Менеджмент
Бесплатный
Григорий Милов|Татьяна Воронова
Статья опубликована в № 2676 от 25.08.2010 под заголовком: Публичное недоверие

Какие последствия будут у Сбербанка после обнародования списка уволенных

Эксперты проанализировали возможные юридические, репутационные и мотивационные последствия решения Сбербанка опубликовать списки сотрудников, уволенных по инициативе работодателя. Хорошими их назвали лишь немногие из опрошенных

Вконце прошлой недели Сбербанк вывесил на сайте фамилии, места работы и причины увольнения 426 сотрудников, отношения с которыми банк разорвал с января 2009 г. по 18 августа 2010 г. Большинство из них были уволены по пунктам 5 и 7 статьи 81 Трудового кодекса (ТК) – утрата доверия и неисполнение обязанностей, следует из записи на сайте Сбербанка. Предсказать последствия этого шага мало кто берется, однако несколько экспертов согласились их проанализировать.

Юридические тонкости

Мотивы работодателя можно понять: он хотел донести до сотрудников возможные последствия неправильного поведения на рабочем месте, говорят сразу несколько экспертов. Но его действия дают основания говорить о возможном нарушении ТК РФ в той его части, которая имеет отношение к обработке персональных данных, отмечают они.

Персональными данными юристы считают любую информацию, позволяющую идентифицировать работника, соглашается Дмитрий Кофанов, юрист, консультант центра абонентского обслуживания NS Consulting, фамилии бывших сотрудников, места их работы и причины увольнения, несомненно, подпадают под эту категорию, утверждает он.

Статья 88 ТК РФ запрещает работодателю сообщать персональные данные работника третьей стороне без письменного согласия работника, за исключением случаев, когда это необходимо в целях предупреждения угрозы жизни и здоровью работника, говорит Кофанов. Лица, виновные в нарушении норм, регулирующих получение, обработку и защиту персональных данных работника, привлекаются к дисциплинарной, материальной, гражданско-правовой, административной и даже уголовной ответственности в порядке, установленном федеральными законами.

В частности, по статье 137 УК незаконное распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, наказывается штрафом в размере от 100 000 до 300 000 руб. – или в размере заработной платы либо иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, – либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от двух до пяти лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев.

Ответственность возникает у должностного лица, который получил указанную персональную информацию в рамках выполнения своих служебных обязанностей, уточнил Кофанов. В данном случае такими лицами могут быть сотрудники отдела персонала, в служебные обязанности которых входила обработка персональных данных уволенных сотрудников Сбербанка, говорит он. Ситуация для Сбербанка не самая простая: каждый из упомянутых на сайте – потенциальный истец, суды могут проходить как по месту регистрации работодателя, так и по месту жительства истцов. Прецедентов опрошенные «Ведомостями» юристы не знают, решения, по их словам, могут быть как в одну, так и в другую сторону.

Мотивационный капкан

До Сбербанка на такую меру финансисты не решались, а единственный черный список банкиров ведут ЦБ и АСВ, но он состоит исключительно из владельцев и топ-менеджеров.

Банк хочет упредить противоправные действия сотрудников и повысить доверие к себе, объяснил его представитель. «Чтобы неповадно было воровать! – так ответил один из менеджеров банка на просьбу «Ведомостей» объяснить причину появления списка. – Все эти люди уволены по статье, и мы не хотим, чтобы они в принципе работали в банковской системе». Его коллега подтверждает, что в первую очередь руководство хотело вызвать реакцию у самих сотрудников – список будет постоянно обновляться.

