Комсомольск-на-Амуре борется с паводком

Спецкор «Пятницы» побывала в зоне бедствия и поговорила с местными жителями и спасателями
Андрей Махонин / Ведомости

«Это было как в кино. Темно, стоишь по пояс в воде, сверху заливает волной, холодно»

А еще утром 15 сентября, прилетев в Комсомольск-на-Амуре, я удивлялась, почему здесь зона ЧС и где последствия чудовищного паводка. Голубое небо, сухой асфальт, яркие осенние деревья - отличный день для прогулки. Ну, встречаются огромные лужи во всю дорогу, так ведь машины едут по ним, рассекая воду, а мини-дамбы из мешков с песком между домами стоят сухие. Ну, подтоплен парк аттракционов за забором - картину сложно назвать пугающей: огромные карусельные лебеди застыли не на платформе, а в болотце.

- Вода в автобусе, - замечает Ксения Осипова из Управления информации МЧС России, когда мы въезжаем в 66-й квартал Комсомольска-на-Амуре.

Нижняя ступенька нашего пазика скрылась под водой. Мы проезжаем мимо остановки, где по колено в воде стоят спасатели в сине-рыжей форме: они сажают в свою лодку пожилую женщину. Из магазина «Продукты» выходят прямо в воду двое мужчин с пивом в руках. Тот, что в резиновых сапогах, кричит товарищу: «Давай скорей!» - взваливает его, как мешок, на плечо и тащит вдоль дома до угла - там сухо. Во двор они заходят уже прогулочным шагом, каждый со своей открытой бутылкой.

Тем временем ветер усиливается. Мимо пролетает вертолет с бетонным блоком на веревке. Как объясняет нам начальник ГУ МЧС России по Хабаровскому краю Михаил Ташматов, вертолеты сбрасывают бетонные блоки на опасных участках возле временного защитно-инженерного сооружения на озере Мылка, где идет подмыв, чтобы снизить давление на дамбу. Если ее прорвет, вода подтопит район Мылки с населением около 100 тысяч человек. А мы пересаживаемся в лодку и отправляемся в поселок Менделеева, где вода уже перевалила через временную дамбу и залила первые этажи за считаные часы 7 сентября.

Страдают и радуются

Когда лодка приближается к крышам частных домов, нас, как положено в поселке, встречает собачий лай. На ближайшей крыше собака живет одна, на следующей - вместе с хозяевами: на натянутой веревке сушатся штаны, из-за чердака-надстройки выглядывает мужчина. Водитель моторной лодки рассказывает, что спасатели и волонтеры подкармливают одиноких животных.

Подплывая к участку временной дамбы, мы оказываемся под прицелом фотоаппарата. Расхаживая по мешкам с песком чуть выше уровня воды, мужчина с улыбкой снимает нас:

- Будет что показать потомкам!

Он говорит, что живет с собакой на чердаке своего дома неподалеку, а к дамбе подплыл с соседом на лодке, чтобы приготовить еду - не на своей же крыше костер жечь.

- Давно здесь живете?

- Да уж пятьдесят лет! - смеется он, представившись Дмитрием Ломакиным. - И такое впервые. Старики говорят, что был паводок в пятидесятые, да ни одной фотографии нет, а с нынешнего у меня целая подборка.

Он приглашает угоститься тушеной кетой:

- Сегодня наловил и приготовил с овощами. На питьевой воде, из бутылок, тут спасатели постоянно развозят всем, кто отказался от эвакуации.

С мешков мы переходим на небольшой участок суши - там видны следы костра, рядом на земле стоит огромная кастрюля, на доске лежит хлеб. Дмитрий накалывает вилкой большой кусок красной рыбы и кладет на хлеб. Пока я с удовольствием жую, рассказывает:

- Две недели дамбу сооружали, ее высота - больше семи метров, а вода поднялась и перелилась буквально за час. Теперь ее кета перепрыгивает.

Он говорит, что остался, чтобы собаку не бросать, да и вообще брал, как обычно в это время, отпуск на своем заводе, чтобы рыбу ловить, ведь в сентябре путина.

- Только думал, что буду ловить на том берегу Амура, - кивает Дмитрий в сторону сопок, - а оказалось, прямо в поселке. Все лучше, чем ехать в пункт временного размещения. Тут воздух, солнце. Дров столько нанесло, что можно на всю зиму запастись. Вчера ездил в город к матери - купил маленький телевизор, сейчас подключу к генератору, все новости буду знать.

Мы плывем дальше по улицам между многоквартирными домами. На крышах автобусных остановок стоят осветительные цилиндры. Вокруг снуют лодки с местными. Навстречу едет транспортное средство на гусеницах - оно ходит по расписанию между Комсомольском-на-Амуре и поселком. Мы заворачиваем во двор дома, где у подъезда припаркована лодка. Неподалеку затоплены несколько машин. Мужчина с помятым лицом стоит с удочкой на балконе. Из пятиэтажки на Зейской улице за нашей лодкой наблюдают с балкона второго этажа две женщины пенсионного возраста.

- Газ, вода, канализация - все в порядке, - отчитываются перед нами соседки Татьяна Павловна и Ольга Николаевна. - Электричества в подъезде нет, но дети купили генератор.

Дочь Татьяны Павловны и сын Ольги Николаевны поженились, у них грудной ребенок, поэтому они уехали на дачу сразу после затопления. А бабушки остались квартиры сторожить.

