Что смотреть на Фотобиеннале-2020

Первые выставки оказались созвучны тревожной ситуации, сложившейся и в стране, и в мире. Хотя отражают события, случившиеся 20, 50, 70 лет назад
Тод Пападжордж. Без названия, 1978. Из серии «Студия 54». Нью-Йорк, 1978–1980 /МДФ КП

XIII международный фестиваль фотографии «Фотобиеннале-2020» продлится до конца июля. Со временем он расползется, по обыкновению, по разным столичным залам. Пока же в «Мультимедиа арт музее» (МАММ) в Москве открылось 11 новых проектов – девять только что, два работают с конца февраля. Почти все они, за редким исключением, монографические. Большей частью это выставки отечественных фотографов, позволяющие проследить, как менялась страна за последний почти век.

Новая эротика

«Я собирался запечатлеть живые плоть, пот и страсть, какими увидел их в работах венгерского фотографа», – вспоминает Тод Пападжордж, знаменитый американский фотограф, описывая, как была сделана его серия «Студия 54». Под венгром он имеет в виду Жоржа Брассая: его фотографии, запечатлевшие ночную жизнь Парижа, были выставлены тогда в Нью-Йорке в MOMA. А теперь 54 снимка Пападжорджа (автор уверял, что число случайно совпало с названием самого известного в конце 1970-х клуба на Манхэттене, но кто же в это поверит) демонстрируются в МАММе.

Юрий Рыбчинский. Надежная охрана. 1978 /МДФ КП

Клуб открылся в апреле 1977 г. в здании бывшего театра с абсолютно сохранными интерьерами, что легко увидеть в кадрах, полных самых разных примет гламура 1970-х. В «Студии 54» бывали все новые и старые знаменитости эпохи – от Уорхола и Лайзы Миннелли до Барышникова, Нуреева, Мика Джаггера, Лиз Тейлор etc. Помните, как в сериале Sex and the Сity Кэрри пытается выспросить у героя Барышникова подробности про «Студию 54»? Вот здесь их можно пусть не услышать, но увидеть – моду, хеппенинги, свободные нравы, от которых даже в Нью-Йорке теперь остались в лучшем случае воспоминания. Клуб закрылся уже в 1980-м и давно стал историей, в которую сегодня, в эпоху повсеместно утвержденной полит- и секскорректности, верится с трудом.

О том, как менялись нравы в фэшн-индустрии, рассказывает проект Ника Найта, одного из самых влиятельных модных фотографов: от Наоми Кэмпбелл, снятой в 1987-м в красном пальто Yohji Yamamoto, мы добираемся до Джазель Занотти образца 2016 г. А нынешние нравы в моде демонстрирует новый календарь Pirelli. Ник Найт тоже снимал для Pirelli, только в 2004-м, и видно, насколько кардинально изменились вкусы. В этом году фотографом календаря был выбран Паоло Роверси, а он, в свою очередь, выбрал в круг героинь Эмму Уотсон – пусть и снявшуюся в нашумевших «Маленьких женщинах», но известную прежде всего как всезнайка Гермиона, подружка Гарри Поттера. Другой столь же далекий от секс-символа образ – Клэр Фой, актриса, ставшая узнаваемой благодаря сериалу «Королева», где она играет собственно Елизавету II. И никакой обнаженки, никаких сексуальных вызовов, кроме как во взглядах, – это и есть эротика эпохи #metoo.

Старая реальность

Ульяна Подкорытова. Из проекта «Рай’ок». 2019 /Пресс-служба «Фотобиеннале-2020»

Несколько выставок, заявленных в программе «ШР в МАММ» (Школа Родченко – подразделение «Мультимедиа арт музея»), так или иначе отражают современность. Красноречивее других выглядят свидетельства Ульяны Подкорытовой, обыгрывающие этнографию Русского Севера и интернетный постфольклор. Кульминация ее проекта – видеоопера, названная, как и вся выставка, «Рай’ок». Название условно отсылает к ярмарочному балагану – тому самому райку, но одновременно и к унылому настоящему, которое кто-то считает раем, где все для него о’кей.

Прошлое на биеннале в контексте этого проекта тоже можно воспринимать как раек: мы смотрим, словно через окошко деревянного ящика балаганного фокусника – глаз объектива фотокамеры, на то, что было и как.

Самое раннее из всего, что есть на Фотобиеннале-2020, – классические кадры Эммануила Евзерихина. Абсолютная звезда отечественной фотожурналистики, он начал свою карьеру в 1934-м – ему было 23. И почти 20 страшных лет Евзерихин входил в ограниченный список фотографов ТАСС, портретировал Сталина и его окружение. Но в работах своих, даже подчеркнуто оптимистичных и пафосных, умудрился сказать все, что хотел. И оставить будущим зрителям простор для воображения и для поиска ассоциаций с современностью. Которые, строго говоря, даже искать не нужно.

Оттепель показана в проекте Александра Слюсарева, эстета и минималиста, умершего 10 лет назад. Одинокие герои Слюсарева 1960–1970-х в стране, где массы решали все, наверняка воспринимались как вызов. Как персонажи хуциевского «Июльского дождя» или фильма Михаила Калика «Любить». Их эти одиночки и напоминают.

Потом наступили новые времена, их отразил фотограф Юрий Рыбчинский, который вырос и сформировался в эпоху оттепели, но снимал уже конец 1980-х – начало 1990-х. Позже мы застанем еще пару таких мимолетных эпох свободы. Например, начало нулевых, которые представлены в проекте Владимира Мишукова «Неоновые мечты». Но эта серия хорошо известна – в 2003 г. Мишуков получил за нее Гран-при конкурса «Серебряная камера» как автор лучшего фоторепортажа о Москве. Тогда как в проекте Рыбчинского, громко названном «Новый реализм в российской фотографии. 1970–1990-е годы», много вещей доселе невиданных, специально напечатанных к выставке со старых негативов.

Это забытая многими правда постперестроечной жизни. Жизни дикой, странной и мрачной, вместившей, например, съезд национально-патриотического фронта «Память» (1991). Жизни абсурдной, в которой в 1990-м случился съезд целителей «Чудотворцы России». Жизни плодотворной и оптимистической, как в мастерской Ильи Кабакова на Сретенском бульваре, снятой Рыбчинским в 1988-м. Или в документации бессмертной выставки-акции «Клуба авангардистов», устроенной Иосифом Бакштейном и группой «Чемпионы мира» примерно тогда же в Сандуновских банях. Среди ее участников были Дмитрий Пригов, Константин Звездочетов, Владимир и Сергей Мироненко, Борис Матросов. Многие до сих пор вспоминают о ней, выискивая в памяти свидетельства того поразительного, безудержного веселья, которому, казалось, никогда не придет конец.