Не факт, что это укрепит лояльность, но с психологической точки зрения ход правильный, считает Сергей Львов, гендиректор консалтинговой компании Axes Management: если люди будут знать, что за нарушениями последуют болезненные публичные наказания, гораздо меньше сотрудников решатся нарушения совершать. Эффект будет, даже если большинство оставшихся сотрудников не знают ни своих коллег, ни обстоятельств совершения ими нарушений. Если есть доска почета, то может быть и доска позора, утверждает Львов. В любом коллективе не так много хронически нечестных и хронически честных людей, считает он, те, кто посередине, правильно реагируют на перспективы получения наказания. Доска позора может быть довольно эффективным инструментом, но при условии, что с юридической точки зрения все гладко, говорит Львов.

Влияние на мотивацию будет – и оно будет сильным, считает профессор ГУ-ВШЭ Тахир Базаров. Причем независимо от того, в положительную или отрицательную сторону. Если за этим решением стоит просчет или спешка, то влияние будет негативным. Проявится оно в первую очередь в увеличении текучести кадров, причем наиболее профессиональных. Заметно станет тоже в течение примерно полугода.

Если же решение выверенное и за ним стояла большая работа, то ход можно признать сильным, даже если некоторые суды будут проиграны. Ведь его можно расценить как решительный шаг в сторону обновления корпоративной культуры Сбербанка, символ решительного расставания со старыми методами управления, уточняет Базаров. Он сравнивает публикацию имен уволенных с героически безрассудным поступком, который, как и каждый героический поступок, очень рискован.

Репутационная педагогика

Репутационные выгоды и издержки Сбербанка будут зависеть от того, как банк отработает ближайшие полгода, считает Базаров. Если будет работать по-старому или хуже, то понесет издержки, если же начнет работать совсем иначе, то может получить фантастические выгоды, отмечает он. А заработал ли банк по-новому, увидеть легко – достаточно посмотреть на финансовые показатели банка и на то, как изменилось его отношение к клиентам: стало ли клиентам комфортнее, уменьшилось ли число нареканий к работе банка.

В компании HeadНunter пять лет следят за действиями работодателей, направленными на укрепление их репутации в глазах соискателей, рассказала консультант по HR-брендингу Нина Осовицкая. Среди них доминируют инструменты положительной, а не отрицательной мотивации: обучение, развитие, премирование, а не наказания, штрафы или лишение премий. По крайней мере о наказаниях сотрудников как о лучших практиках работодатели не рассказывают, отмечает она. Лучшие практики связаны с предупреждением возможных злоупотреблений, а не с сообщениями о наказаниях за уже совершенные проступки, говорит она, даже черные списки соискателей, по ее словам, постепенно уходят из российской практики HR. Если сотрудник не подошел одному работодателю, это не значит, что он не подойдет другому.

У «ВТБ 24» черного списка нет, заверила представитель банка Анна Амелькина. «Даже если бы он был, мы бы не стали его публиковать на всеобщее обозрение. Зачем уничтожать людей, если они раз оступились в своей жизни?» – восклицает она. Не пошли бы на такую меру и в Райффайзенбанке. «Имея подобную запись в трудовой книжке, устроиться на работу в банк практически невозможно, разве что завести новую, – полагает предправления банка «Союз» Андрей Хандруев, – но в таком случае госбанк оказывает хорошую услугу другим банкам».

В 2008 г. в компании «Евросеть» служба персонала распространила внутри компании информацию об объеме интернет-трафика некоторых сотрудников. Нужно было показать людям, что компания им платит только за работу, рассказывает Александр Сивогривов, в 2008 г. вице-президент по организационному развитию и работе с людьми «Евросети». Рабочее время сотрудников принадлежит компании, говорит он. «Евросеть», по его словам, персональные данные сотрудников не разглашала. Для широкой публики информация, распространенная внутри «Евросети», не предназначалась. В руки СМИ она попала без участия руководства компании, отметил он. Но этот способ борьбы с недисциплинированностью оказался действенным, утверждает Сивогривов. Некоторые из провинившихся уволились по собственному желанию. Достаточно большое количество сотрудников снизили свой интернет-трафик в рабочее время. Никаких судов, по словам Сивогривова, не было. Потому что не было оснований подавать в суд, заключил он.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать