Статья опубликована в № 4752 от 12.02.2019 под заголовком: Постельная политика

Фильм «Фаворитка» язвительно буквализирует идиому «близость к телу»

Тело власти блистательно играет Оливия Колман, фаворитка «Оскара» в номинации «Лучшая женская роль»

Сенсация уже в том, что Лантимос, лидер «греческой странной волны», снял костюмную историческую драму. Англия, начало XVIII в., королева Анна, герцогиня Мальборо, сюжет, больше всего известный по популярной пьесе Эжена Скриба «Стакан воды».

На континенте идет война за испанское наследство, тори требуют передышки и мирных переговоров, виги – увеличения военных расходов за счет повышения налога на землю. Но у министра Роберта Харли (Николас Холт) нет инструментов влияния на королеву (Оливия Колман), а у Сары Черчилль, герцогини Мальборо (Рейчел Вайс), чей муж возглавляет английские войска, – неограниченный доступ к телу.

Буквально – она не только подруга детства, но и любовница королевы Анны. Королева больна и капризна, делами в государстве фактически управляет герцогиня. Пока при дворе не появляется ее бедная родственница Эбигейл (Эмма Стоун), которую Сара приближает к себе, не разглядев под маской большеглазой простушки жестокую карьеристку, претендующую на место в королевской постели.

Простая история

«Фаворитка» – третий англоязычный фильм Лантимоса и первый за 10 лет снятый не по сценарию его постоянного соавтора Эфтимиса Филиппоу, придумавшего «Клык», «Альпы», «Лобстера» и «Убийство священного оленя». В 2018 г. Филиппоу показал «фильм Лантимоса» без Лантимоса – в «Жалости» его фирменный лаконичный абсурд успешно аранжировал режиссер Бабис Макридис. А Лантимос сделал шаг в сторону и как будто задышал свободней, выбравшись из сценарных лабиринтов, в которых стало тяжело работать с англоязычными звездами, не привыкшими играть с непроницаемым лицом.

Парадоксальные притчи Филиппоу практически не оставляют места для психологии, в них действуют отчужденные персонажи со словарным запасом из учебника иностранного языка для начинающих. И если в греческих фильмах Лантимоса актеры сохраняли невозмутимость в самых диких предлагаемых обстоятельствах, то в англоязычных проектах международные звезды норовили расшатать всю конструкцию, играя по «школе переживания». Кризис стал особенно заметен в «Убийстве священного оленя» – абсурдистской вариации трагедии рока с Колином Фаррелом и Николь Кидман. И Лантимос решился сменить схему. Сценарий «Фаворитки» написала дебютантка в кино Дебора Дэвис, а отполировал опытный телевизионный писатель Тони Макнамара. Самого Лантимоса – впервые в его фильмографии – в списке авторов сценария нет.

В отличие от историй Филиппоу тут нет неожиданных поворотов, сюжет предсказуем, все фокусы и хулиганство – в деталях. Герои носят исторические костюмы (герцогиня предпочитает мужские), но говорят на языке современных сериалов. Хлесткие реплики явно написаны в расчете на цитирование: тут даже служанка мимоходом замечает, что дерьмо на улице – это политический комментарий.

Искаженный мир

А что Лантимос творит с изображением! Дайте-ка мне широкоугольный объектив! Нет, лучше вообще «рыбий глаз». Сколько раз мы видели в кино английскую усадьбу Хэтфилд-Хаус (от «Орландо» и «Влюбленного Шекспира» до «Гарри Поттера»), но такой – никогда. Оператор Робби Райан снимает ее пустынные коридоры и залы как панорамы Google Maps. Планы иногда меняются так, будто кто-то сделал резкое движение компьютерной мышью. Пространства с расчерченным, как шахматы, полом получаются огромными, выпученными, люди в них – потерянными. В какой-то момент королева Анна, оставленная без попечения, перестает понимать, в какой части собственного дворца находится. Если в прежних фильмах Лантимоса фирменную странность обеспечивала по большей части драматургия, то в новом – ракурсы и движения камеры.

Злые клоуны

Самое смешное и несуразное в «Фаворитке» – мужчины, расфуфыренные куклы, нарумяненные и напомаженные болваны в париках, гомерически нелепые на фоне естественных, вполне сегодняшних женщин без лишней косметики (когда королева позволяет себе накраситься, герцогиня Мальборо обзывает ее барсуком). И если Сара и Эбигейл проводят досуг за стрельбой по куропаткам, то придворные дебилы развлекаются, устраивая в коридорах утиные бега или забрасывая помидорами голого толстяка в парике. Еще один подвид – мужланы: один из них в начале фильма выталкивает из кареты Эбигейл, которая летит лицом прямо в «политический комментарий» (хотя подобным образом заканчивает с ней разговор и министр Харли). Мужчины бывают агрессивны, но не опасны. Они глупы и потому полезны. Как юный смазливый капитан Мэшем (Джо Элвин), которого Эбигейл женит на себе, чтобы снова стать леди.

«Фаворитку» уже не раз назвали феминистской картиной, но это не вполне корректно. Лантимос просто выворачивает наизнанку гендерные стереотипы. А заодно отвлекает зрителя от излишнего внимания к сексуальной ориентации героинь: у них обычный любовно-политический треугольник, совершенно логичный в ситуации, когда противоположный пол представлен клоунами, ни одного из которых невозможно воспринимать как сексуальный объект. В единственной гетеросексуальной сцене Эбигейл равнодушно ублажает Мэшема рукой, отвернувшись и разговаривая не столько со стонущим мужем, сколько сама с собой.

Равнобедренный треугольник

У всех трех актрис в «Фаворитке» роскошные и почти равнозначные роли. Все трое в них явно купаются. Но в номинациях кинопремий главной считается роль королевы, а роли Сары и Эбигейл – вспомогательными (supporting).

Логика в том, что образ Анны объемнее – эту роль шатает от гротеска почти до трагедии. Даже внешне – временами королева выглядит совершенной свиньей (ну ладно – барсуком), моментами она по-настоящему красива. Колман пришлось набрать 16 кг, чтобы всерьез вжиться в эту неряшливую, несчастную, по-детски обидчивую, страдающую подагрой обжору, которая ест пирожные до рвоты (а потом облегчает желудок и снова ест). Анна перенесла 17 беременностей, ни один ребенок не выжил, и в память о них в ее огромной спальне живут 17 кроликов (представьте запах). Телесность королевы избыточна, так что при всей психологической нюансировке Колман играет скорее метафору. И если попытаться вывести из «Фаворитки» мораль, то она, пожалуй, в том, что к власти можно коварно стремиться, как Эбигейл, а можно, как Сара, ее любить – искренне и глубоко. И трудно сказать, что хуже.

Странности Лантимоса

Читать ещё
Preloader more