Стиль жизни
Бесплатный
Петр Поспелов
Статья опубликована в № 4346 от 21.06.2017 под заголовком: Искусственный мрак

В Большом театре «Снегурочку» Римского-Корсакова растопили электроприборами

Героиню принесли в жертву, но не солнцу, а постапокалиптическим берендеям

В этой рецензии первым должен быть упомянут Дамир Исмагилов – художник по свету, без которого Снегурочка просто не растаяла бы. Что касается режиссера, то современный режиссер, даже не тот, кто молод и ищет признания, а кто давно увенчан славой, не может поставить просто сказку – он обязан придумать ход, чтобы от сказки ничего не осталось. В опере «Снегурочка» Римского-Корсакова, написанной по весенней сказке Островского, солнце прогневалось на людей, им не хватает тепла, мудрый царь Берендей понимает, что необходима жертва, – и ею становится холодная дочь Мороза, растопив которую в лужицу, Ярило-солнце добреет и возвращает людям лучи. Режиссер Александр Титель предположил, что за этой историей должен стоять серьезный мировой катаклизм, и устроил на сцене постядерную зиму, с мраком и снегопадом на все четыре часа. Жертву приносят, но естественного солнца вернуть уже нельзя: вместо него врубают электричество, две стены софитов жарят, как в прайм-тайм в Лужниках, а хоровую славу богу Яриле персонажи поют с такими плотоядными ужимками, что становится ясно – никаких богов на свете нет, а жертва была принесена для собственного низменного удовольствия.

Не всем понравится, что Берендей в спектакле – одноглазый, будто Вотан, вожак кучки постапокалиптических питекантропов, который стесняется, когда его называют царем, и только жрет болеутоляющие таблетки. Не всем покажется остроумным, что волшебный лес заменен сценографом Владимиром Арефьевым на линии электропередачи, на ржавые останки колеса обозрения, колхозные сеялки для проса (так выглядят с тыла осветительные приборы) и на прочие руины цивилизации. Не все восхитятся превращением птичек в детей-сирот, а леших – в гопоту.

Однако Титель чувство меры знает и остается мастером, который не выдумывает лишнего, умело мизансценирует, а иногда и выдает эффектные решения, – чего стоят катание на санях и просто на попах с пригорка, образованного вросшим в сцену кирпичным цехом, или дефиле статисток в простынях, которые выходят из бани, чтобы погулять вокруг прорубей, а потом вдохнуть в Снегурку тепло любви.

Автору этих строк достался второй состав, в котором выделялся гладко поющий лирический тенор Алексей Неклюдов в партии царя Берендея.

Дирижер Туган Сохиев ведет оперу Римского-Корсакова спокойно и корректно, с небольшими купюрами, но без ненужной спешки. Оркестр звучит в основном аккуратно, но не чарует.

Постановок «Снегурочки», тем более удачных, в России не было давно. Эту тоже победой не назовешь, но все-таки прекрасную оперу вернули на сцену.