Новые непримиримые
Политическая консолидация вокруг нового лидера приобретает чудовищные формы. Губернаторы, мэры, либералы, социалисты, сталинисты и умеренные сепаратисты строятся в пионерские колонны, рапортуют и присягают на верность. Представители конкурирующего "Отечества" скребутся в двери Кремля, предлагая лечь под Путина. Больше всего боятся, что их прогонят. В то время как в самом Кремле затрудняются в выборе, кого из бывших оппонентов выгодней сделать спикером лояльной Думы - Селезнева или Примакова. Одна жалость: что нельзя обоих сразу.
Последняя надежда - на вечно оппозиционных коммунистов и та увядает на глазах. Геннадий Андреевич хоть и выставился на президента, но всем своим вялым видом показывает, что делает это исключительно по должности.
Создается впечатление, что стране еще остались какие-то оппозиционеры, но оппозиция целом потеряла смысл, стимул и перспективу. Мотор заглох.
К счастью, это не так. На этих выборах и после них будет настоящая, мощная, перспективная и мотивированная оппозиция, качественно отличающаяся от всего того, что мы видели до сих пор.
До сих пор такого просто не могло быть. Для нее просто не было условий. Все предыдущие оппозиции так или иначе боролись за власть или хотя бы за какой-то кусок власти и естественным образом стухали, потеряв соответствующую перспективу.
Этой оппозиции власть как таковая не очень-то и нужна, во всяком случае на первых порах. Эта оппозиция нацелена на совершенно конкретный ликвидный спрос - это прозападные политические, идеологические и коммерческие структуры, у которых появился мощнейший стимул и устойчивый рынок в связи с известными тенденциями в наших отношениях с Западом.
Это публичные структуры, которые будут всеми силами пытаться убедить прогрессивное человечество, в первую очередь зарубежное, в том, что они являются единственными носителями и защитниками цивилизованных гуманитарных ценностей.
Ресурс оппозиционности у этих структур практически неисчерпаем, поскольку для того, чтобы закрепиться в этой сверхликвидной нише, им необходимо вытеснить оттуда всех остальных, первую очередь действующую власть. Для этих структур любая проблема в отношениях с Западом - это подарок: Чечня, коррупция, недостаточная альтернативность выборов, лояльность СМИ к властям. Если какие-то обстоятельства представляются недостаточно проблемными, это вопрос поправимый: проблему можно создать или раздуть.
Положение этой оппозиции внутри страны может в определенный момент стать опасным: для того чтобы представляться на экспорт достаточно гуманитарными, цивилизованными и вестернизированными, необходимо ясно обозначить остальную часть общества как дикарей, варваров и людоедов, на что дикари могут обидеться.
А это неправильно. Эту оппозицию необходимо оберегать, холить и лелеять, не давая воли естественному желанию размазать ее по стене.
Оппозиция вообще полезна обществу, а таковая полезна вдвойне. Единственное, что надо сделать, - ее надо четко идентифицировать, чтобы всегда и всем было понятно, откуда и зачем доносится справедливое негодование, чем оно питается и на какой конкретный платежеспособный спрос ориентируется.