Минфин доволен всеми, особенно кредиторами
Министерство финансов доложило вчера о перевыполнении бюджета на 1999 г. по доходам на 24,8% и по расходам - на 15,8%. Российская Федерация еще никогда не показывала таких высоких результатов исполнения основного финансового закона. Останавливаться на достигнутом Минфин не спешит - слишком слаба надежда на международную помощь.
Впрочем, по мнению Михаила Касьянова, резервы для дополнительных доходов можно найти и в следующем году.
Впервые за всю новейшую историю России федеральный бюджет исполнен более чем на 100%, и второй раз после 1997 г. имеется тенденция к экономическому росту. По словам министра финансов Касьянова, в уходящем году уровень ВВП увеличится на 1,5% - до 4500 млрд руб., а производства на 7 - 8%. Всего доходы бюджета составили 598,4 млрд руб., расходы - 666,1 млрд руб., а первичный профицит достиг 90,7 млрд руб., или более чем 2% ВВП. Таким образом, достигнуто превышение практически по всем бюджетным параметрам, кроме дефицита, который с запланированного уровня в 101 млрд руб. снижен до 67 млрд руб.
Разумеется, исполнение вековечной мечты российского государства, которому редко хватало денег, позволило правительству продвинуться по всему фронту войны с долгами - как внешними, так и внутренними. Расходы по заработной плате выполнены на 110,6% от запланированного, в Пенсионный фонд направлено 17,7 млрд руб., полностью профинансированы расходы по социальной политике, науке, культуре и здравоохранению.
Более того, правительство начало расплачиваться с бюджетными долгами прошлых лет, направив 4,9 млрд руб. на оплату оборонного заказа за 1997 - 1998 гг.
Что касается обязательств по государственным займам, то инвесторы удостоились особой благодарности Касьянова за дружную поддержку новации ГКО-ОФЗ, в результате которой было обменяно 98,17% от общего объема облигаций. На внешних долговых фронтах успехи более скромны, но, видимо, не менее значимы: была достигнута договоренность с Парижским клубом о реструктуризации межгосударственных обязательств и начат диалог с корпоративными инвесторами, объединенными в Лондонский клуб, с которыми Касьянов надеется договориться в I квартале 2000 г. Хватило и на ведение чеченской кампании, и на увеличение трансфертов регионам.
Относительно причин финансового успеха Минфин старается не заблуждаться, но не согласен и с тем, что это банальное стечение обстоятельств. Замминистра Сергей Игнатьев отметил, что высокая инфляция (37% против 30% запланированных) дает не более 4% из 26% профицита, а в доходах бюджета цены на нефть составляли 5% в начале года и только 15% к концу.
Соответственно, высокий результат объясняется не только этими причинами, но и, например, ростом производства и успехами в налоговом администрировании. Между тем специалисты из бюджетного комитета Госдумы отмечают, что рост ВВП произошел по сравнению с кризисными данными прошлого года. Кроме того, бюджет принимался до того, как изменилась конъюнктура цен на нефть.
Также специалисты отметили, что предполагалось снизить ставку налога на добавленную стоимость, чему воспротивились международные кредитные организации. В результате ставка осталась прежней, что в значительной степени и дало возможность МНС перевыполнить план более чем на 40%.
В меньшей степени, чем МНС, Минфину помогли в Государственном таможенном комитете, "всего лишь" обеспечившем выполнение плана по сбору доходов, а Мингосимущество не смогло достичь и этого. Впрочем, под конец года в финансовом ведомстве и из этого сделали "конфетку", обозначив невыполненную часть плана как "резерв собираемости" доходов.
Словом, в Минфине убеждены в правильности выбранного пути.
По словам Касьянова, в ближайшее время он должен привести Россию к "более глубокой финансовой стабилизации", несмотря на предстоящие в 2000 г. выплаты по долгам в размере $10,2 млрд, из которых 3 млрд приходится на I квартал. На поддержку международных финансовых организаций здесь рассчитывают, но не молятся и готовы обойтись бюджетными доходами и "другими источниками финансирования" ( (видимо, имелся в виду ЦБ). Своих коллег по госслужбе Касьянов призвал исполнять экономические законы, очевидно, имея в виду вступающий в действие с нового года Бюджетный кодекс, предполагающий уголовную ответственность чиновников за нарушение закона о бюджете.