Перебежчик

Популярная идея Виктора Геращенко о разогреве экономики потребительским спросом находит сторонников даже внутри правительства, которое отвергло денежно-кредитную программу ЦБ. Министр труда и социального развития Сергей Калашников в интервью "Ведомостям" высказался за расширение потребительского спроса. А сегодня министр объявит о планах развертывания широкого фронта общественных работ - еще одном классическом способе стимулирования производства. Пока, правда, только на Северном Кавказе.

- Сергей Вячеславович, в чем, по-вашему, суть социального подхода к экономике? - Главный тезис заключается в том, что экономические реформы в России пробуксовывают из-за недоучета социальных факторов. В экономически развитых странах доля фонда оплаты труда в ВВП составляет 50%. У нас - 25%. При этом она имеет тенденцию к сокращению. В реальной жизни это проявляется в следующем: если для абсолютного большинства стран доля фонда оплаты труда в конечной цене продукции составляет порядка 60 - 80%, то у нас в стране средняя доля фонда составляет 7 - 10%. При этом цены ряда товаров близки к мировым. Я бы хотел подчеркнуть, что это уже отражается во вполне ощутимых негативных последствиях: объем розничного товарооборота падает, то есть, иными словами, потребительский спрос скукоживается. Это означает, что, не подняв потребительский спрос, не подняв доходы населения, прежде всего зарплату, мы не сможем обеспечить реальные инвестиции в отечественную промышленность и по сути дела не сможем ее поднять.

- Какие условия должны сопутствовать увеличению заработной платы? - Прежде всего этому должно предшествовать еще одно действие - искоренение системы задержек заработной платы. Мне мои оппоненты совершенно справедливо говорят: давай, повысим заработную плату.

Но что это означает? Это означает: насколько мы повысим зарплату, настолько мы увеличим долг по ней. И хотя мы за последний год более чем на 30% сократили этот долг, он все равно составляет грандиозную сумму в 54,6 млрд руб. во всех секторах экономики.

- Что нужно сделать, чтобы выплачивать зарплату вовремя? - Здесь мы затрагиваем очень серьезную проблему. Дело втом, что на сегодняшний день вРоссии по сути выгодно быть банкротом, быть полностью лежачим. В том числе выгодно не платить заработную плату - это значит, ты не платишь налогов и отчислений в соответствующие социальные фонды.

Означает ли это, что все те, кто не платит заработную плату, реально не могут ее платить? Ничего подобного. Я убежден, что все предприятия Российской Федерации можно условно разделить на три группы: 48% предприятий - успешные, у них все в порядке.

А вот из оставшихся 52% только порядка 10 - 15% - это те предприятия, которые уже точно никогда не встанут. Они не платят зарплату, у них устаревшие основные фонды, и их изделия никому не нужны, они уже ушли с рынка - они мертвые. И от того, что мы их не закрываем, никому не легче. Другое дело - еще те порядка 40%, которые сейчас находятся в плачевном состоянии: здесь стоит проблема оздоровления, инвестиций, оборотных средств, связанная со всей финансово-кредитной системой. Ведь до тех пор, пока банковский кредит будет больше 15%, эти предприятия никогда не поднимутся. Но это - отдельная тема. А вот из-за того, что у нас не хватает политической воли обнакротить мертвые предприятия, людям не лучше, а только хуже. Они не выходят на рынок труда, активно не ищут работу. Более того, я уверен, что реальная угроза банкротства сама по себе уже отчасти решила бы проблему выплат. Как только мы обанкротили бы одного должника, другие сделали бы все, чтобы заплатить своим работникам.

- Центробанк представил программу денежно-кредитной политики на следующий год, в которой как раз предполагалось повышать уровень доходов населения.

- Правительство рассмотрело этот проект.

И ЦБ было предложено вместе с заинтересованными министерствами его доработать. Основной камень преткновения - это вопрос, связанный с повышением заработной платы встране. Я считаю, что многие идеи, которые Центробанк озвучил, безусловно имеют под собой реальное основание. И мне как министру труда приятно, что Центробанк понимает роль заработной платы вэкономике. С другой стороны, аргументы других министерств тоже нельзя игнорировать. Поэтому я думаю, что в итоговом документе будут учтены достоинства всех подходов.

- Требования, предъявляемые МВФ к российскому правительству, как-то ограничивают возможности действий в социальной сфере? - У нас сейчас завис третий транш кредита на реформирование социальной сферы. Это бюджетозамещающий кредит в$250 млн.

Конечно, втаких трудных условиях, вкоторых находится экономика, это были бы вовсе не лишние деньги. Бюджетозамещающий займ пошел бы вреальные платежи бюджета по разделу социальной политики.

И тот факт, что мы его не имеем, это, конечно, плохо. Но, с другой стороны, я не считаю, что эти деньги делают погоду. Это всетаки копейки по сравнению с тем, что тратит государство на социальную политику.

- Насколько ощутимой для бюджета будет операция федеральных войск в Чечне? - Я не думаю, что она образует незаполнимую брешь в наших финансах. Мы сейчас уже подсчитали все, что касается социальной сферы. Основные затраты идут на дополнительное материальное обеспечение ребят, которые там воюют. Мы тоже сначала думали, что социалка там выльется в большие деньги. Но оказалось - не больше, чем нужно на нормальный субъект Федерации, которому в рамках трансферта оказывают помощь.