Легенда американского театрального авангарда The Wooster Group выступила в Париже
На Осеннем фестивале театр показал два очень разных по технике спектакля, объединенных общей темой![](https://cdn5.vedomosti.ru/image/2016/89/1dy7yz/original-1sqh.jpg)
Оригинальность метода The Wooster Group можно увидеть уже в выборе материала: один спектакль поставлен по музыкальному альбому, другой – по документальному фильму.
В «Госпеле ранних шейкеров» (Early Shaker Spirituals) четверо немолодых женщин в викторианских костюмах перепевают все треки («Со стороны А», – уточняет конферансье) с записанной в 1976 г. пластинки, на которой собраны религиозные гимны XIX в. секты шейкеров – радикального направления протестантского движения квакеров, проповедующих второе пришествие, целомудрие, безбрачие, равенство мужчин и женщин и пацифизм. С 1837 по 1850 г. шейкеры испытали «эру откровений»: к братьям и сестрам по всей Америке являлись духи и диктовали, например, слова и музыку. О конкретных случаях сообщает ведущий спектакля перед каждым номером, зачитывая аннотации с обратной стороны диска, изданного Объединенным обществом шейкеров коммуны Сэббет-Лейк. С момента оформления в отдельное религиозное течение в середине XVIII в. шейкеры выражали свои верования в танце. Через танец происходило освобождение от грехов. Церковная служба сочетала проповедь и коллективные экстатические движения, отчего шейкеры и получили свое название (в Англии их еще называли «трясущимися квакерами»). Поэтому во второй части спектакля реконструированы танцы с участием поющих женщин и молчаливых мужчин, напоминающие одновременно «Весну священную» и чинные балы из вестернов Джона Форда.
По спектаклю Кейт Вальк «Случай в «Таун-холле» (The Town Hall Affair) можно предположить, что шейкеры заинтересовали участников The Wooster Group не только музыкой, но и прогрессивностью общественных взглядов. Равенство полов перед богом было логичным продолжением культа основательницы секты – матери Анны Ли: последователи считали ее женским воплощением Христа.
Звездная тень
Коллектив из нью-йоркского «Гаража» на Вустер-стрит ведет свою историю напрямую от Второго авангарда. Компания отделилась от знаменитой Performance Group Ричарда Шехнера. Интеллектуальным ядром The Wooster Group остается Элизабет Лекомпт, которая всегда предпочитала быть в тени успеха своих исполнителей, среди которых есть голливудские звезды. Именно работа с Лекомпт сформировала как актеров обоих ее партнеров по жизни и на сцене – сначала Сполдинга Грея, а потом Уиллема Дефо.
Это экстравагантное убеждение отзывается в монологе героини «Случая в «Таун-холле» Джилл Джонстон о том, как выглядел бы идиллический мир, в котором жили бы женщины, осознавшие свою естественную сексуальность. Правда, по поводу естественности у Джонстон и Анны Ли разные мнения. Для проповедницы естественностью было отсутствие сексуальных отношений. Джонстон же постулировала освобождение через гомосексуальность, за что на нее косо смотрели умеренные соратницы.
«Случай в «Таун-холле» основан на документальном фильме Криса Хегедаса и Донна Алана Пеннебейкера «Адский «Таун-холл», запечатлевшем дебаты в театре «Таун-холл» об освобождении женщин, разгоревшиеся после публикации статьи Нормана Мейлера «Пленник пола». Мачистские выпады известного писателя возмутили интеллектуалов феминистского толка, но никто из теоретиков освобождения не смог публично противостоять харизме Мейлера. Пока не появилась маленькая и отважная Джилл Джонстон, незначительный персонаж на этом собрании культурного истеблишмента, и не стала бросать с трибуны заявления вроде: «Почему мы подробно знаем о судьбе всех сыновей Авраама, Иакова и Исаака, но нам ничего не известно про дочерей Сарры, Ребекки и Рахили?»
Спектакль сделан в фирменной стилистике The Wooster Group: еще в 1970-е компания начала использовать видео и другие технические средства для отчуждения физических характеристик актера, разделяя, например, тело и голос. В «Случае в «Таун-холле» кадры из фильма проецируются на монитор, перед которым заседают актеры, имитирующие интонации, жесты и внешность выступающих. Роли перекидываются как горячий мячик. Нормана Мейлера «синхронизируют» по очереди двое (возможно, потому, что он слишком много говорит). Из причудливой реальности, возникающей между экраном и сценой, очевидно, что обаяние радикальной политической мысли гораздо сильнее сдержанной политкорректности просвещенной элиты.
Перекрестные нарративы The Wooster Group кажутся эклектичными, но в итоге складываются в четкую картинку. Возможно, секрет обаяния группы именно в умении интересно рассказывать истории. Говорят, лидер The Wooster Group Элизабет Лекомпт делит досуг между высокой литературой и самыми трэшевыми телепередачами. Создаваемая ею вселенная похожа на идеальное телевидение, каким оно виделось видеохудожникам, – медиум будущего, пронизывающий разные слои культуры и при этом всегда показывающий, что происходит здесь и сейчас.
Париж