Америке нужен я

Во-первых, я рассчитываю на один срок, во-вторых, я буду проводить жесткую политику, и,в-третьих, с меня всегда можно будет спросить по гамбургскому счету, я не приемлю половинчатых решений. Мне кажется, это достаточно деловой подход и лучший из тех, что доступны сейчас на американском президентском рынке. (WSJ) Дональд Трамп, миллионер, предприниматель в области строительства

Давайте сразу к делу. Я собираюсь баллотироваться в президенты.

Мои мотивы не имеют ничего общего с честолюбием. Не собираюсь я и блокировать избрание других кандидатов. Я буду баллотироваться только в том случае, если буду убежден, что выиграю выборы.

Окончательное решение я приму уже в этом году.

Я не политик-профессионал, стремящийся вписать последнюю строчку в свое резюме. Я намереваюсь баллотироваться только потому, что убежден: наши основные партии сбились с пути. Республиканцы стали пленниками своего собственного правого крыла. Демократы - пленниками левого. Я не слышал, чтобы кто-нибудь вступился за интересы трудящихся, тех, кто посередине.

После того как в Нью-Йорке городские власти потратили $20 млн и семь лет, пытаясь отремонтировать каток Уоллмэн в Центральном парке, вмешался я и проделал всю работу за три месяца, потратив $1,4 млн. Люди стали уговаривать меня баллотироваться в мэры. Спустя несколько лет нью-йоркское отделение республиканской партии уговаривало меня баллотироваться против губернатора Марио Куомо. Оба раза я был благодарен за оказанное мне доверие, но отклонял предложения.

Почему теперь я думаю участвовать в президентских гонках? Прежде всего потому, что выдвинуть мою кандидатуру мне настоятельно посоветовал губернатор штата Миннесота Джесси Вентура.

Я испытываю глубокое уважение к Джесси. Если принять во внимание, что выбирать мне пришлось между еще одним избирательным списком закоснелых политиков с одной стороны и здравым смыслом и прямотой Джесси - с другой, о легко представить себе, почему я сделал такой выбор.

Вторая причина, по которой я думаю баллотироваться, - это Патрик Бьюкенен (один из лидеров республиканцев). Он обладает даром говорить просто, но часто говорит глупости. Например, его замечания касательно того, следовало ли Америке остановить Гитлера. Его доводы вызывают неприятие. Тем не менее вначале профессиональные политики встретили их гробовым молчанием. Это отражает главную проблему современных политиков: они так озабочены задачей собрать наибольшее число голосов, что не находят в себе решимости выступить с опровержением против человека, который закрывает глаза на варварство.

Я согласен с мнением многих весьма уважаемых экономистов, что в ближайшем будущем нашу экономику ожидают крупные потрясения.

Поскольку я смог победить спад в собственной отрасли (который в значительной степени произошел по вине правительства), я знаю, какие жесткие и непростые решения должен предпринимать руководитель, чтобы вернуть процветание своему бизнесу. Путь восстановления не бывает легким, и следящие за изменением собственного рейтинга политики, которые утверждают обратное и управляют страной в соответствии с подобным мнением, лишь усугубляют проблему.

Я понимаю, что наши долгосрочные интересы требуют, чтобы мы лучшим образом оформили отношения с нашими зарубежными торговыми партнерами. Это вызовет протест, потому что мы уже, к сожалению, привыкли к доступности дешевых, производимых на потогонных предприятиях товаров, приток которых обеспечивает нам экономическую стабильность. Если в переговоры вступит президент Трамп, мы сможем добиться лучших условий для американских рабочих и их семей.

Американцы также могут быть уверены, что я никогда не повторю ошибок тех американских политиков, которые экспериментировали с фондом социального страхования. Правительство уже пыталось инвестировать средства из пенсионного фонда в фондовые рынки.

Правительство, которое берется играть роль эксперта по инвестициям, неизбежно попадет под влияние могущественных лоббистов и политических игроков.

Наши отношения с государствами, традиционно считающимися в Соединенных Штатах проблемными, тоже претерпят значительные изменения. Я сумею дать Пхеньяну понять, что у Северной Кореи есть выбор из двух вариантов. Либо эта страна навсегда выходит из гонки ядерных вооружений, либо ее ожидает то, что пришлось пережить Ливии в 1986 г. во время президентства Рональда Рейгана.

В том, что касается отношений с самым извращенным из режимов в нашем полушарии - режимом Фиделя Кастро, - я также поспешил бы расставить все точки над i.

Благодаря нашему эмбарго и не без помощи России, сильно сократившей свою помощь Кубе, этот режим уже доведен до крайности. Дело почти сделано, но вдруг при поддержке бюрократов из государственного департамента начинаются попытки спасти Кастро при помощи американских долларов.

Пусть это многим не понравится, но любая нормализация отношений с Кубой при ее нынешнем руководстве - чистейшее безумие.

Будучи президентом, я буду придерживаться трех принципов.