- Говорят, мародерство тут страшное, на первых этажах стеклопакеты целиком вынимают, но мы сами не видели - с 7 сентября из дома не выходили. Только за подъездом следим: чуть слышим шум - выходим. Но общаемся в основном со спасателями. Они нам пайки привозят, прививки против гепатита и дизентерии делают, просто интересуются, как дела.

Уехали и ждут

Про мародерство в поселке рассказывают и в комплексном центре соцобслуживания населения № 2 в Комсомольске-на-Амуре, где жители затопленных районов могут получить разовые пайки с гуманитарной помощью: гречку, рис, мыло, сахар, тушенку, зубную пасту.

- Мы мебель оставили дома, жалко, - говорит беременная блондинка Кристина с годовалой дочерью на руках. - Но главное, соседи считают: наша панельная девятиэтажка с трещинами развалится, как ударят морозы. Так что возвращаться мы пока не планируем.

Кристине повезло: семьям с маленькими детьми дали комнаты в заброшенном общежитии (его наскоро отремонтировали специально для пострадавших от паводка). Женщине в красном полупальто, пришедшей за пайком и отказавшейся представиться, приходится ночевать у друзей.

- Нам с мужем предложили поселиться в пункте временного размещения, вы там были? - женщина вдруг зажмуривается, у нее начинают дрожать губы, но она тут же справляется и открывает глаза. - Понимаете, я нормальный человек. Просто попала в такую ситуацию, когда не могу жить в своей квартире, нас затопило, мы живем на первом этаже. Мы обращаемся в администрацию за помощью, а нам предлагают поселиться в комнате с бомжами и алкоголиками, где спят по 13 человек и нет даже горячей воды. Как думаете, я благодарна за такую помощь?

В одном из пунктов временного размещения - ПВР № 5, расположенном в детском юношеском центре «Дземги», 75 пострадавших действительно живут в больших комнатах по 10-15 человек.

- В первые дни были недоработки, - рассказывает сотрудник ПВР № 5 Марк Кожев. - Люди выпивали и ссорились, пришлось организовать дежурство полиции.

Когда мы заходим в комнату с раскладушками, оттуда сразу выходят почти все люди. Я останавливаю замешкавшегося мужчину с замазанной зеленкой раной на пол-лица.

- С мопеда упал вчера, - объясняет 30-летний Руслан.

Он недавно приехал в поселок Менделеева к матери и семье брата, а последние 20 лет прожил с отцом в Башкирии.

- Отец зовет обратно, беспокоится, - говорит Руслан. - Делать мне здесь, конечно, сейчас нечего, я работал грузчиком в поселке. Да как-то странно уезжать - мы ждем, что дальше будет. Каждому жителю затопленного дома обещали выплатить по 100 тысяч, а мы как раз в частном доме жили.

Стоят и спасают

К вечеру ветер усиливается до 15 м/с. Когда мы подъезжаем к временной Мылкинской дамбе длиной больше 5 км, там выгружаются из автобуса волонтеры Российского союза спасателей. Хотя это общественная организация, ее участники дежурят на дамбе наравне с бойцами МЧС и Минобороны - обычного добровольца на этот опасный участок не пустят. И отношение к ним, как к новобранцам, - я заметила это, когда мы вместе летели в грузовом самолете из Москвы.

Их загнали в самолет заблаговременно. Когда полет отложился, их по команде выгрузили на аэродром, построили в шеренгу и приказали ждать под открытым небом, пока дождь небольшой. На следующий день их подняли в пять утра, но вылетели они только в четыре дня. После 9-часового перелета и последующего дня без сна они оказались на дамбе - для 12-часового дежурства в ночь.

Эта временная дамба - довольно странное сооружение. Насыпь, сверху мешки с песком, а со стороны озера, откуда ветер гонит мощную волну, защищает все это герметичный рукав из композитного материала. В принципе, этот рукав называется противопаводковой водоналивной дамбой, но обычно его, укрепив, заполняют водой. Так он работает, так сделали в Хабаровске и Благовещенске. На Мылкинской дамбе уровень воды оказался слишком высоким, поэтому рукав решили не наполнять водой, а, подоткнув под насыпь, подперли деревянными и другими распорками. Пока ветер небольшой, дело людей - укреплять размываемую насыпь. Днем 15 сентября распорки стало выбивать волной, и людям пришлось держать дамбу руками.

- Это было как в кино, - рассказывает срочник МЧС Олег, который дежурил ночью. - Темно, стоишь по пояс в воде, сверху заливает волной, холодно - пару человек увезли на скорой с переохлаждением, один ногу сломал. И так 12 часов. Не до еды, не до костров - может прорвать в любую минуту. Зато чувствуешь себя героем, чувствуешь, что спасаешь людей.

После этого дежурства все - а на дамбе было около 900 человек - вернулись насквозь мокрые, несмотря на гидрокостюмы.

- А нельзя ли вместо людей использовать какое-то оборудование? - интересуюсь я у начальника Управления информации МЧС России Олега Воронова, когда мы трясемся в пазике на обратном пути.

- Пробовали металлические листы, но у них большая парусность, сносит.

- Может, стоило еще что-нибудь попробовать?

- Министр дал приказ разработать.

- И как?

- Он только что дал приказ. Разрабатывать еще не начали.

Хорошо, хоть уровень воды в Амуре начал понижаться.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать