «Но на этих выборах мы выбираем не власть, а себя, свою жизнь, — воодушевленно продолжает он. — И сейчас гораздо интереснее не цифры, а то, как будет реагировать общество, как мы будем дальше проявлять себя».

Судя по гробовому молчанию, активным волгоградцам это не интересно. «А есть программа?» — уточняет кто-то из зала. Максим Блант пытается объяснить, что нет никакой программы. Более того, на этой встрече было бы здорово сформулировать, что хотят и могут делать сами волгоградцы, поскольку никто лучше их не знает, что и как здесь стоит организовывать. «Москвичи должны задавать тренды, — качает головой на задворках создатель фестиваля аудиовизуальных искусств “Видеология” Александр Дудник. — А это — что за встреча?» Тут же вокруг него группируется несколько активистов, заводя свой разговор.

Когда москвичи переходят от ответов на вопросы к обсуждению местных инициатив, я пихаю в бок Олега Денисова, который рассказывал мне о необходимости организовать дискуссионный клуб, где активисты могли бы встречаться с представителями разных партий. «А зачем это сейчас озвучивать? — спрашивает Олег. — Мне проще списаться или пообщаться по скайпу с конкретными людьми». Тем не менее он вышел к микрофону.

Дудник, который очень эмоционально говорил о необходимости наладить диалог с теми, кто ходит на проплаченные митинги, почему-то остается на месте. Хотя у него есть конкретное предложение — создать независимые профсоюзы, чтобы защищать права этих самых людей. Например, заведующей детсадом, которая перед выборами пишет заявление об увольнении без даты — на случай, если на ее участке будет плохой результат. «Я сам не специалист по трудовому праву, что я буду предлагать?» — говорит он.

Евгений Глушков, чья компания обслуживает компьютерную технику, оценил на своем избирательном участке все затраты на установку комплекта видеокамер не выше 20 тыс. рублей, а по официальным данным, они обошлись вдвое дороже. «Я не популярный блогер, поэтому мне нет смысла сообщать об этом факте, — говорит он. — Для этого нужны специалисты, информирующие население в обход государственной цензуры».

Люди в «Пиранье» были очень похожи на тех, что ходят на аналогичные встречи в Москве. Только не все они готовы высказываться в микрофон, сразу же кооперироваться и считать себя специалистами протестного движения.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать