Стиль жизни
Бесплатный
Юлия Савельева

«Урал», «Волга», «Чайка» – я составил список машин моего детства»

Владелец Gourji Дмитрий Гуржий рассказывает, как он начал собирать старые советские автомобили

Старые советские машины я начал собирать в 1998 г., как раз в самый разгар кризиса, и это был мой осознанный выбор. В то время мне было 34 года, я был предпринимателем, ритейлером и владельцем сети магазинов Ручка.ru. Случился кризис, возникло огромное количество трудностей, стало меньше возможностей, но все равно хотелось чего-то прекрасного, красоты и шика.

Первым делом я решил, что хочу обладать мотоциклом «Урал» с коляской, и купил его. Это была новая машина, но Ирбицкий завод тогда продолжал выпускать машины старого военного образца, так что в этом смысле он был ретро.

Затем я понял, что очень хочу 21-ю «Волгу», прямо мечтаю о ней. А у нас в компании работал Виктор Петрович Кучеренко, лет шестидесяти с чем-то мужчина, который в советские годы в Ставропольском крае заведовал гаражом при каком-то предприятии и отлично разбирался в машинах. Я поделился с ним своей мечтой – дескать, хочу «Волгу» 21-ю, а тогда, году в 1998-1999-м, вообще никто не увлекался этой темой – где взять старую советскую машину, было совершенно непонятно. А Виктор Петрович мне и говорит: «Нет проблем, у меня в Ставрополье остались все концы, там в каждой станице автомастерская, и они по сей день занимаются ремонтом советских машин, лудят их, разбирают-собирают заново». Мы с ним поехали в Краснодар к его друзьям и купили там сразу две 21-е «Волги».

Кстати, я прекрасно помню сумму, за которую мы купили обе машины – за $3000. И примерно столько же я заплатил за реставрацию, это было не много, не мало, но все мои друзья смотрели на меня как на сумасшедшего.

Мы очень быстро там же, на Ставрополье, привели одну «Волгу» в порядок – и жестянку и механику, потом поставили обе машины на эвакуаторы и пригнали в Москву. Здесь уже армянские мастера мне сделали кожаную начинку.

И вот я стал ездить на этой «Волге». Жил я тогда на даче на Рублевке – в начале 2000-х не было пробок вообще и можно было спокойно кататься даже на работу в Москву. А еще я раскрасил машину в красно-белые цвета хоккейной сборной, написал на багажнике «СССР», на капоте запечатлел герб СССР – и на дороге мне сигналили все, это был мой настоящий триумф.

Далее я просто составил список машин моего детства, которые хочу приобрести в коллекцию. Для себя я так определил «концепцию развития» будущей коллекции: чтобы все машины были оригинальными, но в так называемом экспортном исполнении. Инженерию я никогда не менял, только чинил, но разные оригинальные детали добавлял. Потом оказалось, что с точки зрения коллекционирования это неправильно, коллекционеры ценят все только оригинальное, и поэтому мои машины не берут ни на какие выставки – там на этот счет строгие правила, но я под них никогда не собирался подстраиваться.

И так за два года постепенно с помощью Виктора Петровича я собрал солидную коллекцию. К 2001 году у меня уже была «Волга-21», «Чайка» – из черной я ее перекрасил в нежно-розовый цвет и сделал белый кожаный салон; также у меня есть ЗИМ, «Москвич-407» и 401, мотоцикл «Ява», мопед «Верховина», «Запорожец» голубого цвета, уазик «Козел», и «Победа»-фаэтон, которую я раскрасил в такой эрмесовский оранжево-коричневый колор. В итоге у меня собралось 15 машин и мотоциклов.

Да, подчеркну, что я хотел собрать машины своего детства именно для того, чтобы на них ездить, а не просто коллекционировать. Но вот как раз сидеть за рулем такой машины – это настоящее испытание, в первую очередь тяжелое физически. И, конечно, перед и после каждой поездки ее должен осмот­реть механик. Автомобили эти могут отказать в любой момент, увы – у меня однажды руль от «Москвича» 407-го остался в руках, а на «Чайке» как-то ушли тормоза. Поэтому с тех пор всегда, когда я выезжаю на одном из своих олдтаймеров, еду так, чтобы иметь возможность встать на обочину, если что.

Но все же это огромное удовольствие. За рулем таких машин соединяется чувство свободы и красоты, при условии что на дороге пусто и все в машине работает. Да, это для меня в чем-то позерство, пацанство и игрушка, но все равно ни с чем не сравнимые эмоции. На таких машинах ты сам едешь как часть истории, ты уже сам история, сразу все появляется: связь времен и, как у Паолы Волковой, «мост через бездну». Если это чувство у тебя есть, то такое собирательство – глубокая вещь.

Сегодня у меня с моим коллекционированием и с поездками на машинах серьезные проблемы. Проб­лема не только с трафиком в городе, но и в том, что у нас просто нет тихих сельских дорог, по которым можно проехаться с ветерком, как, скажем, под Лондоном.

У меня в Москве даже стоит современный классичес­кий мотоцикл Kawasaki – но и на нем я езжу с трудом. Чтобы тебя не сбил КамАЗ или не обдали грязью, ты должен в субботу в 9 утра уже выехать покататься, не позже, да и за городом стройки и грязные дороги...

Но главное – я остался без своего механика и консультанта. Виктор Петрович был уже довольно пожилым человеком, болел и, к сожалению, ушел из жизни в 2010 году. Мои машины теперь просто некому поддерживать в должном состоянии.

Так что наша суровая действительность и обычный трагический ход жизни мое хобби заморозили – все машины стоят у меня в гараже, и каждое лето я теперь выбираю лишь одну и решаю: вот на ней я езжу этим летом, хотя бы одну машину можно нормально подготовить. Прошлым летом я ездил на «Чайке», этим собираюсь ездить на «Запорожце». Может, задора у меня и стало меньше, но я не перегорел – раз в месяц стараюсь непременно выезжать на одной из машин.

Семья, конечно, воспринимает мое увлечение как блажь, но с симпатией. Сыновья так просто выросли в этих машинах, играя в них в войну и прочие мальчишеские забавы. Старший сын Гоша время от времени ездит на «Чайке» – это понятно, покрасоваться перед друзьями и перед девушками. Младшему сыну Филиппу сейчас уже 19 лет, он скоро получит права и, возможно, тоже будет ездить на моих олдтаймерах. Я потому и не продаю машины, что надеюсь, когда мои сыновья повзрослеют, им станет интересно водить мои машины и у них появятся на это банально физические силы.

А вот моя жена Наташа со мной не ездит – ей неловко. За меня, за себя, за то, что вокруг все на нас смотрят, и она не хочет встать на заглохшей машине где-то на шоссе и потом ловить попутку... Словом, испытывает большое беспокойство, поэтому эта дурь только моя, мужская.

...Мечтаю, что однажды я снова перееду за город и построю там специальный красивый гараж для своих машин с прозрачным обзорным стеклом – подходишь, любуешься, выбираешь какую-то для поездки. И непременно куплю снова «Победу», а еще «Копейку», «Жигули» 11-й модели и «Волгу-24» – эти классические модели уже стали антикварными.

А пока нынешним летом мои товарищи Иван Падерин и Александр Лекае – организаторы фестивалей Gorkyсlassic и «Машины моего двора» – пригласили поехать с ними на авторалли в Крым, но на своих проверенных машинах, к тому же в сопровождении механиков и слесарей, поскольку по крымским дорогам-серпантинам ездить – довольно опасная история. Они абсолютно аполитичные ребята, организуют ралли ради красоты. И мы с ними в этом схожи – я тоже отправлюсь туда исключительно ради красоты и свободы процесса.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать