Стиль жизни
Бесплатный
Петр Поспелов
Статья опубликована в № 3746 от 26.12.2014 под заголовком: Сон, прогулки, Шуберт

Произведением 2014 года стал «Зимний путь» Шуберта

Произведением 2014 года стал «Зимний путь» Шуберта. Артисты и режиссеры из самых разных концов мира, не сговариваясь, распознали в нем образ нашего времени
«Зимний путь». Сценография Уильяма Кентриджа
festwochen.at

Этот цикл Шуберта из двадцати четырех песен нимало не эффектен, непрост для исполнения и для восприятия. Но в Москве в этом году он вдруг стал часто исполняемым опусом.

И не только в концертах.

В узком прокате прошел небанальный российский фильм. Он называется «Зимний путь». Авторы его сценария и режиссеры - супруги Сергей Тарамаев и Любовь Львова, до этого их знали как актеров. Герой фильма - начинающий певец Эрик, разучивающий «Зимний путь» Шуберта. У Эрика есть старший друг - музыкант и коллекционер картин Слава. Те, кто застал 80-е годы, могут вспомнить подававшего надежды контратенора Эрика Курмангалиева и великого пианиста Святослава Рихтера, разглядевшего в нем уникальный, но в итоге так и не осуществившийся дар. В фильме есть, правда, еще гопник Леха, но он нужен лишь для того, чтобы снабдить действие сюжетом и протянуть через него историю. Главное же в фильме - одинокий человек с несистематизированной внутренней жизнью, бредущий сквозь холод мира бесконечным зимним путем. Педагог по вокалу диктует Эрику режим: «Сон, прогулки, Шуберт». Эрик выполняет указанную триаду. Но только его сон - в постели другого мужчины, прогулки - с початой бутылкой водки в кармане пальто, а Шуберт - в наушниках плейера.

Действие фильма разворачивается в наше время, но оно рифмуется с застойными временами тридцатилетней давности. А еще оно рифмуется с временами конца 1820-х, когда Бетховен уже был глухим остатком былых героических лет, зато тихий Шуберт, окруженный непониманием, создавал ключевое творение романтизма - вокальный цикл «Зимний путь» на стихи Вильгельма Мюллера.

Этот цикл из двадцати четырех песен нимало не эффектен, непрост для исполнения и для восприятия. Но в Москве в этом году он вдруг стал часто исполняемым произведением.

Его спел итальянский бас Феруччо Фурланетто, подчинив богатый оперный голос интимной шубертовской интонации. Его спел немецкий тенор Йонас Кауфман - тоже мировая оперная звезда, от которого московские поклонники все же больше надеялись получить набор теноровых арий. Оба артиста не принадлежат русской культуре, а это значит, что настроение шубертовского цикла созвучно как нам, так и всем европейцам.

И не только европейцам. Художник из Южной Африки Уильям Кентридж прислал на театральный фестиваль NET свой «Зимний путь» - концерт-спектакль с видеокартинками, на которых к песням Шуберта в порядке вольной фантазии прилагалось нечто вроде дневника или автобиографии. Пел в спектакле Кентриджа выдающийся баритон Маттиас Герне, а за рояль по такому случаю сел Маркус Хинтерхойзер, интендант нескольких европейских фестивалей.

В интернациональную компанию нужно включить и нашего артиста - баритон Илья Кузьмин тоже исполнил «Зимний путь», а за роялем был русский Хинтерхойзер - директор театра «Новая опера» Дмитрий Сибирцев.

Спорным, но впечатляющим проектом стало исполнение «Зимнего пути» в экстравагантной редакции современного немецкого композитора Ханса Цендера. Последний выступил немного как гопник Леха: в результате оркестр MusicAeterna (из Перми) под управлением Теодора Курентзиса играл добавленные к оригиналу Шуберта бонусы - местами авангардные, местами кабаретные, а тенор Стив Давислим (из Малайзии) изредка менял академическую манеру пения на пугающее скандирование текста в мегафон.

И, наконец, какую пластинку слушали из чужого окна молодые японские авиаконструкторы в мультфильме Хаяо Миядзаки «Ветер крепчает», тоже вышедшем в 2014 году? «Зимний путь - это про нас», - говорит один из них и шагает по сугробам.

Одинокая душа среди мерзлой, застывшей земли, на которой едва различим путь, ведущий или в никуда, или неведомо куда, - образ, оказавшийся созвучным мироощущению художников мира. Но это как раз и значит, что полного одиночества нет и мы, в какой бы точке земли ни переживали текущий момент истории, способны понять друг друга. Нужно только следовать рецепту, который прописал студенту консерваторский педагог: сон, прогулки, Шуберт.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more