Стиль жизни
Бесплатный
Рэйчел Сандерсон

Кто шьет костюмы для Дмитрия Медведева и оскароносных фильмов

Семейный бизнес Массимилиано Аттолини, ставший символом Неаполя
Массимилиано Аттолини шил пиджаки и жилеты для оскароносного фильма «Великая красота»
kinopoisk.ru-La-grande-bellezza

В цехе неподалеку от Неаполитанского залива гендиректор Kiton Антонио де Мат­теис объясняет, в чем особенность неаполитанского мужского костюма.

«Если все кроится и шьется вручную, костюм лучше садится на фигуру, носится дольше и со временем становится только лучше», - рекламирует он, выворачивая недошитый серый кашемировый пиджак изнанкой наружу, чтобы продемонстрировать четкие двойные стежки. Сам он красуется в темном пиджаке и полосатом галстуке.

Успех в пиджаках

Идея, что красота (под ней подразумевают моду, кулинарию, культуру и туризм) спасет Италию, весьма популярна среди итальянских политиков и бизнес-элиты. Перспективы и ограничения этой концепции ясно видны на примере неаполитанских портных.

«Мы стали символом Неаполя для всего мира», - говорит Массимилиано Аттолини. Семейный бизнес Cesare Attolini был основан в 1930-х гг. Семья управляет такими известными брендами, как Kiton, Attolini и Rubinacci. Они продают свои костюмы клиентам из Нью-Йорка, Лондона, Москвы и Гонконга. Де Маттеис только что представил на неделе моды в Милане новый приталенный пиджак и брюки. Он уверяет, что растет спрос со стороны молодежи на модели Kiton, цены на которые могут доходить до 50 000 евро. В прошлом году продажи компании выросли на 6% до 100 млн. У нее 43 магазина в Европе, США, Азии и на Ближнем Востоке.

В промышленном районе Неаполя Арцано 350 портных Kiton сидят в огромном цехе, кроя спинки, полочки, воротнички, карманы, лацканы. Воздух в помещении влажный из-за утюгов с отпариванием, благодаря которым при шитье шерсть остается теплой и эластичной. На стенах висят флаги местного футбольного клуба SSC Napoli вперемешку с изображениями Иисуса Христа и Падре Пио, монаха ордена капуцинов, канонизированного в 2002 г.

Де Маттеис - племянник основателя Kiton Чиро Паоне, торговца тканями в пятом поколении, который в 1956 г. решил заняться портняжным искусством. По словам де Маттеиса, в день Kiton делает 85 пиджаков, в год - где-то 20 000. Мощный бренд должен выпускать по 400 пиджаков в день, считает он.

Главное - не выделяться

Мария Джованна Паоне, вице-председатель компании и дочь основателя, говорит, что превратности жизни в Неаполе и трудности ведения здесь бизнеса делают местных портных только сильнее: «Умение справляться с препятствиями стало неотъемлемой частью неаполитанского характера; местные жители умны, они умеют делать свое дело, ведь они всегда готовы к тому, что в любой момент может произойти все, что угодно».

В Казальнуово-ди-Наполи, где преобладают ветхие здания, расположен цех Cesare Attolini. Эта компания также гордится тем, что практически все делает вручную. Куски разноцветной ткани заполняют ее склад, а на этаж выше 130 портных, в основном мужчины, в белых пиджаках кроят ткань или же молча шьют, рассевшись небольшими группами. Один искоса поглядывает в окно, пришивая мелкими стежками лейбл Attolini внутрь пиджака. Из окна открывается вид на завод по утилизации автомобилей.

«Полвека назад множество достойных людей перебрались в Неаполь. Среди них было немало портных, больше тысячи... Теперь мы снова выходим в мир», - говорит Аттолини, руководящий бизнесом на пару со своим братом Джузеппе. Он говорит, что обязательная черта неаполитанских предпринимателей - умение не выделяться.

Костюм для Медведева

На изготовление одного костюма Attolini уходит 30 часов рабочего времени. Цены начинаются от 4000 евро. За вигоневый костюм придется выложить 50 000 евро. «Самый дорогой не обязательно самый элегантный», - замечает Аттолини.

Но у клиентов вряд ли возникают проблемы с оплатой: одежду из Неаполя носят Дмитрий Медведев, Аль Тани, Франк Фертитта. Летом Аттолини с братом наносят визиты американским чиновникам, когда их яхты заходят на Капри или Сардинию. Attolini продает 11 000 костюмов в год. В 2013 г. продажи выросли на 12%, но с тех пор рост замедлился из-за уменьшения заказов из России после того, как она оказалась под санкциями.

Сделав ставку на люксовые вещи, Аттолини только выиграл: «Производя высококачественный пиджак, защищаешься от конкуренции со стороны Китая - ты становишься чем-то вроде Ferrari. Хорошо и то, что очень состоятельные люди не слишком ощущают последствия экономического спада».

Портняжная школа

В Неаполе около 25% безработных - это один из худших показателей в Европе. А вот умелых ремесленников дефицит. Чтобы стать хорошим портным, нужно учиться 10-15 лет. Как рассказывает Аттолини: «Мы расспрашиваем наших работников об их сыновьях, племянниках, кузенах - не хотят ли они пойти по стопам родственника?»

Kiton 10 лет назад сделал пророческий ход - основал портняжную школу. Каждый год в нее набирают дюжину студентов, в основном местных. 80 выпускников устроились в компании, остальные нашли работу у других портных Неаполя. «Мы разглядели в местных уроженцах талант. И таким образом обеспечили свое будущее», - говорит де Маттеис.

В Неаполитанской Ривьере расположен Eugenio Marinella - магазинчик с вековой историей, где продаются самые известные галстуки в городе. Внук основателя Маурицио Маринелла говорит, что традиционные производители мужского платья сейчас как сыр в масле катаются - ручная работа снова в моде. Глобализация так и не добралась до Неаполя. Секреты мастеровых и навыки su misura - изготовления костюмов на заказ - дожили до наших дней: «Мир вновь открывает искусство ручной работы, а Неаполь никогда его не терял».

За углом два десятка рабочих изготавливают галстуки Marinella в двух зданиях на обсаженной пальмами площади, где родился Маринелла. Его основными клиентами некогда были итальянские политики и деятели кино. Теперь главные покупатели - американцы, русские и британцы. Маринелла открыл магазины в Лондоне, Лугано, Милане, Токио и Гонконге. В прошлом году выручка составила 17 млн евро.

Может ли красота спасти Неаполь, как надеются итальянские политики? Маринелла отвечает уклончиво: «Неаполь - это и разруха, и моя сила, мои эмоции». Он открывает свою лавку в 6.30 утра: «Мы предлагаем посетителям сфольятелле (пирожки со сладкой начинкой) и кофе, чтобы ублажить их и показать им рабочий Неаполь, который встает рано ради того, чтобы трудиться. Этот Неаполь вечен».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать