Статья опубликована в № 4644 от 03.09.2018 под заголовком: Зальцбург без оперы

Чем интересен Зальцбургский музыкальный фестиваль

На родине Моцарта завершается летний фестиваль, на который стоит приезжать не только за оперой
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Оперная программа Зальцбургского фестиваля – верхушка айсберга. Ее заранее придирчиво рассматривают со всех континентов, изучают составы, хитрые комбинации постановочных групп, делают ставки на успех или неуспех, гоняются за билетами. Но опера – далеко не единственное, за чем стоит ехать на родину Моцарта.

Обновление героев

Концерты в Зальцбурге всегда были не довеском к оперной программе, а этаким государством в государстве: триумвират больших дирижерских имен и оркестров соседствует с чередой камерных событий, где мирные грезы ценителей классики нередко нарушает музыка ХХ в. И хотя мощная волна современных циклов, запущенная нынешним интендантом фестиваля Маркусом Хинтерхойзером еще в эпоху Жерара Мортье, изрядно подпитывает фестиваль свежими идеями и публикой, слушатели симфонических программ и статусных солистов (обязательная часть афиши) не молодеют. Аудитория эта, может, и чопорная, но воспитанная, героев своих знает и любит, хотя и не прочь взбодриться с появлением нового. В этом амплуа второй год выступает Теодор Курентзис с оркестром MusicAeterna, которому после Моцарта доверили – ни много, ни мало – цикл симфоний Бетховена.

Выход из зоны комфорта

Всего в афише этого года 89 концертов (оперных спектаклей 38). В них есть своя драматургия, может, не столь очевидная, как в опере, но многослойная. Симфонические и сольные программы, вокальные вечера, камерная, духовная и новая музыка – за них отвечает Флориан Виганд, но во всем, что касается современности, чувствуется рука Хинтерхойзера. Его проект Zeitfluss («Течение времени»), посвященный авторам ХХ в., вывел академические программы из рутинного русла и смог завоевать доверие публики к новым музыкальным языкам. Для этого Хинтерхойзер не просто приглашал музыкантов, свободно этими языками владеющих, но и выстраивал сложносочиненные системы взаимных отражений и притяжений, делая ставку на диалог старого и нового искусства.

Герои нового цикла Zeit mit… («Время с…») – те, кто выводит слушателя из зоны комфорта, требует полного погружения в свой мир. Сочинения отбирают такие, которые способны оказывать сильнейшее воздействие на любого слушателя, в том числе неподготовленного. Таковы пространственные композиции Беата Фуррера, вынесенные в пространство Коллегиенкирхе с ее потрясающей нелинейной акустикой, в исполнении детища Фуррера – ансамбля Klangforum Wien. Таковы сочинения Галины Уствольской, страстным пропагандистом и выдающимся интерпретатором которой является сам Хинтерхойзер. Параллели с прошлым и настоящим играют в этих программах смыслообразующую роль: отразить звуковые пространства Фуррера в многоголосном позднеренессансном Реквиеме испанца Томаса Луиса де Виктории, заставить Симфонию «Амен» Уствольской (радикальный, сложно поддающийся дешифровке опус позднесоветской эпохи) вступить в диалог с радикальным фильмом Карла Теодора Дрейера «Страсти Жанны д’Арк» (1928) – в этих сопоставлениях заключается мощная энергетика, воздействующая на чувственные и мыслительные центры слушателей.

Дирижерский топ-5

Зальцбургский фестиваль дает возможность за полтора летних месяца услышать максимально возможное количество музыкантов и оркестров, занимающих лидирующие позиции в мире, от легендарных долгожителей до восходящих звезд. Исключительное положение занимает Венский филармонический оркестр, со времен основания – вот уже почти 100 лет – резидент фестиваля. По его ежегодным пяти программам можно проверять топ-лист дирижеров, с той оговоркой, что Риккардо Мути, выступающий на фестивале почти 50 лет, никому своего места в пятерке не уступает. В числе остальных четверых сегодня Андрис Нельсонс, Эса-Пекка Салонен, Франц Вельзер-Мёст и Герберт Блумстедт.

91-летний Блумстедт далек от того, чтобы почивать на лаврах в статусе живой легенды (каковой он, безусловно, является). Невероятной красоты руки, точный и благородный жест, сложнейшие трагическая Четвертая Сибелиуса и «Романтическая» Четвертая Брукнера по памяти, почти два часа – стоя. Никаких замедленных темпов, часто выдающих поздний дирижерский стиль, абсолютная ясность формы, выкристаллизовавшаяся за многие годы вслушивания в партитуры, совершенство в деталях. Обе симфонии давно в репертуаре Блумстедта, но не звучат как повторение пройденного, скорее как осмысление на новом этапе жизни категорий трагедии и света. Венские филармоники не каждому дирижеру готовы подчиниться, но воле Блумстедта покоряются с радостью.

Воображаемый фильм

Концертной роскоши в Зальцбурге столько, что утром можно услышать легендарного мастера большого стиля, а вечером – не менее легендарного пионера аутентичного исполнительства Роджера Норрингтона. В свои 84 года он уступает Блумстедту по ощущению собранности. Казалось, две знаменитых симфонии Гайдна («Траурная» №44 и La Passione №49) «Камерата Зальцбург» может сыграть и без дирижера, после каждой части награждавшего оркестр довольной улыбкой и лишь к финалу с энтузиазмом включавшегося в процесс.

Концерт остался бы в череде приятных вечеров с кумирами, если бы не встреча старого бунтаря, ушедшего на покой, с молодым. Будто чувствуя, что пора уступать место, Норрингтон пересел в ложу, а скрипачка Патриция Копачинская исполнила Траурный концерт Хартмана в позиции безусловного лидера. Ее ураганная энергетика превратила сочинение 1939 г., пронизанное самыми мрачными предчувствиями, в воображаемый экспрессионистский фильм, где Патриция исполнила все возможные роли – от растерянной девчушки, наигрывающей в начале простенькую тему, до зримого воплощения отчаявшейся толпы. На бис она, любительница подрывать академические устои, сыграла песню «Вы жертвою пали», процитированную в финале, а музыканты оркестра мрачно «промычали» аккомпанемент. Это удивительным образом рифмовалось с концертом летнего абонемента ГАСО в Московской филармонии, где Владимир Юровский затянул ту же песню вместе с полным залом; вот он – дух времени. В ноябре Юровский и Копачинская вместе исполнят в Москве на фестивале «Другое пространство» Скрипичный концерт Фараджа Караева и, кажется, дуэт единомышленников нам гарантирован.

Фигура Копачинской идеально соответствовала центральной теме нынешнего фестиваля – страсть и одержимость. «Страстями по Луке» Пендерецкого его открыл Монреальский симфонический оркестр во главе с Кентом Нагано. Многовековой и многонациональный опыт осмысления страстей в христианском аспекте был сконцентрирован в цикле «Духовные увертюры»: от испанского Ренессанса (Жорди Саваль со своим ансамблем), Шютца и Баха (Херревеге и Collegium Vocale Gent), через Моцарта и Бетховена к грандиозному Малеру (Симфония №2 «Воскресение», Венские филармоники с Нельсонсом) и зияющей экзистенциальными черными дырами музыке Уствольской.

Как обещал

Обязательный пункт фестивальной программы – выступления гостевых оркестров. Любимчики публики – «Западно-Восточный диван» Даниэля Баренбойма, который привечают не только за гуманистические идеалы и пропаганду мирного содружества, но и за высокий уровень оркестра, который, несмотря на вышколенность, отличает восточная темпераментность. Хэдлайнерами стали Лондонский симфонический с Саймоном Рэттлом и Берлинский филармонический оркестр со своим новым шефом, горячо любимым баварцами Кириллом Петренко. Лондонцы помогли фестивалю трогательно отпраздновать 100-летие со дня рождения Леонарда Бернстайна, не раз выступавшего в Зальцбурге. В послевоенной Второй симфонии (по сути – концерте для фортепиано с оркестром) под названием «Век тревог» солировал Кристиан Цимерман: 30 лет назад он играл ее в честь 70-летия Бернстайна под управлением юбиляра и немедленно получил от автора приглашение выступить на его 100-летии. Цимерман слово сдержал, диск с июньским исполнением в Берлинской филармонии под управлением Рэттла выходит на Deutsche Grammophon в последнюю неделю августа. А Зальцбургское исполнение тронуло искренней верой в каждую ноту этого бурного звукового потока, созвучного нашему времени смешением чувства нависающей опасности и безудержного веселья.-

Зальцбург

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more