Статья опубликована в № 3374 от 27.06.2013 под заголовком: Желание быть испанцем

В Камерном театре Покровского появилась очередная редкость - «Три Пинто»

Камерный музыкальный театр имени Покровского под закрытие сезона сыграл очередную редкость: оперу «Три Пинто» Вебера – Малера
Население солнечного Мадрида предстает в спектакле дружной цирковой труппой
ИВАН МУРЗИН

Комическую оперу про трех испанских дворян, претендовавших на руку прекрасной Клариссы, написали два австрийских композитора. Первым был Карл Мария фон Вебер, который оставил «Трех Пинто» в набросках, вторым – Густав Малер, кто через пятьдесят лет оперу завершил.

Выбор редкой партитуры принадлежит Геннадию Рождественскому, который питает отдельный интерес к операм, имеющим двойное авторство. Он дирижировал из той же неглубокой ямы «Идоменея» Моцарта в редакции Рихарда Штрауса – в том случае редактор отнюдь не маскировался, внедряясь в оригинал. В случае с оперой Вебера – Малера совершенно не слышно, что авторов двое, так они слились друг с другом. Прелестная комедия полнится изящными мелодиями и остроумно написанными ансамблями, ну а разговорные диалоги, обязательные в немецком зингшпиле, исправно тормозят течение музыкальных красот.

«Три Пинто» поются в Камерном театре по-немецки, а проговариваются по-русски, причем помимо диалогов артисты декламируют и русский перевод вокальных номеров перед их исполнением, всякий раз чуть по-разному. Это одно из остроумных решений в динамичной, полной забавной беготни постановке Михаила Кислярова. Дворяне и слуги в ней ничем не отличаются: и те и другие – клоуны, а образы и пантомима выполнены в духе Марселя Марсо, которому декларативно следовал режиссер. Проделки, розыгрыши, интрижки свершаются в солнечных, намеренно наивных декорациях Сергея Бархина, словно между страниц книжки про нарядную Испанию.

За всех героев, мимов и массовку выступают сплошь солисты театра – мала роль или велика, каждый из них отдается ей без остатка. В одной из лучших сцен бессловесный премьер театра Алексей Мочалов и его коллеги представляют на сцене дирижера и оркестр. Настоящий дирижер зато не молчит, а нет-нет да и подает из ямы забавные реплики. К сожалению, это единственная удачная часть работы Геннадия Рождественского: темпа спектаклю не хватает, ничтожное количество струнных звучит нестройно, солистам не хватает дыхания.

Как вокалисты артисты театра сильно проигрывают себе же как артистам: доблесть громоподобия задает бас Герман Юкавский, а в его присутствии ни у кого не хватает смелости пользоваться оттенками. Хотя темперамента хватало у всех, стиль показала одна Татьяна Конинская, сыгравшая знойную испанку с мушкой.

Столь бесценная партитура, как «Три Пинто», заслуживала бы кропотливой музыкальной работы, и хочется верить, что к ней приступят не через пятьдесят лет.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать