Мужская мода становится все более значимым бизнесом для компаний – производителей одежды

Дизайнеры это чувствуют и реагируют, показали недели мужской моды
Dior Homme /FRANCOIS GUILLOT / AFP

До относительно недавнего времени все значимые для моды события происходили в основном в женском сегменте: это более денежный рынок, он быстрее реагирует на изменение общественных настроений и модных запросов. Теперь же баланс постепенно выравнивается. Во-первых, рынок мужской моды (как и молодежной) считается более перспективным. По оценке Euromonitor, глобальные продажи одежды составляют $1,54 трлн, на мужскую приходится около 25% и на ближайшие 3–5 лет аналитики прогнозируют ежегодный 2%-ный рост. Во-вторых, покупатели в целом молодеют (по данным Bain & Co и Fondazione Altagamma, к 2025 г. 55% всех мировых трат на люксовые товары придется на потребителей, рожденных после 1981 г.) и становятся менее консервативными. Как показали прошедшие недели моды, это привело к тому, что даже марки, ориентированные на традиционных покупателей, решаются расширять предложение для мужчин и делать его более смелым.

Главные дебюты

Самыми ожидаемыми показами этого сезона стали дебюты в Celine и Berluti, принадлежащих холдингу LVMH.

Celine год назад возглавил Эди Слиман, и одной из его задач стало создание мужской линии, прежде ее не было. Слиман c 2000 по 2007 г. возглавлял Dior Homme, а потом перешел в Yves Saint Laurent, где создавал уже и мужские и женские коллекции, а также запомнился переименованием исторического мода моды в Saint Laurent. Назначение Слимана в Celine было встречено если не скептически, то с удивлением: слишком сильно разнится его дизайнерский стиль с тем, что делала (и очень успешно) в марке прежний главный дизайнер Фиби Файло. Но владелец LVMH Бернар Арно подчеркивал, что верит в Слимана, и поставил ему задачу достичь оборота «по крайней мере в $2–3 млрд» с нынешнего $1 млрд, писала Financial Times. Свою первую работу в новой должности – женскую коллекцию – Слиман представил полгода назад. Она была встречена двояко: пресса писала, что дизайнер не показал ничего нового, а его стиль не вписывается в современную повестку бодипозитива – толерантости – спортивности. Хотя все признавали, что рок-н-ролльная эстетика Слимана узнаваема и имеет множество поклонниц. Показ мужской коллекции Celine в целом закрепляет мнение, сложившееся после женской. Слиман создает все ту же одежду для рок-звезд и их подружек, что прославила его 10 лет назад: кожаные косухи, узкие галстуки, ботинки и туфли. Новшества есть (например, любимый ультраузкий силуэт Слиман сменил на более широкий), но глобальной картины они не меняют. В продаже коллекция начнет появляться с февраля, когда откроется обновленный флагманский бутик Celine, тогда будет ясно, насколько постоянство Слимана оценят покупатели.

В Berluti первую коллекцию показал перешедший из Dior Homme Крис ван Аш. В отличие от Слимана он представил работу менее однозначную, зато более-менее удовлетворяющую самые разные запросы потенциальных покупателей. В коллекции были как радикальные решения (ярко-розовые костюмы, пальто и брюки с рисунком), так и классические костюмы темных цветов, простые пальто. Открывал показ манекенщик в кожаном костюме, а большинство образов дополняли туфли, а не кроссовки – как знак, что марка и при новом дизайнере будет верна своим корням: дорогим изделиям из кожи. Кроме того, в контексте нынешней моды на всеобщее равенство ван Аш позвал на показ моделей разной комплекции и возраста, чем закрепил впечатление стратегии «современность без радикализма».

Классика vs. спорт

Главной модной тенденцией последнего времени было обращение к casual и спортивной стилистике. Все модные марки, в том числе даже такие апологеты классической мужской моды, как Ermenegildo Zegna, Hermes и Brioni, стали делать люксовые кеды и кроссовки, спортивные куртки из дорогих материалов и футболки по 500 евро. Деформализация моды стала настолько повсеместной, что возник закономерный вопрос: когда будет обратный разворот. И, похоже, некоторая усталость от спортивной одежды начинает проявляться.

Кроссовкам и свободным удобным формам пока верен Пьерпаоло Пиччоли, креативный директор Valentino, но он очень тонкий художник, безупречно работающий с цветом и пропорциями, поэтому в его исполнении даже пуховики и свитера выглядят именно как продуманная коллекция, а не тенденциозная халтура. Fendi и Ermenegildo Zegna, прошлые несколько сезонов делавшие упор на спортивные материалы, кроссовки и одежду с крупными логотипами, в этот раз со спортом притормозили. В коллекции Fendi упор сделан на более смелые вариации классики, а не на дорогой спорт: Сильвия Вентурини создала, например, двухцветные костюмы, асимметричный трикотаж, куртки и плащи с рисунками. Коллекция Ermenegildo Zegna более брутальная, в ней много темных цветов и удобных фасонов, но в этом больше отсылок к милитари, чем к стадиону. Даже один из главных адептов спортивного стиля, Вирджил Абло (дизайнер Louis Vuitton и собственной марки Off-White), в коллекции для Louis Vuitton показал брюки и костюмы (настолько классические, насколько это вообще возможно для человека, который прославился футболками с надписями).

Высокое искусство

Компромисс между модой как искусством и коммерцией вынуждены искать все дизайнеры. Получается по-разному. Один из самых титулованных дизайнеров современности, Раф Симонс, в декабре досрочно покинул Calvin Klein – из-за несоответствия финансовых результатов ожиданиям владельцев бренда. На показе собственной марки Raf Simons он подчеркнул, что с выбранного пути не свернет: мода – это творчество, а не угадывание настроений потребителей. Представляя коллекцию, полную сложных цветовых сочетаний и силуэтов из 1980-х с гипертрофированно широкими плечами, Симонс рассказал, что его работа вдохновлена Ивом Сен-Лораном (по совпадению за несколько лет до смерти оставившим руководство собственным домом моды по причине того, что «мода превратилась в коммерцию»).

Главный дизайнер Dior Homme Ким Джонс (пришедший в Dior в марте прошлого года) своей первой коллекцией говорил о важности традиционных кутюрных ценностей. В той коллекции было много дорогих материалов, ручной отделки и сложного кроя. Новая коллекция почти полностью состоит из черных или серых вещей лаконичного кроя и по сравнению с первой может считаться минималистичной. Но впечатление кутюрной работы создают детали, среди которых – тонкое сочетание оттенков, интересные решения вроде аксессуара, наполовину шарфа наполовину пояса, повязанного крест-накрест, и яркие акценты (эта идея подсмотрена Джонсом в архивах Диора), соединение тканей разных фактур. Как показывают продажи первой коллекции Джонса, этого достаточно, чтобы соответствовать представлению покупателей о дорогой одежде исторического дома моды, но не пугать их излишней экспрессивностью.